Эпизод четыре: Окончательный итог
![Эпизод четыре: Окончательный итог](/uploads/covers/2023-02-13/epizod-chetyre-okonchatelnyj-itog-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Анатолий Сигов
- Жанр: Современная проза
Читать книгу "Эпизод четыре: Окончательный итог" полностью
Глава 1
Она не совсем отдавала себе отчёт, зачем сюда пришла. Лишь для того, чтобы заполнить на коленях анкету на пяти листах и сидеть, дожидаясь своей очереди, в компании двух десятков мужчин, в тесной и душной комнатке, где из-за отсутствия мест претенденты расположились не только на стульях, но и на столах? Нервное напряжение собравшихся стало передаваться и ей, и она, не зная, чем себя занять, в десятый раз перебирала принесённые с собой бумаги, глядела через единственное окно на раскачивающиеся ветки деревьев, разглядывала носы своих туфель. И ради чего? Никто не разговаривал друг с другом, воспринимая соседей лишь как конкурентов на одно заветное место, ради которого они собрались со всего города. Вызывали по одному в соседнюю комнату в коридоре, и назад уже никто не возвращался, что ещё более нервировало ожидавших своей очереди. Каждый использовал свои личные каналы, чтобы попасть в эту комнату, и все они были приблизительно одинаковыми. 'У Вовчика открывается вакансия на хорошие бабки'. Дальше следовал шепот о требованиях к кандидату, информация о том, к кому следует подойти в известной компании по набору персонала, и намёк, сколько следует приложить к резюме, чтобы сотрудница этой компании приняла документы. Эта вакансия нигде не анонсировалась, поэтому у недостаточно гибких претендентов не было шансов даже сдать свои документы. Вероника в который раз оглядела оставшихся в комнате мужчин в одинаковых деловых костюмах и ещё раз спросила себя: 'Уйти сейчас или остаться?' Вряд ли у неё, американки, были какие-то шансы обойти двадцать претендентов с российским образованием и с понятной биографией. Да и сами собеседования, которые она проходила раньше, оставляли у неё лишь чувство раздражения от того, с какими лицами кадровики разговаривали с ней и с другими кандидатами. Но особых дел на сегодня не предвиделось, да и жаль было сотки, которую она в открытую прицепила к первому листу комплекта документов, и собственно из-за которой, очевидно, её и вызвали сегодня на интервью. Если бы она знала заранее о таком количестве претендентов-мужчин, то не пришла бы и уж тем более не отдала бы за это сотню долларов. Наконец, позвучала её фамилия, и она вышла из комнаты за сотрудницей фирмы по трудоустройству, у которой теперь оказалась её сотка и которая небрежно махнула рукой в сторону следующей по коридору двери. — Туда, а потом на выход по коридору. Она даже не пыталась быть вежливой. Вероника вошла и увидела двоих, сидящих за разными столами. Перед мужчиной всё ещё сидел предыдущий кандидат, поэтому она поняла, что нужно идти к женщине, перед которой был свободный стул. Она без лишних слов села и приготовилась к худшему. Женщина представляла из себя самый распространённый тип кадровиков: повидавшая всех и вся, уставшая от этого созерцания и поэтому равнодушная ко всему. Таких не надо очаровывать. Таким нужно отвечать кратко и по теме, чтобы всё вписывалось в привычную схему: с такого-то по такое-то там-то в должности такой-то и так далее. Её анкета сразу же не понравилась. Это было понятно без слов. — Оригиналы принесли? — был вопрос. Вероника, молча, положила перед ней стопку дипломов с нотариально заверенными переводами и взглянула в окно. Там было солнце и хорошая погода, а здесь — гнетущая атмосфера и мерзкое настроение у всех присутствующих, включая и её саму. Женщина даже не взглянула на дипломы и, перевернув очередной лист в пачке бумаг, которые лежали перед ней, замерла, наткнувшись на одну из граф в анкете, которую Веронике пришлось заполнить на коленях непосредственно перед интервью. Там требовалось указать трёх человек, к которым работодатель мог бы обратиться за характеристикой на кандидата. Этот вопрос был неожиданным. Обычная практика в Америке, но здесь она столкнулась с ней впервые. Там, в соседней комнате, она надолго задумалась и поняла, что на этот вопрос не сможет дать традиционный ответ. Те, с кем ей приходилось работать, либо уже находились в лучшем из миров, либо вряд ли положительно охарактеризовали бы её. Одной из кандидатур мог бы стать муж её единственной приятельницы в Москве, от которой она и узнала об имеющейся вакансии. Вероника подумала, что приятельница смогла бы повлиять на мужа, чтобы в случае необходимости тот сказал пару слов. Но где взять двух других? Подходило время сдавать анкету, и она, оглядев мужчин-претендентов, улыбнулась про себя и записала в графу рекомендаций зам. начальника ГУВД Москвы и ещё добавила зам. начальника департамента ФСБ. 