Скажи «да»
![Скажи «да»](/uploads/covers/2023-03-09/skazhi-da-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Скажи «да»" полностью
С возвращением
Я вышла из здания аэропорта и полной грудью вдохнула едкий запах мокрого асфальта и выхлопных газов. В ночи, в холоде, после тридцати с лишним градусов днем, после двух часов полета. Два часа, всего-то. Два часа, поставившие жирную точку. Впрочем, чего удивляться, все медленно катилось в тартарары уже довольно давно.
Запах мерзкий, а дышать почему-то легче. Больно ещё очень, сердце на куски разрывается, но все равно легче. Привычнее. Тут, в родном городе, где термометр не поднимается даже днём выше двадцати пяти, с осознанием, что чемодан, на котором я сидела почти четыре месяца, можно разобрать.
Я никому не звонила. Не просила встретить, не просила утешения, не рассказывала. Узнают, конечно, по унылому лицу, по пустому взгляду, по пальцу без кольца, но это будет завтра.
Самое трудное было попрощаться с Евой. Как сказать маленькой девочке, что ее папа козел и бабник? Как смотреть в ее большие голубые глаза, полные слез, и оставаться решительной и твёрдой? Осознание пришло внезапно — признаться, наконец, самой себе, что ее мамой я хотела быть сильнее, чем его женой. Во всяком случае, последние полгода.
Ещё полгода до, итого — это самые продолжительные мои отношения. Полнейшее фиаско. Крах. Провал. Поражение по всем фронтам.
— Мы будем общаться по видеосвязи, — утешала не то ее, не то себя, гладя по голове, — в любое время, когда захочешь.
— Правда? — этот взгляд, полный надежды, полный детской непосредственности, но уже такой серьёзный, понимающий.
— Конечно, — киваю с серьезным лицом, — у нас с твоим папой не получилось, тут нет ничьей вины, но мы с тобой всегда будем друзьями.
Вадим одними губами за ее спиной сказал «спасибо», а я лишь отвела взгляд. Смотреть на него тошно. Самолёт только через три часа, до аэропорта минут сорок от силы, но рядом с ним я не пробуду ни одной лишней минуты.
Оправдания были идиотскими. Одно то, что он вновь оправдывался, выбешивало, но самое нелепое, что виновата, по итогу, оказалась я. Даже не знаю, может, специально он все это? Обидеть, унизить, оскорбить с такой силой, что даже моя привязанность к его дочери не удержит. Так думать немного легче. Появляется некий налёт благородности, тонким слоем ложась на дерьмо, в которое он меня в очередной раз окунул.
Ничего нового. Он снова мне изменил.
Я так отчаянно хотела семью, которой, по сути, никогда не имела, что простила его. Сейчас уже, глядя на мелькающие за окном такси редкие огни у трассы, я могла признаться себе в этом, но полгода старательно отрицала реальность. Сердце все так же замирало от его прикосновений, он вёл себя безукоризненно, не закатывал сцен, когда я попросила отложить свадьбу, развивая свой бизнес, налаживая контакт с новым партнером, шел на поводу у моих прихотей с неизменной ухмылкой на лице, на других женщин даже не смотрел. Пока не случилось то, чего не мог предвидеть никто.
По весне, с первым цветением, Ева начала задыхаться. Вердикт врачей был суров и однозначен — астма. Рекомендации — просты и понятны. И решение появилось само собой — переезд. Морской воздух за неделю вернул ребенка к жизни, развеяв последние сомнения и начав подготовку. И этот шаг — единственное, за что я продолжала его уважать. Ради дочери он был готов на все. Пожалуй, именно это и подкупало с самого начала.
О моем переезде не заговаривали. Он боялся спрашивать, я не хотела отвечать. Жила на чемоданах, моталась туда-сюда, пытаясь совместить работу в одном городе и личную жизнь в другом, пока однажды не решила сделать сюрприз. О своём прилете не сообщила, нагрянула в ночи и ещё с порога поняла, что это конец.
