Камер-юнкер
![Камер-юнкер](/uploads/covers/2024-05-06/kamer-yunker-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Валерий Пылаев
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы / Детективная фантастика / Самиздат, сетевая литература / Фэнтези: прочее
- Дата выхода: 2022
Читать книгу "Камер-юнкер" полностью
Глава 11
За прошедшие полтора месяца Богдан буквально преобразился. Возмужал, чуть раздался в плечах. Получил чин унтер-офицера, конечно же – и, похоже, покинул училище, выбрав действительную службу. Черный с зеленым гвардейский мундир не только оказался ему к лицу, но и добавлял какой-то особенной взрослой стати и серьезности.
Даже уши Богдана уже будто не так сильно торчали в стороны, да и в целом вид у него был лихой и блестящий. На мгновение показалось, что Павел решил разыграть меня, подсунув вместо нашего однокашника какого-то отдаленно похожего чернявого молодчика – но фирменная манера держаться тут же выдала истину.
– Старая гвардия снова в сборе! – Богдан закинул винтовку за плечо, подлетел и стиснул меня в объятиях даже до то того, как я успел выбраться из кресла. – Куда на этот раз, княже? Штурмовать Петропавловскую крепость?
– Надеюсь, не придется, – прохрипел я. – Пусти, задушишь…
– Господин унтер-офицер, ведите себя прилично. – Павел улыбнулся и картинно прикрыл лицо рукой, изображая глубокий стыд за бестолковых сподвижников. – Мы с сиятельным князем обсуждаем дела государственной важности.
– Знаю я ваши дела. – Богдан махнул рукой. – Блины трескаете.
«Красный» юнкер Чингачгук превратился в цесаревича Павла. Я – в доверенного лицо будущего императора и крупного промышленника. Богдан теперь носил форму лейб-гвардейского полка, и если уж что-то и осталось прежним – так это его обращение. Он то ли старательно делал вид, то ли и правда плевать хотел на все чины и статус.
Очень может быть, Павел приблизил его к себе именно поэтому.
– Ты как тут оказался, служивый? – улыбнулся я. – Гвардейцем стал…
– Лейб-гвардии Егерский полк. – Выражение лица Богдана на мгновение стало смертельно серьезным. – Личная охрана его высо…
– Теперь, когда четыре гвардейских полка расформированы, за охрану дворца отвечают егеря, – пояснил Павел. – Богдан перешел сюда по моей личной просьбе.
– Поближе к кухне, а от начальства… ну, допустим, к начальству теперь даже ближе, чем, к кухне. – Богдан кое-как переиначил свою любимую фразочку. – Тепло, светло и мухи не кусают.
– А остальные наши где, чего с ними? – спросил я. – А то забегался я с апреля, не слышал даже… Только знаю, что все живы-здоровы.
– Здоровее некуда. «Дядька» мой при училище остался. Говорит, хочет через год или два в Академию пробовать. – Богдан плюхнулся в соседнее кресло. – С его-то аттестатом и наградами возьмут, конечно. Капитаном будет.
– А мой «дядька»? Пропал куда-то, не попрощался даже.
– А Иван обратно, в пехотную дивизию, в родной двадцать пятый Смоленский. Видать, совсем без настоящей службы для него жизни нет. – Богдан махнул рукой. – Хотя мог бы и в Академию, и в гвардию, и сюда проситься. А так буду я один нашего краснокожего охранять?
– На каторгу, – беззлобно проворчал Павел.
– Ну, на каторгу еще когда. – Богдан усмехнулся и легонько стукнул прикладом в пол. – А сейчас ружо-то у меня.
– Ага. Давай, показывай князю свое ружье. – Павел легонько похлопал ладонью по столу. – Для этого и позвали.
– Это пожалуйста. – Богдан ловко перехватил винтовку за цевье и положил передо мной. – Чудо техники, можно сказать.
