Вернись и расскажи. Том I
![Вернись и расскажи. Том I](/uploads/covers/2024-04-28/vernis-i-rasskazhi-tom-i-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Олег Волков
- Жанр: Научная Фантастика / Попаданцы / ЛитРПГ / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Вернись и расскажи. Том I" полностью
Глава 6-1. Сумрачная тишина
За все свои двадцать семь лет жизни Егор много где просыпался и приходил в себя. Чаще всего, конечно же, у себя дома в собственной постели. Несколько меньше в казарме на уставной койке. Но, бывало, приходил в себя в незнакомой комнате, в незнакомой компании, а то и в обнимку в дым пьяной незнакомой девицей. Спасибо давней дружбе с Арамом. Самый лучший друг, он же единственный, обладает феноменальной способностью искать и находить приключения на собственную задницу.
Конечно, чаще всего в момент пробуждения Егора охватывала приятная сонливость, когда сознание ещё только всплывает из глубин сна, а расслабленное за ночь тело только-только вновь вспоминает, что может шевелить руками и ногами. Бывало, и не раз, что Егор приходил в себя с жуткой головой болью после весёлой попойки. Бывало, что его будили посреди ночи, когда организм ещё не выспался, но долг десантника звал на службу. Всякое бывало. Однако на этот раз сознание просто включилось, словно по щелчку, словно лампочка в туалете.
Егор просто распахнул глаза. Ни приятной сонливости, ни дикого желания послать всех подальше и поспать ещё с десяток часов, ни головной боли после весёлой попойки. Ничего подобного, будто он просто прилёг, закрыл глаза и тут же их открыл. Зато… Егор тихо застонал. Зато тело отозвалось слабой болью, будто он накануне пробежал двадцать километров с полной выкладкой по сильно пересечённой местности, а потом просто вырубился на финишной черте вообще без сил. Каждая мышца натружено ноет, пальцы на руках и ногах покалывает от былого напряжения. Зато… Егор скосил глаза, да, он лежит.
Это, это… В голове нехотя всплыли нужные слова и образы. Это кровать. Но не обычная домашняя или армейская койка, а медицинская кровать. По краям поднимаются низкие бортики, чтобы больной ненароком не свалился на пол. Тёплое одеяло надвинуто под самое горло, затылок ощущает мягкую подушку. Неужели? Ужасная мысль словно долбанула ладонями по ушам. Егор резко дёрнулся. Нервная дрожь расплескалась по всему телу. Не приведи господь!!!
С невероятный трудом Егор чуть приподнял голову и оглянулся. Это… Это… Это обычная медицинская палата на четыре кровати, белые стены, белые потолки. Рядом с каждой кроватью тумбочки под личные вещи, а так же непонятные медицинские приборы на высоких столиках с тонкими ножками. Если приглядеться, Егор напряг глаза, то прямо напротив него обычная пластиковая дверь, в коридор, наверное.
Что-то с глазами? Егор несколько раз усиленно моргнул. Да нет же, всё гораздо проще. Светильники на потолке не горят, но что-то мешает воцариться в палате непроглядной тьме. Егор как мог вывернул шею и повернул голову. Окно. Прямо за его кроватью обычное окно. Через развёрнутые полоски жалюзи снаружи пробивается свет. Нет, ни разу не дневной, а ночной. Ещё точнее, снаружи ночь, однако уличные фонари не дают воцариться в палате непроглядной тьме. Каким-то шестым чувством Егор осознал, что находится не просто в больнице, в военном госпитале.
Слава богу! Егор облегчённо выдохнул. Голова без сил плюхнулась обратно на подушку. Нервное напряжение вылетело наружу вместе с тихим слегка истеричным хихиканьем. И минуты не прошло, как он пришёл в себя, однако успел надумать кучу глупостей и накрутить самого себя едва ли не до истерики. Да и как оно могло быть иначе?