'Получите!' После этого она сдала анкету, подумав: 'Какая разница? Всё равно работа здесь не светит'. Именно наткнувшись на эту запись, женщина-кадровик впервые взглянула на Веронику. — Вы хотите, чтобы мы обратились к ним за рекомендациями? — в недоумении спросила она. — Да. А почему бы и нет? Вероника пожала плечами. — Они меня знают. Это было действительно так. У неё не было уверенности, как бы они её охарактеризовали, если бы к ним действительно кто-то обратился, но оба должны хорошо её помнить по делу о Потрошителях. В этом она не сомневалась. Женщина какое-то время раздумывала, потом у неё на лице явно отразилась мысль: 'А какая разница?', и она перебросила её папку на соседний стол со словами: — У меня вопросов больше нет. К этому времени претендент на работу, который прежде был в комнате, уже исчез, и Вероника перебралась за его место. Мужчина хмуро взглянул на неё, взяв в руки папку, и протянул ей листок бумаги. — С какими из этих программ вы знакомы? Это был список программ по защите компьютерных сетей. Ей приходилось сталкиваться с одной из них, которая с успехом была взломана, но эта операция трагически закончилась для двух её участников. Другие программы были ей известны чисто теоретически. — Я не знакома только с одной из них. Она указала на последнюю в списке. По лицу мужчины не было понятно, как он отнёсся к подобному ответу. Да её это и не волновало. Вероника чувствовала только усталость от ожидания в душной комнате и от процедуры общения с неприятными ей людьми. Но мужчина не унимался. — И что вы о них думаете? Она в очередной раз пожала плечами. У неё не было желания втягиваться в профессиональный разговор, а хотелось поскорее выйти на волю. — Каждая из них имеет свои достоинства и недостатки. Я не Билл Андерсен, чтобы их расхваливать. Мужчина вдруг взглянул на неё при упоминании имени Андерсена. Она никогда в жизни не видела этого человека. Просто много раз слышала имя бизнесмена, специализирующегося на установке защитных систем для банков и других организаций, когда её неопытность использовали в играх по взлому одной из сетей. Той самой игры с трагическим финалом для двух её участников. Она увидела, что мужчина тоже споткнулся взглядом о графу с рекомендациями и явно хотел что-то спросить, но потом раздумал и произнёс: — У меня тоже нет вопросов. Он швырнул её папку в кучу таких же и откинулся на стуле. Широкий в плечах и в пиджаке, который выглядел на нём, как будто был одет на шкаф. Неприятный тип. Эдакий шкаф в пиджаке. Вероника с облегчением вздохнула, когда выходила из комнаты. Но спиной она чувствовала, что мужчина провожал её взглядом до самой двери. За много лет хождения по лезвию бритвы у неё выработалось чувство на подобные взгляды в спину. И, как правило, оно не подводило. Она была достаточно обеспеченной женщиной и совершенно не представляла, зачем пошла на собеседование. Понятно, что дамочка из компании по найму отрабатывала свои сотки и набила комнату претендентами, включая и её, чтобы отчитаться перед заказчиком. Но она-то сама? Ну, плюнула бы на сотку и ушла, не проходя через унизительную процедуру! Теперь нужно мучиться и пытаться выкинуть из головы и сам процесс, и неприятных ей людей. В душе она понимала, что пришла сюда лишь от скуки, когда каждый день был похож на предыдущий, и менялось лишь время года за окном. А ей была необходима деятельность. Она же — не её приятельница Юля, которая проводила время между маникюром и отчитываем нянек двух её детей, по одной на каждого из них. Следовало бы позвонить и поблагодарить её за информацию о вакансии, но пришлось бы рассказать о посещении офиса и о том, что там происходило, а об этом не хотелось даже вспоминать, поэтому она так и не собралась. Но Юля сама напомнила о себе, и она была обижена. — Послушай! Почему