Тропой лесных монстров
![Тропой лесных монстров](/uploads/covers/2022-10-27/tropoj-lesnyx-monstrov-7.jpg-205x.webp)
- Автор: Габриэлла Мартин
- Жанр: Детская литература: прочее / Детские остросюжетные / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2022
Читать книгу "Тропой лесных монстров" полностью
ПРОЛОГ
Меня называют Тварью. Только это не так. Я не тварь, а человек. Я личность. Я родилась человеком. Я прожила большую часть своей жизни в качестве человека. И остаюсь человеком. Я действую как личность. Думаю как личность. Я не тварь! Да, иногда у меня возникают странные импульсы.
Мощные устремления. Когда меня охватывают такие чувства, я ничего не могу с собой поделать. Не могу себя контролировать. Меня начинает мучить голод. Такой сильный, словно всё моё существо нуждается в еде. И мне хочется есть, есть и есть - до бесконечности. Поскольку я живу в лесу, мне приходится убивать, чтобы утолить голод. Я должна загрызть жертву и прожевать её. Я набиваю себе живот и продолжаю есть. Тёплая жижа стекает с моего подбородка. Через какое-то время я заставляю себя посмотреться в зеркало. И кричу от боли и стыда.
- Тварь-ты мерзкая тварь, -говорю я себе.
Я не всегда была такой. Было время, когда мне не приходилось скрывать своё лицо. Теперь я живу в глухом лесу. У меня нет друзей. Вокруг нет никого, кому я могла бы доверять. Я так одинока. И мне так хочется с кем-либо поговорить.
Рассказать свою историю тому, кто не откажется её выслушать. Но я не могу себе этого позволить. Самое страшное в моём положении - это потерять бдительность. Никто не должен узнать, кто я. Вот почему я заставляю себя смотреться в зеркало. Я смотрю на своё отражение, и всё становится на своё место. Я вспоминаю. Перед моим мысленным взором проносится прошлое. Я заново осознаю, почему меня называют тварью.
Часть I
Ворона то и дело каркала.
-Всё нормально, госпожа Ворона, - проговорил я, заканчивая перевязывать птицу.
Наконец я отправил её назад в клетку.
Ворона продолжала каркать и попыталась взмахнуть своим повреждённым крылом.
- Мама, как ты думаешь, она поправится?
Мать ничего не ответила. Она уткнулась в журнал и перевернула следующую страницу.
- Мама! Что ты думаешь по этому поводу? -не унимался я.
Взяв карандаш, она подчеркнула какую-то фразу в журнале жирной чертой.
- Мама!!
- Ты что-то сказал, Леон? - Мать подняла голову и взглянула на меня через тонкие стёкла очков в белой роговой оправе.
- Ты думаешь, крыло заживёт? - опять спросил я.
- Какое крыло? - Мать снова уставилась в журнал и стала делать какие-то заметки на его полях.
Я поймал удивлённый взгляд моего друга Эла: он ещё не привык к этой теперешней отчуждённости моей матери. Отчуждённости от меня. В последние дни мать вела себя так, словно постоянно забывала о моём существовании. Даже когда мы находились в одной комнате, казалось, что её там нет. В это время большая кошка Лаура, которую я нашёл в лесу, пронеслась мимо меня, чуть не повалив набок клетку. Подскочив к матери, она стала лизать ей пальцы своим длинным языком. Мать отдёрнула руку.
- Пожалуйста, забери свою кошку. Я пытаюсь сосредоточиться.
С этими словами она подчеркнула в журнале ещё пару фраз, так сильно нажав на карандаш, что кончик грифеля отвалился с отчётливым треском.
- Куда я, по-твоему, должен её забрать? - вздохнув, спросил я. - В сарай нельзя - ты там работаешь. Ведь ты сама запретила мне к нему подходить.
Мать посмотрела сначала на ворону, а затем на Лауру так, словно увидела их впервые.
- Почему я не могу жить в доме, как все люди, Леон? - спросила она. - Почему я должна жить в зоопарке?
- Ты ведь ветеринар! - воскликнул я. - Ты должна любить животных. Разве не так?