Только сейчас Егор осознал, что всё это время он жутко, буквально до дрожи в коленях, боялся очутиться посреди ядерной войны. Пусть не на поле боя, где над горизонтом поднимается зловещая яркая шляпка ядерного взрыва, но всё равно в разгар всеобщей ядерной войны. Даже этот госпиталь мог оказаться эвакуационным, забитым под завязку раненными, облучёнными и умирающими. Ведь не даром во время Великой Отечественной войны, при всём уважении к военным медикам, а так же к их самоотверженному труду, полевые госпиталя называли «медицинским адом».
Было бы очень печально прийти в себя на расстеленной прямо на земле плащ-палатке в перепачканной землёй и собственной кровью форме. Но нет, глаза ещё раз пробежались по тёмной палате. Егор высвободил из-под одеяла руки и с удовольствием пощупал его край. Нет. Это хоть и военный госпиталь, но явно мирного времени.
А это что? Егор сощурил глаза. На правом запястье сидит пластиковый браслет, в полумраке палаты особенно ярко сияют зелёные огоньки. Егор пошевелил рукой. Сидит удобно, но зачем он? Хотя… Глаза свернули на медицинский прибор рядом с кроватью. Дистанционная диагностика, никаких проводов и прочих датчиков. А почему бы и нет? На Земле подобное вполне возможно, может даже где-то уже так и делают.
Шорох раскрываемой двери и звонкий женский голос. Егор оторвал затылок от подушки. В палату вошла медсестра, молодая женщина лет тридцати в ослепительно белой блузке и юбке. Тёмные волосы забраны на затылке в хвост. Нет, Егор невольно улыбнулся от уха до уха, сейчас мирное время. Дежурная ночная медсестра выглядит уж больно хорошо, её форма слишком гладкая и чистая, на лице ни малейших следов тяжёлой работы, да и глаза блестят от любопытства, а не тускло светят многодневной хронической усталостью. Было бы очень печально, если бы на медицинском работнике оказался костюм химзащиты, а на длинном ремне через плечо болталась бы сумка с противогазом. Скорей всего молодая женщина сидела в коридоре на сестринском посту, пока этот самый прибор, Егор повернул голову, не просигнализировал ей, что пациент пришёл в себя.
Ухоженные руки молодой женщины опустились на спинку кровати. Медсестра быстро, но участливо, застрекотала. Чего? Егор напряг слух. Ни хрена не понять.
«Не понимаю», хотел было сказать Егор, но вместо слов из горла вырвался лишь сдавленный писк.
Что за чёрт? Егор на миг замер лежа в постели. Ещё разок… Но нет, вместо слов из горла опять вырвался лишь сдавленный писк.
Медсестра подошла ближе. Егор невольно потянул носом. Пусть она на службе, однако от неё веет тонким парфюмом. Ну точно мирная жизнь. Медсестра наклонилась ближе и опять застрекотала.
– Э-э-э…, – только и сумел выжать из собственного горла Егор.
В ответ медсестра что-то прощебетала. Явно что-то ласковое и успокаивающее. Только не понятно, что именно. Между тем медсестра вытащила из кармана, Егор напряг глаза, что-то похожее то ли на смартфон, то ли на не слишком большой планшетник. Пальчики молодой женщины забегали по экрану. Что там – а хрен его знает, однако медсестра явно осталась довольна увиденным.
И вновь вместо понятной речи лишь ласковый щебет. Рука медсестры легла на лоб. Егор закатил глаза. Ладошка мягкая, тёплая, явно не испорченная тяжким трудом и дурным бытом. Похоже, она желает ему спокойной ночи. Бог знает каким образом, но Егор вдруг понял, о чём это так щебечет медсестра. Пациент пришёл в себя, о чём на сестринский пост тут же доложила медицинская аппаратура. Ночная дежурная медсестра прибежала его проверить, однако всё в полном порядке, насколько такое вообще может быть с человеком в госпитале. Молодая женщина явно пожелала ему спокойной ночи. Скорей всего, Егор задумчиво нахмурился, придётся ждать утра, когда появится настоящий врач и обстановка хоть как-то прояснится.
