Укрощение варвара
![Укрощение варвара](/uploads/covers/2024-04-27/ukroshhenie-varvara-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Руби Диксон
- Жанр: Любовная фантастика
Читать книгу "Укрощение варвара" полностью
Ее руки сжимаются в моих волосах, и она задыхается.
— О Боже.
— Скажи мне, если тебе не нравится то, что я делаю, — говорю я между покусываниями кожи. Даже ее соски мягкие. Мои собственные твердые и шершавые, но ее нежные под моим языком, и я облизываю нижнюю сторону одного, проводя по нему языком.
Она дрожит и стонет, прижимаясь ко мне.
— Не знаю, возможно ли это.
Ее волнение — и крепкая хватка ее рук в моих волосах — побуждают меня делать больше. Я провожу рукой вниз по ее боку, лаская бедро и ягодицы. Она повсюду пухлая и гладкая, и такие прикосновения к ней заставляют мой член напрягаться, отчаянно желая погрузиться в ее тепло.
Вот каково это — иметь вторую половинку, с удивлением осознаю я. Держать свою женщину в объятиях и доставлять ей удовольствие. Зная, что она твоя навсегда. Меня переполняет такое сильное желание, что у меня перехватывает дыхание. Я представляю Мэ-ди в моих мехах каждую ночь и как просыпаюсь с ее мягкостью, свернувшейся калачиком рядом со мной. Я представляю, как ее тело округляется вместе с моим комплектом. Я представляю ее у моего костра, бросающую на меня свои острые, дразнящие взгляды, даже когда она нянчит нашего сына на руках.
Мои руки сжимаются на ее коже.
Я хочу этого.
Я хочу всего этого.
Я сжимаю один округлый бок, а затем провожу рукой по ее бедру. Я хочу прикоснуться к этой соломенной шерстке между ее бедер и к розовым складкам, которые она скрывает под собой. Я хочу открыть для себя третий сосок, о котором, как я слышал, говорили охотники. У женщин ша-кхай его нет, и я могу только представить, каково это.
Если ее возбуждает мой язык на ее сосках, как она отреагирует, если я прикоснусь к ней там ртом? Я стону от этой мысли и снова прижимаюсь лицом к ложбинке между ее сосками, пытаясь сохранить контроль. Мы не должны быть здесь, в кладовке, голыми и изучать друг друга. Я нахожусь в изгнании. Мой долг — охотиться и держаться подальше от пещер.
И все же… Кажется, я не могу перестать прикасаться к Мэ-ди.
Сначала я доставлю ей удовольствие. Тогда мы остановимся.
Я просовываю руку между ее бедер, обхватывая ее холмик. Мех здесь не мягкий, как грива на ее голове, а плотный, с завитками. Он тоже влажный, влажный от ее возбуждения, и мой рот наполняется слюной в ответ. Я хочу попробовать ее на вкус. Я хочу увидеть, какова эта влага на вкус у меня на языке. Но ее бедра дрожат под моей рукой. Я не хочу давить на нее слишком сильно.
— Ты хочешь, чтобы я остановился?
— Ты что, издеваешься надо мной? — Похоже, у нее так же перехватило дыхание, как и у меня. — Только сейчас, когда ты добрался до земли обетованной?
— Земля?
— Не бери в голову. Просто продолжай. — Мэ-ди извивается под моей рукой, потираясь своим лоном о мою ладонь. — Я буду вести себя тихо.
Я фыркаю.
— Ты не была тихой с тех пор, как я вошел в эту пещеру. Я сомневаюсь, что ты начнешь сейчас. — Она ощущается как влажные складочки под моей рукой, мягкая, ароматная и скользкая. Я провожу кончиком пальца по шву ее влагалища, обводя его. — Ты здесь чувствительная?
— О боже мой, — выдыхает она. — Ты даже не представляешь, насколько сильно.
— Я хочу проверить.
Рука Мэ-ди запутывается в моих волосах, ее хватка крепка.
— Тогда продолжай.
Я так делаю. Я исследую ее пальцами, обращая внимание на каждый вздох, каждую заминку ее дыхания, и я изучаю ее тело. Я нахожу вход в ее сердцевину, где она самая скользкая и горячая, и не могу удержаться, чтобы не засунуть палец в отверстие, представляя, что это мой член. Ее тихие вскрики и то, как она дергается в моей руке, говорят мне, что она воображает то же самое. Я хочу толкнуться глубже, вонзиться в нее и увидеть, как дрожит ее тело, но… Я хочу, чтобы это был мой член, а не моя рука. Поэтому вместо этого я ищу ее третий сосок.