Эл выдавил из себя смешок, но он был явно смущён. Он никогда не видел, как мы с матерью ссоримся. Он не видел мать с тех пор, как она переменилась. Я перестал приглашать домой друзей, потому что не знал, что сделает или скажет моя мать. Но Эл был моим лучшим другом, и я соскучился. Мне очень захотелось с ним пообщаться, вот я и позвал его к себе сегодня. Может, я свалял большого дурака. Я взял клетку с вороной в одну руку, а Лауру в другую, отнёс их в свою комнату и закрыл дверь.
Потом повесил себе на шею фотоаппарат и обратился к Элу с предложением:
- Давай пройдёмся. Мы давно не гуляли по лесу.
Наш дом расположен на краю леса.
Задний двор плавно переходит в лесную чащу. Поэтому лес с его просёками и полянами, озёрами и ручьями всегда представлялся мне неотъёмлемой частью нашего жилища. Именно там - и лишь там - меня охватывало ощущение полного счастья. В лесу легко дышалось.
Он был тихим, спокойным и в то же время трепетным, полным жизни.
Просыпаясь, я выходил на задний двор и всматривался в гущу высоких, пышных деревьев, тянувшихся вдаль, - как мне казалось, до бесконечности. Я вдыхал утренний воздух, напитанный ароматом хвои. Как я люблю этот аромат! Я проверил, заправлена ли в фотоаппарат новая плёнка. Всё было в порядке. Эл взъерошил волосы. Мой друг очень гордится своими белыми короткими волосами. Он всегда расчёсывает их назад, с удовольствием погружая в них руки и позволяя волосам скользить между пальцев. У меня они короткие, русо-рыжие. Глаза Эла вспыхнули.
- Мы идём в лес собирать материалы для твоего школьного задания? Или потому, что ты опять надеешься увидеть там девочку, которую повстречал на прошлой неделе?
У меня вырвался стон. Я не ожидал от друга такой подначки.
- Конечно, я думаю о задании, - ответил я. - Допускаю, что тебе трудно в это поверить, но девочки -не единственное, что интересует меня в жизни.
- Но ты говорил о ней всё утро, - гнул своё Эл. - Повторял, как заведённый: ” Увижу ли я её опять? Интересно, где она живёт? И есть ли у неё друг?”
Эл рассмеялся, заглядывая в мои глаза.
- Хорошо, хорошо. - Мне пришлось признать, что он прав. Я много думал о Джоанне с той поры, как встретил её на берегу озера Люкер. - Всё дело в том, что девочки обычно не замечают меня. А она вела себя очень мило. Когда я сказал ей о задании, мне показалось, что она искренне заинтересовалась моей задумкой.
- Значит, мы имеем две задумки, - подытожил Эл. - Задумка “Школьное задание” и задумка “Девочка”! Что ж, пошли.
- Прежде всего нам надо найти Джорджию, - сказал я.
- Ты вновь собрался идти в лес? -хмуро спросила меня мать. - Тебе следовало бы расширить круг интересов, Леон. Почему бы тебе не сходить в кино?
Я вздохнул. Мать всю жизнь любила лес.
И меня заразила этой любовью. Когда я был маленьким, мы часами бродили по лесу, вели наблюдения, болтали, смеялись. Мы с удовольствием лазили по лесу чуть ли не целыми днями, и только сгустившийся мрак мог загнать нас назад в дом. А теперь она день-деньской сидела взаперти в маленьком сарае на заднем дворе. К тому же она помрачнела и стала необычайно молчаливой.
- Мне надо поработать над школьным заданием. - С этими словами я последовал за Элом, который уже вышел из дому через заднюю дверь.
Он высокий, худой и длинноногий. Со своими огромными чёрными глазами и круглым, несколько наивным лицом Эл, на мой взгляд, напоминает лань. Если он лань, то я лис. Мои русо-рыжие волосы похожи на мех лиса. Я невысокий и шустрый, у меня широко расставленные светлые глаза и улыбка лиса. Я всегда сравниваю своих знакомых с животными. Думаю, это происходит оттого, что я очень люблю животных.
Мы с Элом шли по двору и наслаждались прохладным, ясным весенним днём, вдыхая свежий, пахучий воздух. Над деревьями проплывали курчавые облака.
- Хочу извиниться за мать, - заговорил я после затянувшейся паузы. - Она очень изменилась с тех пор, как ушла с работы. Когда она возилась с животными в ветеринарной клинике, это была совсем другая женщина. Признаться, я из-за неё весь извёлся.
