Замуж в наказание
Я задерживаю дыхание, закрываю глаза и прислушиваюсь к разговору отца с товарищем.
— Да. Айдар Салманов. Завтра будет у нас в гостях. Мы отдаем за него Айку.
Сердце обрывается. Есть шанс, что я ослышалась? Потому что Айка — это я.
— Наказываешь за то, что учудила? — Папа в ответ молчит, а товарищ продолжает: — Правильно. За недостойное поведение должно следовать наказание. Отцу посмела перечить, муж под себя воспитает. Говорят, он человек жесткий, но справедливый.
Уши закладывает от волнения, я отступаю от двери.
Первые шаги по ступенькам вверх делаю тихо, дальше — бегу, строча на телефоне: «Мить, если любишь — давай сбежим. Папа хочет отдать меня замуж за областного прокурора».
![Замуж в наказание](/uploads/covers/2023-12-18/zamuzh-v-nakazanie-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мария Акулова
- Жанр: Современные любовные романы / Романтическая эротика
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Замуж в наказание" полностью
Глава 1
Айлин
Лейла с Азаматом с шести лет знали, что поженятся, и сегодня этот день настал.
Об их браке семьи не договаривались в детстве, больше шутили об этом, но в итоге получилось, что предрекли. Полгода назад стало понятно, что свадьбе быть, а сейчас я смотрю на их первый танец и не могу отвести глаз. А еще не могу не прослезиться.
В восторге тянусь пальцами к приоткрытому рту, дрожащей рукой снимая на телефон свою любимую, неимоверно красивую подругу в слепяще белом платье.
Конечно, на свадьбе есть видеограф и это лишнее, но сдержаться не получилось бы. Слишком прекрасно.
У Лейлы осанка гимнастки, длинная шея и изящные руки. Об изысканности ее платья и безупречности макияжа с укладкой и говорить нет смысла. Я люблю подругу, но это не мешает чувствовать себя рядом с ней гадким утенком и бесконечно ровнять спину.
Мне тоже часто говорят, что красивая, но самой кажется, что не настолько.
А еще у меня сердце разрывается от ревности, что она теперь — не моя. Азамат забрал мою любовь. Разбил сердечко, негодяй. Правда если кто-то и заслуживает быть рядом с моей девочкой — то только он.
Танец молодых заканчивается, белый туман под их ногами начинает рассеиваться, я жму на стоп, сохраняя видео, которое буду полночи пересматривать, наполняя слезами подушку, а потом хлопаю в ладоши и громко улюлюкаю, выражая свой искренний восторг парой, пока не слышу за спиной негромкое папино:
— Кызым…
Я знаю, что это значит в сочетании с просящим взглядом. «Будь потише, дочка».
Вздыхаю и опускаю взгляд вместе с покрытыми узорами из хны руками.
У меня лучший в мире папочка — бабасы — но я немного не попадаю в его ожидания. Громковата, нрав крутой, и это он еще не знает… Ох…
Смотрю на свои руки, отвлекаюсь и с улыбкой вспоминаю, какой вчера был невероятный, просто магический вечер!
Я обожаю традиции своего народа. Знаю, что мои школьные и университетские подружки перед свадьбой гуляют напоследок иначе. В стрип-баре, заказывают спа, пьют шампанское, просто идут в клуб, а у нас никаху и празднованию свадеб предшествует вечер хны.
Мне мерещится, что ноздри до сих пор щекочет запах трав и пряностей, в ушах — звонкий девичий смех, а пальцы покрыты нежными тонкими узорами. В каждую черточку зашито пожелание счастливого скорого замужества.
Улыбаюсь шире и трепещу. Надеюсь, эти пожелания сбудутся.
Как чувствуя, что я думаю о нем, Митя напоминает о себе сообщением.
Открываю в ту же секунду, ощущая себя преступницей.
«Выйдешь ко мне, если подъеду?»
От страха и возмущения даже глаза расширяются, к щекам приливает жар. Хочу ответить: «Нет, ты что! Нельзя». Но он обидится, поэтому медлю и взвешиваю.
Пробегаюсь взглядом по огромному свадебному залу.
Даже не верится, что несколькими часами ранее все здесь стояли, потупив взгляды, пока имам совершал никах. Сейчас и молодежь, и те, кто постарше, вовсю веселятся, едят, танцуют, смеются и поздравляют молодоженов.
