Джейк
![Джейк](/uploads/covers/2024-04-21/dzhejk-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Лей Гринвуд
- Жанр: Исторические любовные романы
Читать книгу "Джейк" полностью
Глава 6
Джейк уставился на Соутута и держащие его веревки.
— Хоук накинул на него лассо, а то бы он смолотил ее в клочья.
Джейк не мог поверить тому, что слышал. Изабель или сошла с ума, или у нее не хватает соображения понять, насколько опасен Соутут.
— Какого черта вы делали в корале?
— Пыталась выгнать лошадей, чтобы мальчики не могли убежать.
Джейк очнулся от беспокойного сна, услышав визг лошади. Он испугался, что на ранчо напали индейцы, убили мальчиков, похитили Изабель и пытаются угнать лошадей. А она говорит, что специально вошла в кораль выпустить лошадей, чтобы мальчики не могли улизнуть. Да она ненормальная, в этом нет никаких сомнений.
Джейк схватил девушку за плечи и повернул так, чтобы лунный свет падал на ее лицо. Глаза Изабель слегка расширены, но это, возможно, от страха. Он убрал руки.
— Может, вы заблудились в темноте? Светские дамы не привыкли разгуливать по ночам.
Он надеялся, что это так. Обидно, если такая красивая женщина — просто дурочка. В Техасе не так много женщин.
— Я не заблудилась, — Изабель потерла плечи, словно пыталась стереть малейшие следы его прикосновения.
— Вы вошли в кораль намеренно? Безусловно, даже городская женщина не сделала бы подобной глупости.
— Мальчики расстроились, потеряв шанс работать на вас. Брет сказал, что утром некоторых может не оказаться на месте, они возьмут лошадей и убегут. В Остине мне говорили, здесь нет ничего, кроме равнин и индейцев, горящих желанием убить как можно больше поселенцев.
— Это не причина выпускать лошадей.
— Для меня этого достаточно.
Джейк не пытался образумить ее. Любой, кто мог войти в кораль с такой лошадью, как Соутут, безнадежен.
— Мэтт не хочет возвращаться в Остин, — заявил Вилл. — Там злились на него, когда он молчал. Иногда даже били.
— Я найду того, кто возьмет вас обоих и не будет бить за то, что он не говорит.
— Как вам это удастся? — искренне удивился Джейк.
Он не мог представить, что ощущает человек, у которого никого и ничего нет, которого могут отдать любому, забрать и снова отдать кому-то, и все это по прихоти людей, которых даже не знаешь.
— Это вас не касается, — Изабель кивнула, прекращая разговор и направилась к костру. Когда Джейк двинулся за ней, зашагала к хижине.
Мэтт разжег огонь и готовил кофе. Парень, казалось, чутьем улавливал, что нужно делать. Пока он ждал момента бросить зерна в кипящую воду, Джейк наблюдал за мальчиком. Мэтт снова станет нормальным, если у него будет доброжелательное, надежное окружение.
— Она чуть не убила себя.
Джейк обернулся и увидел Мерсера Уильямса, все еще прикованного к колесу фургона.
— Она беспокоится об этих мальчишках больше, чем о собственной шкуре, — отозвался Джейк, — Если бы ты был хоть немного мужчиной, помог бы.
Мерсер пожал плечами.
— Мое дело доставить ребят фермерам или вернуть обратно в тюрьму. Все остальное меня не касается.
— Тюрьма?
Джейк понимал, что дети вовсе не так уж и невинны, но мысль о том, чтобы отправить их в тюрьму не приходила ему в голову.
— Да, почти для половины из них.
— Мэтт Хаскинс?
— Вероятно.
— А его брат Вилл? Мерсер пожал плечами.
— Его кому-нибудь отдадут. Вилл — неглупый парнишка, но угрюмый, как и брат. Конечно, пока я прикован, кое-кто сбежит. И к лучшему, если вы спросите меня. Я вернусь в Остин, а мисс Давенпорт выйдет замуж, как все нормальные женщины.
