Ампир любви
![Ампир любви](/uploads/covers/2024-04-11/ampir-lyubvi-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Наталья Патрацкая
- Жанр: Современная проза / Любовные детективы / Остросюжетные любовные романы
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Ампир любви" полностью
– Идите сюда, – позвала Анфиса, открывая дверцу машины.
– Женщины меня еще не возили на машине. – сказал он, глядя на машину.
– Времена меняются, я давно за рулем.
– Что мы у Вас делать будем? Я понял, Вы хотите оценить свой антиквариат!
– Мы уже знакомые, а антиквариата у меня никогда не было. Мебель у меня современная.
– Хороший ответ, а я подумал, что Вы заманиваете меня в дом как оценщика старой мебели.
В подъезде Анфиса столкнулась с Инессой Евгеньевной. Пожилая дама улыбнулась и вопросительно посмотрела в глаза Родиона, но промолчала.
Родион прошел в квартиру и воскликнул:
– Я прав, Вы меня привезли оценивать этот стул, – он подошел к стулу. – А что, неплохой стульчик! Прямо скажем, неплохой! – засмеялся радостно мужчина, а глаза его так хитро сверкнули, что Анфиса удивилась.
– Родион, Вы проницательны. – сказала Анфиса с некоторым внутренним раздражением, ей показалась, что афера себя не оправдала.
– Продать Ваш антиквариат? – спросил Родион, многозначительно покачивая головой.
– Нет, он мне дорог, как память.
– Все так говорят и продают, а покупатели эту память покупают. Сказать Вам цену на этот стул? – и он назвал цену.
– Так мало?
– Вот видите, из-за стула Вы меня привезли! А мало стул стоит потому, что без легенды и тянет на позапрошлый век.
– Правда, что ли?
– А Вы, Анфиса, не знали, что стул восемнадцатого – девятнадцатого века?
– Нет, на самом деле я его принесла из бабушкиной кладовки. Мне его профиль понравился, изогнутость ног и спинки. Я с детства этот стул помню. Я на нем сидела, когда к бабушке приходила пить чай с вишневым вареньем. Дома у нас варенья никогда не было, – увлеченно врала Анфиса и сама верила своим словам.
– С какой грустью Вы говорите и так красиво. Вспомнили бы лучше историю стула до варенья с чаем или вспомните, что бабушка говорила о своей бабушке.
– Не помню, мне это было неинтересно.
– Тогда дороже не продать. Я сейчас уйду, Вы стул сами привезете, а мы его продадим. Вот и вся любовь – на один стул. Я без обиды говорю, Вы не первая клиентка в моей работе, которая меня увозит на оценку антиквариата под предлогом интереса.
Родион ушел. Анфиса села на диван, еще раз посмотрела на стул и рассмеялась:
– Это ж надо! Восемнадцатый век!
Она позвонила Платону:
– Платон, спасибо за стулья восемнадцатого века!
– Анфиса, ты откуда узнала, что они восемнадцатого века?
– Твой друг Родион сказал.
– Ты бедствуешь, моя радость? Я купил стулья, а ты их продаешь?
– Так получилось. Стулья на самом деле из гарнитура восемнадцатого века?
– А ты вспомни, где я работаю! Я теперь работаю на частной мебельной фабрике. Мы изготавливаем мебель на заказ малыми партиями. Однажды нас попросили сделать гарнитур из восемнадцати стульев, похожих на стулья восемнадцатого века. Я ездил по музеям. В музее великого писателя нашел этот стул. Мы по этому стулу выполнили заказ, а заказчик оплатил двенадцать стульев. Шесть стульев я купил по цене с большой скидкой и тебе подарил.
– Вот теперь спасибо. А ты знаешь, что я могу один стул продать как антиквариат восемнадцатого века? Ты лучше скажи, где находится музей, в котором ты стул срисовал?
– Я соскучился. Приеду и все расскажу.
– Приезжай хоть сейчас. – сказала Анфиса и положила трубку телефона.
Анфиса спрятала стул, прошедший испытания на стенде. Пять стульев она распределила по квартире так, чтобы их число не сразу определялось. Посмотрела на себя в зеркало и решила, что красивее быть необязательно, и побрела на кухню готовить ужин для любимого мужчины. Дети у них пока не появились. Платон хотел детей, бредил продолжением своего рода. Анфиса упреки на эту тему не выносила. Она привыкла к его дарам. Они ее устраивали.
Платон был гибким мужчиной, легким на подъем. Вес на его теле так равномерно распределялся, что он казался просто прекрасным, что Анфисе весьма импонировало. Он знал и чувствовал дерево в любом его проявлении, но что касалось техники – тут у него был полный провал. Машину водить он умел, но без особой легкости, хотя имел права на вождение. Вообще он весь был отголоском прошлых веков. Последнее время он вновь воспылал любовью к Анфисе. Она пыталась увильнуть от его назойливой любви, но чем больше она его отсылала, тем настойчивее он становился.