Я молча кивнул и принялся рассматривать заграничную игрушку. На первый взгляд она не так уж сильно отличалась от привычной «трехлинейки»… но только на первый. Заметно компактнее, покороче и, похоже, легче на половину или даже целый килограмм. Темное дерево, еще не успевшее вытереться там, где его касались скобы ремня, увесистый ствол с еще одной трубкой снизу – зато в области затвора металла почему-то оказалось заметно меньше.
Вместо привычного здоровенного рычага конструкции Мосина – компактная скоба, которую приходилось брать пальцами, а не хватать чуть ли не целой ладонью.
– Автоматика… самовзвод, короче говоря. Новый поворотный механизм, газоотводная трубка вот здесь, – пояснил Богдан, указывая пальцем. – Заряжается сверху обоймой на восемь патронов. Выдает все за несколько секунд, потом выплевывает пустую обойму и оставляет затвор сзади. Вставляешь следующую – и по-новой. – Богдан улыбнулся. – Почти пулемет, если руки из нужного места… Не то, что наши «вёсла».
Не очень-то хотелось признавать, но импортная винтовка смотрелась действительно поинтереснее «трехлинейки». Даже самовзводная схема и наработки Судаева вряд ли могли бы предложить что-то подобное… в ближайшее время.
– Занятная игрушка, – вздохнул я. – Британцы?
– Америка. – Богдан пододвинул винтовку чуть ближе. – Тут даже клеймо было где-то… сейчас…
– NWF Antwerpen, – прочитал я выбитые на стальной коробке буквы. – Не очень-то похоже на Америку. Германия, что ли… Или Голландия?
– Бельгия. Фламандская оружейная компания, одна из старейших в Европе. – Павел подался вперед и вылез из-за стола чуть ли не по пояс. – Но сама модель – американская. Закупили несколько тысяч штук. Пока для жандармов и гвардии…
– К чему такая спешка? – Я сложил руки на груди. – Кому так не терпится вооружиться?.. И зачем?
– Надеюсь, что незачем. – Павел на мгновение задумался. – Но Багратион на днях обмолвился, что отправил несколько рот жандармов в Калишскую губернию.
– Привислинский край… – вспомнил я. – Почти самая граница с германским Рейхом.
Уж не знаю, в чем там на самом было дело – но его светлость отправил не обычный полк, даже не гвардию, а самое преданное воинство: жандармов. Видимо, предварительно вооружив новыми американскими игрушками. То ли на дальних рубежах Империи еще бушевали народники, то ли Багратион собирался изловить очередную группу заговорщиков…
То ли на самом деле он опасался коварного германского кайзера куда больше, чем хотел показать.
– А я думаю – война будет. – Богдан сгреб со стола винтовку и пристроил себе между ног прикладом в пол. – Сами знаете – просто так ничего не случается. А сейчас с границы такие слухи идут, что уже и не поймешь, чему верить.
– А точнее? – буркнул я.
К услугам Павла была вся имперская разведка. Я узнавал последние новости от деда или Андрея Георгиевича – и порой даже раньше, чем о них начинали говорить в столице. Но Богдан остался служить, а я уже сам не раз убеждался, что в казармах сомнительные разговоры распространяются порой даже быстрее, чем в институтах для благородных девиц. И пусть любую информацию стоило всякий раз делить надвое, пусть она прилетала невесть откуда издалека, по пути обрастая совершенно фантастическими подробностями – прислушаться определенно стоило.
Дыма без огня не бывает.
– Да чего – точнее… – мрачно проговорил Богдан. – Неспокойно за Вислой, вот и все дела. Немецких егерей не только у Калиша видели или у Ченстохова. Говорят, чуть ли не под самой Варшавой поймали троих гражданских с оружием… непонятных.
– Под Варшавой?! – Павел явно не поверил. – Да там километров двести до границы!
– Ну… за что купил – за то и продаю. – Богдан пожал плечами. – Может, и было там никого, или из местных кто забрел не туда. Там немцев этих и у нас живет – хоть ложкой ешь.