Джейк не знал, что ему не нравится больше — как Мерсер рассуждает о мальчиках или выражение его глаз, когда он говорил об Изабель. Однако, когда Джейк представлял, о чем думает Мерсер, у него тут же возникало желание изо всех сил врезать собеседнику кулаком в лицо. Неужели этот ублюдок не видит, что Изабель слишком хороша для него?
И для тебя тоже, сказал Джейк самому себе. Она, может быть, и ледяная принцесса, но он сгорал от желания попытаться растопить этот лед. Дурак, разве она захочет иметь дело с таким деревенщиной? Даже если он освободит ее от этих сирот. Он не ее круга.
Выругавшись, Джейк направился к хижине. Бак сидел на кровати и разговаривал с Изабель.
— Мне нужны эти парни, — заявил Джейк. Изабель и Бак повернулись к нему.
— По крайней мере, некоторые из них, — продолжал Джейк. — Не знаю, что буду делать с малышами, но Люк Аттмор неплох на лошади. Думаю, он вскоре наберет вес.
— Я тоже умею ездить верхом, — Бак был почти такого роста, как Джейк, шесть футов, и тонкий, как бечевка, но настолько слаб, что нетвердо держался на ногах.
— Первый же ветер сдует тебя с седла, а на спине откроются струпья. Из-за тебя мисс Давенпорт назовет меня жестоким и бесчувственным.
Изабель покраснела. Не вся покрылась краской, только щеки, и пришла бы в ужас, если бы знала, как прелестно сейчас выглядит.
— Не думаю, что вы жестокий и бесчувственный. Просто у вас нет никакого сочувствия к этим мальчикам.
— Им нужно не сочувствие, а самоуважение.
— Согласна. На обратном пути в Остин я надеюсь найти им работу, чтобы они смогли обрести его.
— Как вы собираетесь это сделать?
— Буду останавливаться в каждой общине, обращусь к мэру и городскому совету. Дам объявления.
— С равным успехом вы можете объявить о продаже рабов.
— У вас есть лучшее предложение?
— Я только что его сделал. — Не могу принять его.
— Бог мой, вы упрямая женщина.
— Возможно, но не безрассудная. Почти всю ночь я думала о вашем предложении и решила, что оно не подходит.
— Что еще плохо во мне? Изабель колебалась.
— Давайте, выскажитесь. После того, что вы уже наговорили, это не может быть намного хуже.
Помолчав, девушка сказала:
— Им нужна хорошая пища, чистая одежда, приемлемое жилье, хорошие привычки — то, что может дать женщина. Я полагаю, когда-нибудь они женятся, поэтому им не нужно ваше предубеждение против женщин. И они не должны усвоить ваше презрение к законам общества. Техас не всегда будет дикой пустыней.
Джейк редко бывал так зол на женщину. Он позволил ей расположиться на его ранчо, разрешил засунуть в его кровать грязного мальчишку, не возражал, чтобы остальные развлекались, портя его лошадей. Даже предложил решить большую часть ее забот, а Изабель не согласна, ведь он — дурной пример.
— Вы думаете, я поведу их в публичный дом?
— Нет, конечно! — Изабель покраснела от гнева. — Но мальчикам необходимо сочувствие, понимание, почему они так страдают, необходим человек, способный полюбить их. Вы на это не способны, на малейшее проявление чувств вы смотрите, как на слабость.
— Так почему бы вам не поехать с нами, самой убедиться, что я обращаюсь с ними со всей любовью и добротой, которых жаждут их юные души?
Джейк не мог поверить, что гнев завел его так далеко и он сказал такую глупость! Ничто не может быть хуже, чем весь путь до Санта-Фе иметь за спиной Изабель.
— Сарказм здесь не уместен, мистер Максвелл.
— Какой там сарказм!
Нет, он дурак, надеялся, что девушка категорически откажется.
— Да, именно сарказм. Вы ведь не собираетесь взять Бака и Брета. Жестоко стоять перед мальчиком и говорить, что не возьмете его.
Придется взять всех парней. Не важно, что он должен будет сделать или пообещать.
— Так давайте возьмем всех, даже самого маленького, — Джейк почти кричал. — У меня нет книги сказок, чтобы читать на ночь, но есть Библия. Этого должно хватить.