Я нахожу его спрятанным в переднюю часть ее складочек, крошечный бугорок, скрытый в скользкой мягкости. Она громко стонет, когда мои пальцы скользят по ней. Я хочу поднести руку ко рту и попробовать ее на вкус, но я также хочу продолжать доставлять ей удовольствие. Потребность доставить ей удовольствие побеждает мой собственный эгоизм, и я обвожу кончиком пальца ее сосок, наблюдая за выражением ее лица. Ее лицо напряжено, брови нахмурены, как будто она сильно концентрируется, губы приоткрыты.
На нее так приятно смотреть, что у меня снова текут слюнки.
Тогда я вспоминаю другой способ попробовать ее на вкус.
Я оглядываюсь вокруг. В одном углу кладовой, за несколькими корзинами, есть куча лишних мехов. Я хватаю Мэ-ди за бедра и поднимаю ее на руки, когда поднимаюсь на ноги. Она издает тихий звук протеста, но он приглушенный — она тоже не хочет, чтобы нас обнаружили. Я несу ее к мехам и укладываю на спину, и прежде чем она успевает что-либо сказать, я раздвигаю ее бедра и мой рот оказывается на ее лоне. Я долго, тщательно облизываю ее, не забывая проводить языком по ее соску. На вкус она такая же сладкая и мускусная, как и пахнет, и я наполняюсь ароматом Мэ-ди, ее вкусом.
Это заставляет меня жаждать большего.
Мэ-ди хнычет. Я чувствую, как дрожат ее ноги, а затем она перекидывает одно бедро через мое плечо. Ее руки сжимают мои рога. Она не отталкивает меня. Она хочет большего.
Я горю желанием дать ей больше. С голодным рычанием в моем горле я снова лижу ее. И еще раз. Я использую свой язык, чтобы доставить ей удовольствие, пытаясь заставить ее издавать больше тех тихих вскриков, которые заставляют мое тело напрягаться в ответ.
— Я так близко, — говорит она мне, дергая меня за рога. — Используй и свои пальцы тоже. Вонзайся в меня ими.
Ее требовательный тон наполняет меня яростным откликом. Если она хочет большего, я дам ей все, что смогу. Я удваиваю свою свирепость, облизывая языком ее сосок. Я провожу пальцами по скользким складочкам ее влагалища, ища ее отверстие, и когда я нахожу его, она снова вскрикивает. Она хочет, чтобы я использовал свои пальцы? Я так и делаю. Я вонзаюсь в нее одним из них, и это почти приводит к моей гибели.
Она такая влажная внутри, такая теплая и такая очень тугая. Я чувствую, как ее влагалище сжимается вокруг моего пальца в ответ на мое вторжение, и я представляю, как бы она ощущалась вокруг моего члена.
Я очень, очень близок к тому, чтобы потерять контроль. Задыхаясь, я отступаю назад, отказываясь от своих попыток доставить ей удовольствие. Если я прикоснусь к ней сейчас, я кончу еще до того, как мой член хотя бы приблизится к ее влагалищу.
И я хочу провести время внутри нее.
Я прижимаю руку ко лбу, желая, чтобы мое тело повиновалось. Мой член непрерывно пульсирует, головка покрыта моей собственной влагой. Я не смею облизывать губы, потому что тогда я почувствую вкус Мэ-ди. Мои руки все еще влажны от ее соков, и я хочу попробовать их на вкус, хотя знаю, что не должен.
Она подошла ко мне и пожелала спариться. Я должен доставить ей удовольствие и показать, что я достоин ее внимания. Тратить время на ласки, а не внутри нее, не годится.
Мэ-ди издает тихий звук протеста.
— Что? Почему мы остановились? Кто-то идет? Потому что мне очень надо, чтобы ты закончил, пока я не кончу, если ты понимаешь, о чем я говорю.
На самом деле я не понимаю, что она говорит. И мне все равно, если кто-то приближается. На данный момент я зашел слишком далеко.
— Дай мне минутку.
— Я не хочу, — говорит она дразнящим голосом, и ее палец подталкивает мое бедро. — Я была так близка.
— Я тоже, — стискиваю я зубы. — Это моя проблема.