ты мне не сказала, что дала фамилию моего мужа во время интервью? Сказано это было сухим тоном. — Теперь какие-то типы к нему обратились и просят охарактеризовать тебя. Мужа Юли она мельком видела один раз, когда тот садился в здоровенную чёрную машину, и не обменялась с ним ни единым словом. Юля не любила показывать его приятельницам. Тогда Веронике показалось, что он намного старше её приятельницы. Такой грузный и низкорослый мужик. — Извини, пожалуйста! Мы остались недовольны друг другом, и я не могла представить себе, что они будут мной интересоваться. Пока Юлька что-то там ещё говорила о том, что чувствовал её супруг, и как ему приходилось выкручиваться из ситуации, в которую Вероника его поставила, она лихорадочно обдумывала, будут ли эти люди звонить за рекомендациями в ФСБ и МВД, и чем это может для неё обернуться. Меньше всего ей бы хотелось привлекать к себе внимание после истории с органами для трансплантации, из которой она едва выбралась живой. Приятельница между тем продолжала говорить о том, какую она сделала для Вероники услугу, и что из этого вышло. Нужно было остановить этот поток слов. — Почему он не послал их подальше? Твой муж меня совсем не знает. Юлька аж задохнулась от возмущения. — Они же звонили от имени какой-то шишки из органов! Как он мог их послать? Её муж имел какие-то дела с Вовчиком, о которых Юлька не имела никакого представления. Но Вероника, в свою очередь, не представляла себе, кто такой Вовчик. — Я не собираюсь работать ни у какого Вовчика, поэтому он может просто сказать, что меня не знает. На другом конце провода установилось молчание. Юлю всегда интересовало, на какие средства Вероника существует в Москве. Семьи у неё не было, работы или богатого любовника тоже. Она не решалась спросить напрямую, но под тем или иным предлогом несколько раз закатывала пробные шары. Как, например, с этой работой. — Ну, если тебе ничего не нужно, — протянула она обиженно. — Нужно! Но люди там неприятные. Я была так счастлива, когда выбралась оттуда! Следовало бы как-то её успокоить. — Спасибо тебе за информацию, но не лежит у меня душа к этим людям. И ещё желательно переключить её на что-то другое. — А что это за Вовчик? Чем он занимается? На том конце опять замолчали. — А ты что не знаешь? Поняв, что нет, её приятельница решила завершить разговор. — Как-нибудь при случае расскажу. А в том, что случай представится, Вероника не сомневалась. Юля использовала её в качестве слушательницы, чтобы оторваться по полной программе за чашкой кофе, так как была уверена, что информация никуда дальше не уйдёт. У Вероники практически не было друзей в Москве. Но подобные монологи приятельницы давали ей возможность как-то расширить круг её познаний о происходящих в Москве событиях. Но прежде приятельницы ей позвонила та самая уставшая от жизни женщина, с которой ей довелось встретиться во время собеседования. Это произошло совершенно неожиданно и, главное, не вовремя. Она была чем-то занята и не сразу поняла, кто звонил. И неудивительно. Голос у женщины был деловым и даже приветливым. После окончания разговора Вероника какое-то время сидела и смотрела на телефон. И её волновало не интервью, на которое её повторно приглашали, а вопрос, ограничились ли кадровики мужем Юли. Скорее всего, нет. А если так, то что они услышали? И, вообще, кто они такие? Ответ на последний вопрос мог дать лишь один человек. Юля явно удивилась, когда она позвонила и предложила встретиться и потрепаться. Обычно инициатива исходила от неё. И трёп означал рассказ взахлёб о последних событиях, из которых Вероника пыталась выудить незнакомые ей слова из новояза и составить представление о том, что интересует обычных российских женщин типа Юли. Гражданок с мужем-бизнесменом и двумя няньками у её детей. Встреча состоялась в модном кафе в центре города. Она происходила днём, когда туда собирались успешные женщины и менее успешные, но хорошо одетые и безупречно выглядящие мужчины. Вероника в очередной раз подивилась количеству обеспеченных женщин, которым нечем было заняться в этом городе. Между тем, Юля просто впитывала в себя ароматы кофе и больших денег. Начало было традиционным. Глупые няньки, которые ничего не понимали в воспитании детей. Как трудно в наше время найти тихую, работящую