Я нахожу взглядом маму — она в компании своих подруг. Старшего брата — Бекира — он с парнями. Как всегда, очень серьезный, перебирает свои четки. В последний год, чтобы повысить авторитет перед отцом, углубился в изучение ислама. Теперь у него есть немного пугающая черная бородка, те самые четки, хмурый взгляд, он часто заводит слишком серьезные для меня разговоры и совершает пять раз в сутки намаз.
Я рада за него, но сама, наверное, еще не доросла. Балансирую между желанием быть прилежной папиной дочкой и хотя бы разочаровать не смертельно.
Возвращаюсь к телефону и печатаю: «Выйду, но ненадолго. Напишешь, когда подъедешь».
Митя ставит моему сообщению палец вверх, а я теперь волнуюсь в три раза сильнее.
Пытаюсь отвлечься на зажигательную, в меру забавную хайтарму (наш национальный танец), но то и дело возвращаюсь мыслями к Мите.
Мы познакомились с ним полтора года назад в университете. Я сейчас на третьем курсе медицинского факультета. Он — выпускник-стоматолог.
Как сам Митя признался, такая яркая красавица не могла не разбить его сердце. А мне каждый раз приятно об этом слушать.
Он, конечно же, не кырымлы (крымский татарин). И это — моя большая беда. Но сердцу ведь не прикажешь, правда? Я и так долго сопротивлялась его ухаживаниям, в итоге сдалась. Теперь мне остается надеяться, что у нас все будет хорошо.
— Айка, ты почему такая розовая? Влюбилась? Или думаешь, как бы украсть Лейляшу у Азаматика? — Ко мне из-за спины подходит Айше — наша с Лейлой подружка. Подкалывает, игриво толкая в плечо, а я смеюсь (уже тише, чтобы не получить от папы новое замечание) и мотаю головой.
Придет время — все всё узнают про нас с Митей, но пока рано.
Пусть меня угораздило влюбиться не в своего, но я верю, что пройдем мы правильной дорожкой. Почти. Потому что начали-то уже неправильно.
Но я часто и много рассказываю ему о наших традициях.
Очень жду момента, когда мне передадут от него платок (как у нас заведено, если парень хочет засватать девушку), я обязательно его вышью и верну. Дальше буду ждать прихода сватов.
Митя — атеист, но от моих опасений он отмахивается. Чтобы быть со мной, нужно принять ислам? Без проблем. Хоть буддизм.
— Жарко тут… — Вру Айше, обмахивая лицо руками. Кручу головой, чтобы не встречаться взглядом с подозрительной подругой.
Про себя шепчу: не дави, молю, придет время — я всем с вами поделюсь.
Интуитивно чувствую момент, когда у неё меняется настроение с сыщицы на сплетницу. Она обвивает мой локоть своей тоненькой ручкой и тянет к себе. Я склоняюсь, почти чувствую ее губы кожей.
— Ты нового прокурора видела?
Она воодушевлена и даже, как мне кажется, возбуждена, а я мотаю головой.
Уже несколько недель у нас в общине разговоры об одном: на важную должность назначен свой человек.
Еще месяц назад о нем никто не знал, его не было в нашем городе и на языках людей. Теперь же — он желанный гость в любом доме и на любом празднике. Жаркая тема для всех сплетен.
— Вот правду говорят про Айку! Бедовая ты, ханым! Все девушки шеи посворачивали и только ты…
Мне не нравится чувствовать себя белой вороной ни в чем. В груди немного царапает, но я пожимаю плечами. Не скажу же, что мне не интересен новый прокурор, потому что перед глазами и в сердце только мой любимый Митя.
— Ты представляешь, его уже отцы в оборот взяли. Говорят, тебе невеста нужна, дом пустой, работы много, да и не мальчик — тридцать два года же! А он вроде бы и не горит идеей, но и не отказывается…
Мне это всё совсем не интересно. Кого выберет новый прокурор — без разницы. Но сказать об этом Айше я не могу — обидится. Правда и слушать дальше не приходится. Мой телефон жужжит, я смотрю на экран:
«Аль, я на месте»
Мите не нравится называть меня настоящим именем. Он всегда его славянизирует. А я каждый раз представляю, как отец отреагирует на Алю. Мне кажется, просто не будет, но вместо того, чтобы отчаяться, я ставлю себе зарубку: еще раз напомнить, что для семьи я только Айка. Айлин. Айлин-ханым. Айлин-балам. И ему стоило бы привыкнуть.
