Снежная ночь в Токио
![Снежная ночь в Токио](/uploads/covers/2022-12-21/snezhnaya-noch-v-tokio-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мия Энаде
- Жанр: Любовные романы
Читать книгу "Снежная ночь в Токио" полностью
Соглашение
Меня зовут Касуми Ходзё, мне двадцать восемь лет, и внешне я выгляжу счастливой. У меня хорошая работа, красивый дом, богатый муж. Именно так люди думают обо мне. Но правда в том, что ни одна из этих вещей не приносит мне радости. Это просто тревоги, которые со временем накопились и затвердели в единый блок, как снег на углах улиц, когда он превращается в лёд. У меня монотонная и не приносящая удовлетворения офисная работа. В моём доме всегда холодно и тихо — пустой ящик посреди мрамора. Мой брак — полная катастрофа.
Предложение Нобуо, которое я получила около четырёх лет назад, застало меня врасплох. Мы встречались всего несколько месяцев. Нобуо намного старше, много лет проработал в том же банке, куда недавно взяли и меня. Из-за испытываемого к нему уважения у меня не хватало смелости сказать «нет», но я не сумела ответить и «да». Только через несколько дней под давлением матери, которая видела в Нобуо беспроигрышную и отличную партию, я согласилась выйти за него замуж. В конце концов, в этом не было ничего необычного ни для моей семьи, ни для коллег. Моя сестра тоже вышла замуж в том же возрасте, что и я, после короткой помолвки. Я надеялась, что буду хотя бы наполовину так же счастлива, как она, имея рядом с собой надёжную опору.
В то время я была уязвима (нас недавно покинул мой отец). Зацепиться за такого человека, как Нобуо, который в чём-то напоминал мне его, казалось правильным решением.
Мой отец был добрым, спокойным человеком, он следовал философии икигай и жил в гармонии со всем, что его окружало. Он был мудрым, прочитал много книг и, казалось, на всё имел ответ. Отец часто улыбался и радовался даже самым незначительным вещам, таким как хорошая горячая еда зимой или прохладный дождливый день летом. И он оставался таким до самого конца, даже когда был слишком болен, чтобы встать с постели.
«Ты должна быть счастлива сегодня, потому что наши дни коротки, и мы не можем вернуться в прошлое», — говорил он мне прежде, чем ущипнуть за нос, словно я всё ещё ребёнок.
И я старалась его слушать.
Я вышла замуж за Нобуо, потому как в момент большой печали, подобной той, что переживала, иллюзорно решила, — он может сделать меня счастливой.
Наши дни в качестве молодожёнов длились едва ли дольше, чем медовый месяц. Чем лучше мы узнавали друг друга, тем меньше мы ладили. Возможно, мы никогда не любили друг друга по-настоящему, это было лишь мимолётное чувство, которое оба истолковали неправильно. Вскоре муж начал засматриваться на других женщин и желать их, хотя он слишком жесткий и честный, чтобы предать меня, по крайней мере, материально. Я обнаружила, что связала себя узами брака с циничным и материалистичным человеком, неспособным на привязанность, у которого не было ничего общего с моим отцом, кроме нескольких седых волос. И он понял, что женился на женщине, которая его презирает. Но Нобуо, как и я, не мог признать свою неудачу или позволить людям узнать, что он совершил ошибку. С другой стороны, в нашей среде такой внезапный развод встретил бы неодобрение, не говоря уже о горе, которое он принёс бы в наши семьи.
И вот, после очередной ссоры, чтобы не умереть от тоски и не утонуть в нетерпимости, мы заключили соглашение: каждый год, всего на один день, мы можем быть теми, кем захотим, почувствовать вкус другой жизни. Каждый год, на двадцать четыре часа (или около того), мы оставляем наши обручальные кольца в пепельнице в гостиной и уходим из дома. Ведём себя так, будто никогда и не встречались. Мы отправляемся искать компанию, кого-то, с кем можно провести ночь, как сделали бы, будь мы одиноки.
Чтобы избежать серьёзных последствий, пришлось установить дополнительные правила. Прежде всего, мы должны избегать встреч с членами семьи или знакомыми, поэтому лучше перемещаться в районы, которые мы обычно не посещаем. Мы не должны сохранять фотографии, видео или сообщения, по крайней мере, на устройствах, которыми обычно пользуемся дома и на работе. Мы не можем рассказать, как провели день, где и с кем, и не должны задавать вопросы об этом. Иначе, если начнём делиться воспоминаниями, то первое правило — о двадцати четырёх часах — будет нарушено. В момент, когда снимаем обувь на половичке у дома и переступаем порог, всё должно быть стёрто, забыто, освобождая место реальности.
Каждый год, всего на один день, я могу быть свободной.
Этот день настал сегодня.