женщину. Как много нужно денег, чтобы дать детям хорошее образование. Вероника знала, что рано или поздно Юля перейдёт к интересующей её теме. Так оно и случилось. — Чем тебе не понравилось у Вовчика? — Я не была у него в офисе. Всё происходило в рекрутской фирме. Мне не понравились его люди. Не понравилась обстановка. Ничего не понравилось. И, вообще, я не знаю, что это за организация и чем она занимается. В Интернете она отсутствует. Юля молчала и изучающе смотрела на неё. — Ну, кто же в Москве полагается на информацию из Интернета? — наконец, начала она. — В Москве пользуются более надёжными источниками. Она всё ещё колебалась. — Знаешь! Мой муж когда-то вплотную работал с Вовчиком. Он, конечно, мало, что мне рассказывает, но мне известно, что он крутой, но скрытный. О нём мало что известно. И, как мне однажды сказал муж, он не хотел бы с ним поссориться и иметь его в качестве врага. Это опасно для здоровья. Он так и сказал! Вероника впервые видела, что её приятельница говорит осторожно, подбирая слова. Нужно было как-то её разговорить. — Но чем он занимается? — Бензином. У него заправляется половина Московской области. — Но почему же для этого нужно быть крутым? Почему твой муж его опасается? — Ты знаешь. У него такое положение, что сейчас он его не опасается. Ну, это — нефть. А там, где нефть, всегда опасно. Поэтому мой муж просто держится от него подальше. Юля опять замолкла и смотрела куда-то в сторону. Веронике было забавно. Её приятельница, которую всегда распирало от обилия информации, которой хотелось бы с кем-то поделиться, вдруг примолкла и явно не желала продолжать эту тему. 'А ведь не такая уж она простушка! Всегда готова рассказать всё, что угодно, но только не то, что касалось её лично и её семьи. Когда я приблизилась к теме, затрагивающей дела мужа, она сразу же напряглась и примолкла. Молодец, Юлька!' Вероника уже достаточно прожила в Москве, чтобы знать, что здесь на определённом уровне благосостояния излишняя болтовня о себе и о своих делах может быть 'опасной для здоровья'. И её приятельница Юля тоже знала эту истину, и вытянуть из неё что-либо ещё было весьма проблематично. Они немного поболтали о том, о сём и разошлись. В результате Вероника так и не поняла, кто и зачем её приглашал для собеседования, и приходилось полагаться на собственную интуицию. Такси высадило её у административного здания в промышленном районе города. Оно было построено давно, но явно только что было отреставрировано. Обнесённое металлическим забором с острыми пиками наверху и камерами видеонаблюдения, белое здание выглядело несколько вызывающим по сравнению с общей запущенностью в округе. Вывески с названием организации не было. Только лишь адрес крупными буквами на стене. Сначала требовалось пройти проверку документов в будке при входе на территорию, а затем ещё одну уже внутри. Охрана отправила её в приёмную на первом этаже, не пропустив в глубину здания. Там, представившись девушке за столом, ей пришлось дожидаться, пока к ней не спустится сотрудник для проведения собеседования. Вероника уже была знакома с системой безопасности в московских офисах. Она зародилась лет пятнадцать-двадцать назад, в тот период, когда Москва была совсем небезопасным городом. С тех пор многое изменилось. В общем, на улицах в Москве стало даже менее опасно, чем в том же Вашингтоне. Но система прижилась, и с ней не хотели расставаться. 'Может быть, это и к лучшему. По крайней мере, не ввалится обиженный уволенный сотрудник с автоматической винтовкой и не станет стрелять налево и направо, как это случалось в Америке'. Её мысли были прерваны приходом молодого человека с курчавой шевелюрой, в очках с круглыми линзами и демократично одетого. Явного АйТишника. К её удивлению это был тот самый сотрудник, с которым ей предстояло беседовать. — Сева, — просто сказал он с улыбкой, протягивая руку для приветствия. Она предполагала, что придётся встретиться с очередным нахмуренным человеком, и опешила от неожиданности. Очевидно, это отразилось у неё на лице. — Ожидали кого-то другого? — Честно говоря — да. Предыдущие двое были очень озабоченными людьми. — Это им по должности полагается. Быть озабоченными и таинственными. У неё значительно улучшилось настроение. Сева понравился ей с ходу. Он открыл дверь в