Так оно и получилось. Медсестра отошла от кровати. Егор лишь успел полюбоваться её роскошной фигурой под весьма сексапильной белой формой. Однако никуда она не ушла. Медсестра склонилась… Егор, насколько это было возможно, приподнялся на локтях. Господи, и как только сразу не заметил. У противоположной стены медицинская кровать тоже занята. Ещё один медицинский ящик не просто так мигает разноцветными огоньками и едва заметно гудит. Нет. Там лежит ещё один человек. В тусклом свете отблесков из окна Егор даже не узнал, а угадал Арама. Друг тоже здесь, в этой палате.
Арам лежит с закрытыми глазами, белое одеяло надвинуто под самый подбородок. Однако друг не двигается, даже не шевелится. Это, это, Егор нахмурился, это не похоже на сон. Вернее это состояние можно назвать иначе – кома. Но это ладно, гораздо больше сейчас интересует другое – почему они с Арамом не пришли в сознание одновременно?
Ведь это же игра, пусть и охренеть какая реальная, Егор машинально пощупал край тёплого одеяла, а язык прошёлся по сухим губам, но всё равно компьютерная игра. А в компьютерных играх при командной игре игроки обычно начинают играть одновременно. Но здесь и сейчас Арам лежит в коме и старательно изображает из себя труп.
Медсестра стоит спиной, однако по тому, как дёргается её правый локоть, можно догадаться, что она водит пальцами то ли по смартфону, то ли по небольшому планшетнику. Проверяет состояние второго пациента, догадался Егор. И, судя по всему, состояние Арама стабильное. Напоследок медсестра одобряюще улыбнулась, что-то прощебетала и вышла из палаты. В приоткрытой двери мелькнул более ярко освещённый коридор, но дверь тут же мягко закрылась. Тихо щёлкнул замок. И всё. В палате вновь воцарилась сумрачная тишина.
Егор вытянулся в полный рост на весьма удобной медицинской кровати. Руки так и остались лежать поверх одеяла. Хотя, если приглядеться и прислушаться к собственным ощущениям, он лежит полностью голый, кожа на талии не ощущает даже резинку трусов. Впрочем, вполне логично. В госпитале глупо смущаться даже молодых медсестёр-практиканток. Работа такая. Но это ладно.
Голова несколько прояснилась, не хмельного угара, не сна не в одном глазу. Но слабость. Кажется, будто каждая мышца буквально пропитана вязкой свинцовой тяжестью. Кажется, будто он не только совершил марш-бросок на двадцать километров с полной выкладкой, а ещё и поучаствовал в славной драке без правил, защитного шлема и боксёрских перчаток. Руки слабо дёрнулись, глухая боль тут же разлилась по груди и отдалась натужным хрипом в лёгких. К чёрту, Егор натужно прокашлялся, его славно побили, избили, ногами, в тяжёлых кирзовых сапогах. Хотя ни бинтов как таковых, ни гипсовых повязок не видно. Не стоит даже пытаться подняться на ноги в столь плачевном состоянии. Не сейчас, по крайней мере.
Егор аккуратно перевернулся на бок. Ему уже приходилось бывать в госпитале. Конечно, от самых настоящих боевых ран типа прострелянных ног, рук, а то и брюшной полости, господь миловал. Однако чувство, когда ты побывал в конкретной передряге, а не просто подхватил банальный грипп, ему очень хорошо знакомо. Конечно, будет не лишним выяснить более точный диагноз, но это не сейчас, вряд ли получится узнать даже сегодня.
Да, кстати, Егор печально усмехнулся, предупреждение Арама сбылось буквально в первый же момент появления в игре. Здесь и в самом деле не стоит надеяться на игровую условность. Перезагрузиться, воскреснуть и начать игру заново может не получиться. Кто знает эту инопланетную хрень, вполне возможно, что она и в самом деле может убить, навсегда. Мир вокруг него может быть и виртуальный, но относиться к нему нужно со всей возможной серьёзностью. И уж точно не надеяться на запасные жизни.
Ночь, тишина, слабость во всём теле располагают к размышлениям. Егор снова перевернулся на спину. Самые дикие мысли и домыслы, словно по команде, буйными толпами полезли в голову. Егор попытался устроиться в кровати поудобней, но лишь зря смял одеяло. Самое время попытаться осмыслить ситуацию. И самый первый вопрос – почему он очутился в госпитале?