Аккуратно выпутываю свой локоть из-под руки Айше. Отступаю, извиняясь взглядом.
— Я вернусь через пару минут. Если кто-то спросит — в уборной. Мне кажется, тушь посыпалась…
— Да нет, Айк…
Айше пробует меня затормозить, но я не даю.
Конечно, не посыпалась, я нагло вру. Но Митя не любит ждать, поэтому я лавирую между гостями и круглыми столиками, направляясь в сторону уборных. По ушам бьет громкая музыка, а я продумываю план: оттуда выйду во внутренний дворик. Пишу Мите, чтобы ждал там, когда на моих плечах сжимаются чьи-то пальцы.
Я резко торможу не по своему желанию, вскидываю взгляд, чувствую необъяснимый всплеск эмоций.
Мне чуточку больно. Я растеряна. Сверху на меня смотрит незнакомый мужчины.
У него внимательные, пронзительные зеленые глаза, обрамленные длинными густыми ресницами. Ровный нос. Покрытые несколькодневной щетиной щеки и подбородок, тонкие губы.
Я бы могла сказать, что он красивый, но красивым я считаю Митю. А у этого… Слишком серьезный взгляд. Ноль тепла.
— Зачем хватаете? — Мне бы извиниться за свою невнимательность (явно же чуть не влетела в человека), потупить глаза и отойти в сторону, как хотел бы отец, как воспитывала мамочка, но я сначала говорю, потом думаю.
Поэтому слежу, как взгляд мужчины зажигается удивлением, брови приподнимаются. Я вздергиваю подбородок. Мы несколько секунд смотрим друг на друга, потом он ныряет вниз. Не в вырез моего платья, как вы могли бы подумать, а на тусклый экран телефона. Я выдаю себя с потрохами, судорожно его блокируя. Мужской взгляд возвращается к моим глазам. Сердце взводится.
Я почему-то делаю вывод, что это и есть тот самый прокурор. Успел что-то прочитать?
— На свиданку бежишь?
От возмущения у меня расширяются глаза и сбивается дыхание. Пульс скачет.
— Не ваше дело.
Но вместо того, чтобы сгладить, я снова хамлю.
— Ну как не мое… Под моими ногами путаешься.
Он произносит ровным голосом. Ему даже не приходится повышать, чтобы я расслышала через громкую музыку. Практически читаю по губам.
Грудная клетка наполняется новой порцией возмущения, но словами вылиться оно не успевает.
Пальцы на моих плечах расслабляются, спускаются вниз, задевая подушечками кожу. Вслед за этим случайным, но взволновавшим меня, жестом, по ней бегут мурашки. Я даже чуточку ежусь и злюсь из-за этого, сжимая губы.
На языке крутится колкий ответ, но подбородок мужчины поднимается над моей головой, он шагает в сторону, чтобы меня обойти. Смотрит куда-то вдаль. Дает понять: я ему совсем не интересна.
Мужчина продолжает движение, как ни в чем не бывало, а вот я зачем-то оглядываюсь и провожаю взглядом широкие плечи в костюме темного синего цвета.
Сильно сжатый в руке телефон вибрирует, я вспоминаю про Митю.
Отрываю взгляд от возмутившего незнакомца, продолжаю свой путь, но думать о нем не перестаю вопреки требовательному Митиному: «Эй, ты где?».
Мужчина не имеет права так себя вести. Он должен уважать женщин. И если это действительно ему сегодня все предлагают своих дочерей в невесты, то я очень рада, что мой бабасы в таком участвовать не станет.
Он с детства обещал мне: мужа я выберу сама.
Прим. автора:
Бабасы — папочка на крымскотатарском языке
Кызым — доченька на крымскотатарском языке
Ханым/ханум — приставка к имени, означающая "госпожа"
Балам — приставка к имени, означающая "ребенок"
Намаз — молитва из стихов Корана у мусульман
Никах — мусульманский обряд бракосочетания
Хайтарма — крымскотатарский народный танец