одну из комнат и жестом пригласил её внутрь. Там Вероника первым делом вытащила папку с дипломами, но Сева даже не взглянул на них. И правильно сделал. Они были куплены через Интернет. Вместо этого он с ходу начал беседу о достоинствах и недостатках некоторых популярных программ. Именно беседу, предполагающую обмен мнениями. Постепенно они перешли к более сложным темам, и Вероника даже не заметила, как прошли полчаса. — Спасибо, — неожиданно сказал Сева и встал. Она поняла, что интервью закончилось, и они оба направились к выходу. Там Сева любезно попрощался, ещё раз пожал ей руку и исчез. Выходя из здания, она думала о том, будет ли продолжение или нет. Неделю ничего не происходило, а затем раздался новый звонок. — Билл Андерсен, — представился мужчина. Вероника замерла. Имя этого человека она неоднократно слышала от Сергея, когда работала в его организации. Он часто использовал имя Билла, чтобы скрыть от неё истинные мотивы, почему он хотел, чтобы она взломала защиту компьютерной сети. Всё закончилось трагически, и Вероника всё время пыталась выкинуть из головы эту историю, но она вновь и вновь напоминала о себе. Так было и на этот раз. У него был мягкий акцент. Так говорят белые в южных штатах Америки. И он звонил, чтобы пригласить её приехать для собеседования по поводу устройства на работу, и дал адрес своего офиса. — Но я подавала документы… — Знаю. Знаю. — Перебил её Билл. — Владимир — мой клиент, и он попросил меня побеседовать с вами. Я не могу ему отказать. Подумав, он добавил со значением: — Он — мой важный клиент. Билл Андерсен настолько долго жил в Москве, что даже внешне напоминал русского чиновника средней руки из какого-нибудь банка или другой организации. На самом деле его фирма, начав практически с нуля, постепенно монополизировала российский рынок специфической продукции, востребованной корпорациями, и он стал известной фигурой в московских бизнес кругах. Приглашение лично к нему говорило о многом. На рабочем столе, как полагалось, стояли многочисленные рамки с фотографиями его русской жены и детей, и Вероника не удержалась, чтобы не спросить: — Учатся здесь или в Англии? — Пока здесь. И он назвал гимназию, от имени которой она вздрогнула. Ещё один эпизод, который хотелось бы навсегда забыть. Там она открыла для четырёх подростков дверь в виртуальную преиподнюю, из которой не было выхода назад. — И сколько им лет? — Двенадцать и десять. Она облегчённо вздохнула. Они ещё не достигли того возраста, когда демон под названием Интернет может поглотить их, как это случилось с четырьмя шестнадцатилетними ребятами, которых она знала. Хотя она очень сомневалась, что за несколько лет до той поры, когда детям Билла исполнится шестнадцать, как тем подросткам, люди придумают какую-нибудь защиту от соблазна уйти в другую жизнь, куда ушли они. Скорее наоборот. Соблазнов станет больше. — Через пару лет они поедут в Англию, — между тем продолжал Билл, откинувшись в кресле. — Там всё ещё сохранились традиции. 'Если бы ты знал!' Один российский бизнесмен тоже так думал, пока не столкнулся с реалиями британского обучения. Там давно утратили традиции. Там хорошо научились выкачивать деньги из богатых родителей, используя такие мифы, как 'традиции'. И это был один из факторов, который привёл Сергея к гибели. Ей стало совсем грустно от подобных мыслей. — Are you with me? — заботливо спросил Билл, и ей пришлось вновь вернуться в настоящее время. — Вы знакомы с продукцией, которую мы представляем на рынке? — В общем, да. Но какое это имеет отношение к вакансии в той фирме, куда я подавала документы? — Может быть, самое прямое. Но это будет решать Владимир. А на данном этапе вам придётся иметь дело со мной, если вы заинтересованы в работе. Она совершенно не представляла себе, заинтересована она или нет, но решила проверить, что она может вытянуть из американского бизнесмена в результате собеседования. Как оказалось, ничего. По-видимому, он сам мало, что знал. Беседа свелась к обсуждению достоинств и недостатков программ, а соответствующую информацию она предварительно скачала из интернетских блогов, чтобы суметь поддержать беседу на достаточном уровне. Эдакий неторопливый обмен мнениями двух специалистов. В результате она так и не поняла, что происходит, и будет ли продолжение.