Степи. Сборник. Книги 1-7
![Степи. Сборник. Книги 1-7](/uploads/covers/2024-04-20/stepi-sbornik-knigi-1-7-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Клим Ветров
- Жанр: Постапокалипсис / Самиздат, сетевая литература / Компиляции
Читать книгу "Степи. Сборник. Книги 1-7" полностью
С виду всё просто. Сесть, найти портал, посмотреть что да как, возможно даже попробовать как он работает, и вернуться обратно. Но интуиция потихоньку начинала менять свои посылы, зарождая какие-то нехорошие предчувствия.
Не знаю, наверное не будь с нами твареныша, я бы, может, и прислушался к шестому чувству, но он с нами был, поэтому, уверенный в предстоящей «победе», я задвинул все сомнения в самый дальний угол.
И, как оказалось, зря, беда пришла откуда не ждали. Мотор чихнул, фыркнул, и сажал машину я уже в полной тишине.
Хорошо ещё что место подходящее успел подобрать, и уже заходил на посадку, а то пришлось бы совсем грустно. Повсюду дома, высота никакая, это ещё хуже чем над лесом, там хоть листочки мягкие, а здесь бетон один.
— Ты специально так сделал? — едва мы коснулись земли, спросил Леонид.
— А что, похоже? — мы иногда тренировались, отрабатывая посадку и планирование с выключенным двигателем, но тут явно был не тот случай.
— Нет. Не похоже. — хмыкнул он, не отпуская штурвала.
— Вот и я думаю, что непохоже...
Гадать, сидя в кабине, о возможных причинах поломки, толку не было, но я мог предположить что если это не что-то прямо совсем очевидное, то дела наши, прямо скажем, весьма незавидные.
Тем временем Клаус, ни о чём не спрашивая, открыл дверь, и быстренько выскочил наружу. Твареныш последовал за ним.
— Ну что, пойдём? — глядя на столь стремительную «эвакуацию», поднялся Леонид и передергивая затвор автомата, шагнул к двери.
Я поспешил следом.
Обычное место. Такие же, как и везде, разбитые людьми и временем разноэтажки. Где-то сильно потрепанные, где-то не очень. Во дворе дома вдоль которого мы двигались валялась перевернутая и обгоревшая скамейка, торчал погнутый зонтик детского грибка и лежал проржавелый остов автомобиля. Много пробивающей асфальт травы, но минимум деревьев, во всей округе только пара чахлых кустиков. Стандартный для этих мест пейзаж.
— Ну и куда? — растеряно озираясь, спросил Леонид.
Ответил за меня Клаус.
— Это там! — крикнул он, и не оборачиваясь, сам проследовал в указанном направлении.
Переглянувшись с Леонидом, мы двинулись за ним. Твареныш же рыкнул негромко, но остался на месте. Он вёл себя словно пастушья собака, забрался на гору битого кирпича, и с высоты наблюдал за окрестностями.
Прошли метров триста, вокруг тишина и никого кроме маячившей впереди спины нашего «друга». Я только успел подумать что пока, не считая поломки, всё идет нормально, как внезапно почувствовал непривычную усталость, и с трудом сделав ещё несколько шагов, отключился.
****
— Никак не могу привыкнуть к людской глупости... — перед глазами внезапно появился расплывчатый Клаус. Только что я шел куда-то, и вдруг темнота, и он маячит.
— Неужели ты действительно думал что для меня есть какая-то сложность попасть сюда? К этому месту?
Я приподнял голову и осмотрелся.
Слева и справа стояли охотники, и так же, как и их шеф, «расплывчато» скалились. Причём здесь были не только боевики, я видел среди них и детей и женщин, а судя по тому как их было много, можно было предположить что здесь собралось всё племя.
«Странный какой-то сон» — пришла в голову первая мысль, но вместе с возвращавшейся чувствительностью, до меня потихоньку доходило что я вовсе не сплю, и всё по-правдашнему.
Лица поначалу двоились, видимо та дрянь которой меня траванули — (а иначе и быть не могло, не мог я так "устать" на ровном месте, что аж сознание потерял), как-то влияла на глаза, и пока я промаргивался, успел испугаться что это навсегда, и зрение не вернётся.
— Вот она, главная ошибка людей. — всё больше распаляясь, повысил голос, продолжая «работать» на толпу, Клаус. — каждый считает себя центром мироздания, и не понимает, что на самом деле, не более чем бесполезная песчинка где-нибудь на его задворках!..
— Хорош базарить! — негромко, но достаточно для того чтобы все услышали, перебил оратора Леонид. — Достал уже своими воплями... Голова болит...
Клаус замолчал, и развернувшись к «нарушителю» своего триумфа, — который, так же как и я, сидел на земле со связанными за спиной руками, — «впился в него глазами».
— А ты не думал что моя речь, это самое умное из того, что ты слышал за всю свою никчемную жизнь? — сделав несколько шагов и подойдя почти вплотную, Клаус присел, так чтобы находится на одном уровне с пленником.
— Да пошёл ты... — отвернулся Леонид. — Тоже мне... Пророк херов...
Я думал что Клаус его убьёт, или хотя бы ударит, но тот почти сразу поднялся, и делая шаг в сторону, приказал, — Заклейте ему рот!
— Ты тоже не хочешь меня слушать? — резко развернулся он ко мне.
Спорить, сидя со связанными руками, резона не было, поэтому я и не стал.
— Хочу. — просто кивнул я.
На лице Клауса заиграла довольная улыбка, очень похожая на ту с которой он уплетал сахар в нашу первую встречу.