- Может, тебе позвонить папе? - предложил Эл. - Не помешало бы с ним посоветоваться.
- Я уже звонил ему, - сообщил я другу. - Но он сказал, что я должен потерпеть. Потерять работу - это тебе не фунт изюму, и она должна привыкнуть к своему новому положению.
- Звучит разумно, - проговорил Эл.
Это действительно звучало разумно, но мне было как-то не по себе.
- Мне хотелось бы, чтобы папа был тут, - признался я. - Мне его очень недостаёт. Телефон, электронная почта - это всё не то.
Мой папа переехал в Чикаго шесть лет назад, после того как они с матерью развелись. Они предоставили мне самому выбрать, с кем остаться, - и я предпочёл маму.
- Многие ребята считают, что я сделал неправильный выбор, - продолжал я. - Но всё дело в том, что я просто не смог бы жить в городе. Вдали от леса я схожу с ума.
- А мне нравятся большие города, - сказал Эл, смотря куда-то вдаль. - Если бы у меня была такая возможность, я перебрался бы в Чикаго, не задумываясь.
Я проследил за направлением его взгляда и увидел большую чёрную птицу, перелетавшую с ветки на ветку.
Она резко, почти лихорадочно махала крыльями, колотя ими по своему телу. С верхушки дерева поднялась ещё одна птица и закружилась над нами. Потом, изменив направление, исчезла из виду. И вдруг она вернулась. Птицы вели себя очень странно. Будто они пребывали в растерянности и готовы были впасть в панику. Лесное эхо отозвалось на пронзительный крик ещё одной птицы, слетевшей с ветки, после чего над лесом поднялась целая стая пернатых. Чёрная туча существ, бьющих крыльями с такой силой, что лес огласился рокотом, напоминавшим громовые раскаты. Я невольно вздрогнул.
- Что это? - произнёс я вслух.
Из лесной чащи вылетали всё новые и новые птицы. Сотни птиц. Они кружились над нами и заслоняли солнце.
Лес погружался в темноту. Эл схватил меня за руку.
- Господи! Да что это такое? - проговорил он громко и испуганно.
- Не знаю, - отозвался я, смотря на чёрную тучу, кружившую над лесом. - Никогда не видел, чтобы птицы так себя вели.
Между тем пернатое облако издавало оглушительный шум. Птицы галдели, каркали и свиристели. Опускались и опять взмывали ввысь. И кружили, крича всё громче с каждой минутой. Тем не менее я услышал треск ветки за своей спиной. Я повернулся и увидел, что к нам подошла мать. Запрокинув голову, она стала глядеть на небо через очки с тонкими стёклами. Когда она начала поправлять сбившиеся на глаза волосы, я заметил, что у неё трясутся руки.
- Они чем-то обеспокоены, - констатировала мать. - Тут происходит что-то неладное, Леон. Не ходи в лес. Не ходи туда сегодня.
- Но… Но мне надо, - отозвался я. - Моё задание…
Мать посмотрела на кружащее чёрное облако, оглашавшее окрестности громкими криками, и мягко произнесла:
- Обычно птицы так себя не ведут. Раз они настолько встревожены, значит, поблизости творится что-то из ряда вон выходящее. Тут дело нечисто.
С этими словами она вдруг ринулась бежать со всех ног по направлению к дому.
- Мама! - крикнул я ей во след. - Мама, ты куда? Вернись!
Но она даже не обернулась. Вскоре её фигура скрылась за деревьями.
- Куда это она? - спросил Эл, пряча лицо в руках.
- Не знаю, - ответил я, прижимаясь к нему вплотную.
Мы глядели на чёрную тучу круживших над нами птиц. Их резкие, лихорадочные крики эхом отдавались в моей голове. Я заткнул уши пальцами, чтобы заглушить шум, - и вдруг крики прекратились.
Теперь птицы кружили в жутковатой тишине. Хлопанье их крыльев замедлилось. Птицы пошли на снижение и вскоре будто бы растворились среди густых, раскидистых древесных крон.
Небо опять прояснилось, и солнце засияло над нами. И я с наслаждением услышал лёгкий, привычный шорох ветра, играющего в ветвях. Эл повалился на траву.