— Оооо. — Мэ-ди приподнимается на локтях. Я осмеливаюсь взглянуть на нее, и это чуть не губит меня. На нее приятно смотреть, внутренняя сторона ее бедер все еще открыта, влажная и манящая. Она прикусывает губу, когда смотрит на меня и наклоняет голову. — Я не думаю, что это вообще проблема, понимаешь? Потому что я тоже хочу кончить. Так что, если ты ждешь разрешения, оно у тебя есть.
— Разрешение? — Если бы я не испытывал такой сильной физической боли, я бы счел ее слова забавными. Неужели она думает, что я жду ее разрешения? Я пытаюсь контролировать себя, чтобы сделать так, чтобы ей было хорошо. Чтобы она просила меня спариться с ней снова и снова.
— Да. Разрешение. Это модное слово, которое означает «постарайся, большой парень». — И ее палец скользит по моему члену и касается его.
Контроль, с которым я боролся, исчезает в одно мгновение. Я бросаюсь вперед, накрывая ее тело своим. Она широко раздвигает бедра, приветствуя меня, и ее руки обвиваются вокруг моей шеи. Мой рот прикасается к ее, а затем мы снова целуемся, губы дрожат, когда я прижимаю свой член к ее входу.
Если она не хочет, чтобы она меня контролировала, не надо. Если она не хочет, чтобы я был терпелив, я буду с ней животным.
— Да, — шепчет она мне в губы. Ее руки больно вплетаются в мои волосы, а ее тело нетерпеливо выгибается под моим. — Да!
Я врываюсь в нее… и мои глаза почти закатываются. Ее влагалище сжимает меня, горячее, влажное и крепче, чем что-либо, что я когда-либо чувствовал. Это… неописуемо. Я чувствую, как будто весь мой мир изменился в объятиях ее тела.
Подо мной она задыхается.
— Ох, — выдыхает она. — О, Боже. О, Боже. — Ее рука порхает между нашими телами.
Я чувствую свою шпору, уютно устроившуюся в скользкой ложбинке складок ее влагалища.
— Что-то не так?
— Черт возьми. Все хорошо, — бормочет она. — Мне просто нужна минутка, чтобы привыкнуть. — Ее глаза закрываются, и напряженное выражение возвращается на ее лицо.
— Должен ли я… слезть с тебя?
— Сделай это, и я убью тебя, — говорит она, и ее руки снова крепко сжимают мои волосы. — Начни двигаться снова, потому что мне нужно почувствовать больше этого.
Ей нравится? Довольный, я снова вхожу в нее. Дыхание с шипением вырывается из моих легких от того, какая она уютная, как плотно сжимает меня. Быть в ее влагалище намного лучше, чем мой собственный кулак. Мэ-ди погубила меня для всего остального.
Мэ-ди снова стонет, и я наклоняюсь, чтобы заглушить ее громкие звуки своим ртом. Я целую ее глубоко, мой язык скользит по ее языку, даже когда я вонзаюсь в нее еще раз. Она издает ободряющий звук, и ее ногти впиваются мне в кожу головы.
Я больше не могу сдерживаться. Я толкаюсь в нее все быстрее и быстрее, каждый толчок кажется быстрее предыдущего. Мои бедра никогда не двигались так быстро. Я хватаю ее за бедра, чтобы удержать на месте, и толкаюсь в нее еще сильнее. Как будто вся потребность и страстное желание, которые я испытывал, выходят из меня и извергаются в наши тела. Я чувствую, как ее влагалище сильно сжимается вокруг моего члена, и Мэ-ди дергается подо мной. Звуки, которые она издает, дикие, когда она тянет меня за волосы, побуждая двигаться быстрее, давить сильнее.
Я так и делаю. И когда я это делаю, я чувствую, как она сжимается сильнее, ее влагалище стискивает меня, как кулак. Все это время ее стоны становятся громче.
Затем, подобно волне, поднимающейся из большого соленого озера, мой мешок сжимается, и тогда все, что я сдерживал, выходит на свободу. Я рычу имя Мэ-ди ей в шею, когда кончаю, вбиваясь в ее мягкое тело, теряя себя в ней. Мои бедра двигаются снова и снова, когда я изливаюсь в ее тело, крепко прижимая ее маленькую фигурку к себе, пока волна за волной удовольствие захлестывает меня. Когда она достигает пика, я напрягаюсь и падаю на нее сверху, балансируя своим весом на руках, чтобы не раздавить ее под собой.