Женские босоножки на шпильке валялись как попало, из гостиной был слышен приглушённый смех. Во второй раз уже не так больно было даже идти по дорожке из их одежды, валяющейся как попало. На низком столике бокалы с недопитым красным вином и ее бюстгальтер. Эдакий натюрморт, который я дополнила своим кольцом.
— Твою мать! — рявкнул, резко снимая ее с себя, а я скупо улыбнулась в ответ:
— Простите, я помешала.
Развернулась на негнущихся ногах и поехала в гостиницу. Кидаться вслед он не стал, это было глупо и абсолютно бесперспективно, что понимали мы оба. Уверена, даже та голубоглазая блондинка успела сообразить, не удосужившись даже прикрыться.
И не было больше огня в моих глазах, прожигающего душу гнева, слепой ярости, разбились вдребезги и розовые очки. Только щемящая, раздирающая тоска по не сбывшимся мечтам.
Конечно, не обошлось без сцены. Я приехала ближе к вечеру чтобы объясниться с Евой, но для начала пришлось выслушать его.
— Она ничего для меня не значит, Линда! — начал с запалом, но под моим равнодушным взглядом быстро сдулся и перешёл в нападение: — Ты даже не думала переезжать! Черт знает, чем ты там занимаешься и с кем!
— Серьезно? — спросила с укором, а он поморщился:
— Нет. Не знаю, как так вышло. Просто не знаю. У меня крышу сносит, когда думаю о том, что ты там, с этим чертовым детективом, свободным, как долбаный ветер в поле. Приезжаешь, когда хочешь, уезжаешь второпях, а я сижу жду, как мудак.
— С последним, пожалуй, соглашусь, — усмехнулась в ответ. — Ева где?
— Наверху, с няней, — ответил недовольно и ухватил за руку, — подожди, давай обсудим.
— Что конкретно? — подняла бровь в безграничном удивлении. — Позу?
Он скривился и отпустил руку. Меня отпустил.
Такси остановилось у дома, я сунула водителю деньги и быстро вышла, заторопившись к подъезду. Вторая ночь без сна, я валилась с ног, но приоткрытая дверь в квартиру щедро плеснула в кровь адреналин. В висках застучало так громко, что я перестала слышать собственные мысли. Точнее, одну, единственно верную — не входи.
Осторожно поставила сумку, толкнула дверь и прошла в прихожую, подслеповато щурясь и пытаясь разглядеть хоть что-то в тусклом свете, проникающим в квартиру из подъезда. Очевидно, моя интуиция поставила на мне крест ещё тогда, когда я приняла решение простить изменника. С другой стороны, я все же выспалась. В коридоре, получив удар по голове такой силы, что просто отключилась.
Не первое мое сотрясение. Как там название тех таблеток?
Я осторожно потрогала голову, не поднимаясь, нащупала здоровенную шишку и рану с засохшей кровью, поморщилась и открыла глаза. Сумка валяется рядом, входная дверь плотно прикрыта, в квартире тишина. Судя по всему, меня вырубили и сбежали. Судя по всему, меня не ждали прошлой ночью. А значит, кто-то точно знал, что меня не будет. Что обратный билет у меня только на сегодняшний вечер, что бронирование я так и не отменила, просто купив новый. Не до того было. А теперь и подавно, я разрываюсь между желанием встать и никогда этого не делать.
В сумке зазвонил рабочий телефон, я дотянулась и достала его, посмотрев на экран. Ещё не хватало… этот номер я уже наизусть знаю.
Я ответила на вызов и приложила телефон к уху. Правила были простые — первым начинает говорить звонивший. Но он и не думал. Вот уже полтора месяца, каждый день, но в разное время, мне поступает звонок с одного и того же номера. Я молчу и некто на том конце воображаемого провода тоже. Жду немного и вешаю трубку, а на следующий день все повторяется. Идиотизм.
Номер, разумеется, пробивали. Предоплаченный, так что след в никуда. Удалось даже получить распечатку звонков, но все они были лишь на один номер — мой. Однако, на этот раз он удивил.
— Линда? — спросили приятным бархатным голосом. Немного неожиданно, я успела нарисовать в воображении довольно неприятного типа и голос у него должен был быть подстать — высокий, скрипучий, ехидный.