История казалась почти невозможной – если бы я не слышал что-то похожее чуть меньше года назад. И если уж Андрей Георгиевич каким-то образом забрался с целым отрядом солдат под самую Вену в тридцать девятом году, то и немецкие егеря вполне могли выплыть неподалеку от Варшавы сейчас, в шестьдесят восьмом.
И после «Бисмарка» это мало походило на совпадение.
– Сейчас многие верят, что кайзер… – Павел огляделся по сторонам, будто боялся, что нас могут подслушать. – Я был на допросе заговорщиков. И все до единого – и офицеры, и рядовые солдаты – говорят, что пошли на измену только ради того, чтобы защитить страну.
– От чего? – фыркнул я. – От пролетариев с винтовками? Или от одного-единственного немецкого крейсера, который они сами и захватили?
– Ну, похоже, кто-то хотел, чтобы трон вместо матери занял…
– Ты. Несовершеннолетний наследник, вокруг которого можно собрать Чрезвычайный совет, разогнав все настоящих Одаренных к чертовой бабушке. И потом править всей страной так, как им вздумается! Растащить и распродать все, что не приколочено. – Я чувствовал, что изрядно перегибаю палку, но остановиться уже не мог. – Переворот во благо Империи, избавление от выживших из ума стариков в Госсовете, приведение к власти достойных, защита страны от внешнего врага… Лично я наслушался этой брехни еще в январе. Такими разговорами можно оправдывать вообще что угодно, но измена остается изменой, мой краснокожий друг! В какую бы обертку ее не пытались засунуть.
– Тихо, тихо, не кипятись, княже. – Богдан демонстративно втянул голову в плечи изображая испуг. – А то придется мне тебя сейчас прям в каземат отконвоировать.
– Ты прав… наверное.
Павел вовсе не выглядел раздосадованным – скорее чуть обалдевшим и впавшим в раздумья. То ли от формы моей гневной отповеди, то ли из-за ее содержания.
– Конечно же, я прав. И даже если дело действительно в немцах, которые мутят воду – для начала все равно неплохо бы передавить тех врагов, кто еще остался по эту сторону границы с Рейхом. – Я шумно выдохнул и откинулся на спинку кресла. – Если тебе еще не доложили – где-то с неделю назад кто-то взорвал мою машину заклятьем силой на уровне третьего магического класса… Или это тоже сделал кайзер?
– Нет, конечно, – поморщился Павел. – Но у тебя и без него много врагов. Не всем нравится, что ты делаешь.
– Правда? Кто бы мог подумать! – Я едва удержался, чтобы не добавить чего покрепче. – Так вот тебе подсказка: кому-то мешает, что мой род подмял под себя патенты, кое-какие капиталы и изрядную часть оружейных заводов в столице. А еще кто-то решил ввезти в страну несколько тысяч американских винтовок из Антверпена… Видишь связь?
– Ну знаешь! – Павел недовольно сдвинул брови. – Предлагаешь сажать за государственную измену любого, кто помешает сиятельному князю Горчакову?
– Обойдусь, – огрызнулся я. – И если уж даже Багратион со своим Третьим отделением не торопиться найти тех, кто меня чуть не убил – я с удовольствием сделаю это сам.
– Чтобы передать государеву правосудию?
– Разумеется. – Я ехидно улыбнулся. – Правда, не могу обещать, что передавать придется не по частям.
Злоба никуда не делась – но я изо всех сил направлял ее в нужное русло. Багратион действительно не слишком-то спешил искать моих врагов – похоже, у его канцеляристов и отдельного полка жандармерии были дела поважнее. Он мог сколько угодно ошибаться или недооценивать угрозу кайзера, но в одном был уж точно правее некуда: сейчас есть проблемы и поближе – ими и стоит заняться в первую очередь.
И я кажется, уже понемногу понимал, как это сделать.