Изабель встала с видом царственного неодобрения.
— Мне надоело выслушивать ваши насмешки. Если вы будете так любезны дать мне дорогу, я хотела бы выйти.
Джейк отступил и отвесил низкий поклон, когда девушка важно пошла мимо него.
— Конечно, ваше величество. Все, что угодно, ваше величество. Позвольте мне лечь, чтобы вы могли пойти по моей спине, ваше величество.
Изабель метнула последний негодующий взгляд и закрыла дверь.
Джейк хотел взять верх над этой спесивой дамой, но не почувствовал ничего, кроме разочарования. Придется взять всех парней.
— Вы действительно имели в виду то, что сказали? — спросил Бак.
— А?
— Что возьмете всех нас, даже меня?
Джейк хотел сказать, что согласен на все, лишь бы найти помощников, но один взгляд на Бака заставил понять — взять этих ребят значит гораздо больше, чем просто заиметь рабочие руки. Они отдадут свои жизни в его распоряжение, совсем как те мальчишки во время войны.
В который раз он вспомнил мальчиков, которых обучал и так хотел спасти. Некоторые были немногим старше Чета и Хоука. Они горели желанием сражаться за дело, за свой дом, за родных, которые их любили, за жизнь, которую помнили. У них была родина. Им было за что сражаться, к чему вернуться.
У этих парней нет ничего. Бак весь в шрамах и синяках, одежда в лохмотьях. Джейк сомневался, что он весит больше ста фунтов. Он никому не будет нужен, по крайней мере, еще месяц.
Но его сердце было в глазах, а в них светилась надежда. И страх. Он смотрел на Джейка, как на спасителя.
Джейк не хотел, чтобы на него так смотрели, но не мог просто повернуться спиной. У парня нет спокойствия Хоука, мужественности Чета, роста Шона. Он не может отгородиться от мира, как Мэтт, и стоит перед Джейком беззащитный, неспособный скрыть свои чувства, страх.
И все-таки он полон желания бороться. Если его отшвырнуть обратно в тот же мир, он будет биться, пока кто-нибудь не убьет его — Джейк не мог допустить, чтобы такое случилось с Баком, Мэттом и Биллом, или с любым другим из этих парней.
— Я возьму вас всех, если мисс Давенпорт согласится поехать, чтобы готовить.
Спотыкаясь, Бак бросился к двери, чуть не падая от нетерпения найти Изабель. Джейк знал — один шанс на миллион, что та согласится. Но если придется взять девять парней, чтобы перегнать скот через земли индейцев, кто-то должен помогать.
Когда Джейк вышел из хижины, половина мальчиков уже окружили Бака, интересуясь, по какому поводу шум. Изабель широко раскрытыми глазами смотрела на Джейка, словно не могла поверить в то, что видит. Из-за этого он чувствовал себя так, словно у него не застегнуты штаны.
— Я не позволю вам дразнить мальчиков подобным образом. Я уже объяснила, почему они не могут ехать с вами.
Что заставило его сделать подобное предложение? Надеялся, что сироты значат для нее очень много и ради них она согласится, хотя это абсолютно ей не нравится? Или не мог представить для мальчиков худшей доли, чем предлагал сам? Он подумал о шрамах Бака, глазах Мэтта, чистоте и наивности Вилла.
— Все ваши возражения отпадут, если вы сами убедитесь, что я обращаюсь с ними с той нежностью, которой вы требуете.
— Вы же знаете, я не могу ехать. Я должна вернуться к работе.
— Почему?
— Я учительница, и этим зарабатываю на жизнь.
— Вы не всегда были учительницей. И нет закона, что должны быть ею до конца своих дней.
— Наверное, но это единственная работа, которая у меня есть.
— Я думал, вы так беспокоитесь об этих мальчиках, что сделаете все возможное, чтобы помочь им.
— Я действительно волнуюсь об их судьбе.
— Я возьму всех, но с условием, что вы будете готовить.
— Это невозможно.
— Почему?
— Я не умею готовить.
— Каждая женщина умеет готовить.