— Слушаю, — ответила слегка нервно.
— Я бы хотел сделать заказ, — пошёл немного не по сценарию и добавил: — Требуется доставить пакет документов по адресу. Срочно.
— Назовите адрес, пожалуйста, — сказала чуть сипло. Надо было откашляться, что ли, прежде чем брать трубку, у меня голос умирающей в муках.
— Вишневая, тридцать два, — ответил со смешком, очевидно решив, что разбудил, а я нахмурилась. Мне не тридцать два, конечно, но намёк уловила. И что он задумал, интересно?
— Курьер уже в пути, — ответила максимально безразлично, отправила адрес сообщением, отложила один телефон и взяла другой, набрав Пашке.
— Это прикол такой? — спросил недовольно.
— Это мой маньяк, — слабо хмыкнула в ответ.
— Брешешь! — заявил убежденно, а я вздохнула:
— Возьми Мишу. Заказ срочный.
— Так у него это… выходной. Эмирчика выцеплю.
— Эмирчика выцеплю я, — поморщилась в ответ, — просто сделай, как прошу.
— Ты в порядке? — спросил осторожно.
— Да, вали уже! — ответила нервно и нажала отбой.
Набрала Эмира и вздохнула в трубку:
— Давай ко мне.
— Буду через семь минут, — ответил без лишних вопросов. Какие они у меня все разные…
«Может, обошлось без сотрясения?» — мелькнула шальная мысль и я тут же проверила. Решительно села и не менее решительно опустилась обратно с тупой надсадной болью в затылке и подкатывающей тошнотой. Не прокатило.
Ровно через семь минут Эмир вставил в замок свой ключ, а потом резко распахнул дверь.
— Приветики, — пропела с пола, — сюрприз.
— Терпеть не могу сюрпризы, Линда, — ответил со вздохом, — я в аптеку, не двигайся.
Последний сюрприз ему устроила Инга, его невеста. Уехала в Грузию навестить мать и обратно не вернулась. Недели через три он заподозрил подвох, съездил на квартиру, которую снимал для неё в моем доме, и нашел длинное плаксивое письмо, в котором она объяснила, что, как бы сильно его не любила, жить на чужбине не сможет. И что род его деятельности идёт вразрез с ее мироощущением. Зато переехал поближе. Пригодилось.
— Скажи, что ты пришла в стельку пьяная, споткнулась и ударилась головой об стол, — сказал со вздохом, садясь рядом и осматривая мою голову.
— Что там? — проигнорировала, старательно изучая приличный слой пыли на плинтусе.
— Шишка с мой кулак, рана небольшая. И, судя по отсутствию кольца, до свадьбы точно заживёт.
— Мило, — скривилась в ответ, а он хмыкнул:
— Добро пожаловать. Что случилось?
— Дверь была приоткрыта, я, разумеется, вошла.
— Разумеется, — чуть слышно хмыкнул в ответ, — ничему жизнь не учит.
— А вот тут в точку, — поморщилась от воспоминаний.
— Понял, — вздохнул, поднимая меня на руки и тут же ухмыльнулся: — С другой стороны, я без зазрения совести могу тебя раздеть и насладиться открывшимся видом.
Я фыркнула и поморщилась сквозь смех.
— Что ты там не видел…
— В том то и дело, Линда, — тихо посмеялся в ответ, — в том то и дело.
Я улыбнулась и прикрыла глаза, молчаливо разрешив ему все. Он уложил меня на кровати, снял кроссовки и вышел с ними, а вернулся со стаканом воды и парой таблеток на ладони. Я выпила, а он занялся раной. Помог снять футболку, с блуждающей улыбкой стащил с меня джинсы, прикрыл одеялом и завалился рядом.
— Я отправила парней к своему маньяку, — сказала между делом.
— В курсе. Странно это, Линда. Полтора месяца звонков и вдруг заказ. Само по себе странно, а тут ещё это, — осторожно погладил меня по волосам, а я вздохнула:
— Думаешь, связано?