— Вот и отлично. Ты даже не догадываешься сколько лет я ждал этого момента. — видимо решив не распыляться, а доложить всё конкретно мне, «снижая громкость» продолжил он.
— Двадцать? — озвучил я первое что пришло в голову.
Клаус злорадно засмеялся.
— Два-адцааать? — угрожающе прошипел он, ещё активнее буравя меня глазами — по твоему, двадцать лет, это много?
Я молчал.
— Двадцать... Тоже мне, рассмешил... Можно подумать...
Но что он мог подумать, я не узнал, в этот самый момент трое здоровых мужиков попытались заклеить Леониду рот, а он, отчаянно сопротивляясь, заорал дурным голосом, используя сплошь непечатные слова.
— ...ать! — ...тать! ...рать!
Но силы были не равны, и его крики почти сразу перешли в бестолковое мычание.
Отвлекшись на Леонида, Клаус поднялся, и сразу же забыв про меня, продолжил толкать свою победную речь в народ.
— Братья и сестры! Этот день настал! — уперев руки в бока, приосанился он, и дождавшись когда, одобрительно заревев, толпа ответит на его посыл, ещё более воодушевленно продолжил.
— Семьдесят лет мы ждали этого момента! Семьдесят долгих лет!
После этих слов охотники забилась в экстазе, а Клаус развернулся, и глядя куда-то за меня, уже не так громко, но с гораздо большим чувством, добавил.
— И этот момент настал!..
Взор его устремился на что-то за моей спиной, и едва ли не под барабанный бой на площадь вытолкали длинный прицеп с установленной на нём клеткой.
И все бы ничего, но в ней лежал Твареныш.
— Послушай... Зачем тебе это надо? — с того самого момента «пробуждения» со связанными руками, я, надеясь на спасение, не позволял себе раскисать, каждую секунду ожидая появления Аниного питомца, но точно не в таком виде, и не в клетке. А тут прям накрыло.
— Надо что? — тут же подсел ко мне Клаус, словно только и ждал моего вопроса.
— Ну это... — я хотел раскинуть руками, чтобы показать «это», но не смог, поскольку они были связаны.
Но Клаус всё и так понял,
— Ничего личного... Василий... — протянул он, и так неестественно ощерился, что у меня не осталось никаких сомнений — наш главохотник под хорошим кайфом. Ну а с наркоманами говорить — такое себе удовольствие.
— Ничего личного-о... — ещё раз сгримасничал он, и поднявшись, махнул рукой, подзывая кого-то из своих.
— В подвал их пока киньте, и охрану поставьте. Думаю дварф раньше полуночи не проснётся. — почти нормальным голосом приказал он.
Нас, меня и Леонида, подняли на ноги, и едва не пинками погнали куда-то за полуразрушенный дом.
****
— Вот блядство!.. — резко выдохнул Леонид, когда я, кое-как извернувшись, раскрутил закрученный прямо по волосам скотч.
— И я о чём. Капут, походу, нам.
— Ты за меня-то не говори... Мне гадалка нагадала что умру я в девяносто шесть лет в своей постели, в окружении внуков и правнуков.
— Я рад за тебя. — история с гадалкой оптимизма не придавала, поэтому если он и хотел подбодрить меня этим, то не получилось.
— Не раскисай! Надо думать, анализировать надо! — На какой-то миг мне показалось что мой товарищ тоже что-то принял, но, скорее всего, это были всего лишь эмоции, которых у меня сейчас, почему-то, не было.
— Думать... Ну да, наверное, было бы неплохо. Только я даже не знаю за что зацепиться. С чего думать начать. Твареныш в клетке, непонятно жив ли, мы в подвале... Тоска прям какая-то...
— Так ты что, не слышал про что этот педик вещал битый час? — настороженно покосился Леонид.
— Ну... что-то про момент которого очень долго ждали. Нет? — вроде бы было ещё что-то, но не вспоминается, видимо та дрянь которой меня вырубили, не только на зрение, но ещё и на голову повлияла.
— Про момент это он в конце уже затирал, а с самого начала интересные вещи рассказывал, целую лекцию толкнул. Не всё я понял, но отдельные фрагменты уяснил.
— И какие?
— Если коротко — он хочет нас всех убить. И меня, и тебя, и питомца твоего.
— Тоже мне, открытие... — ожидая чего-то неожиданного, я даже расстроился от столь «постной» новости.
— Да это еще не всё! — продолжил Леонид, — тут соль в том, что наши жизни, или смерти, как-то связаны с порталом!
— В смысле?
— Ну вроде как ритуал какой-то... Я смысл уловил, но подробностей, толком, не разобрал. Или их и не было вовсе.
— Типа в жертву нас что ли? На алтарь?
— Похоже на то...
Вообще странная штука получается. То что Клаус дурил нас всех с самого начала — факт. Непонятно только зачем придумывать такие сложные схемы? К месту расположения портала они прекрасно добрались и по земле, а это значит что самолет им не нужен. Тогда выходит что? Я, или Леонид?
Но тут тоже бессмыслица. Мы оба уже были у них в руках, да и в станице, куда он так запросто приходил, мог достать и не напрягаясь особо. Остаётся Твареныш, больше не кому.
За дверью послышались чьи-то шаги, щёлкнул замок, и в камеру — или как назвать ещё это помещение без окон и с земляным полом, кто-то зашёл.
— Здорово мужики. — поздоровался гость.
— Ты кто? — щурясь, насторожено спросил Леонид.
— Викентий. Не узнали что-ли?
Я промолчал, хотя прекрасно его помнил, Леонид же только презрительно сплюнул.
— Да вы не думайте, я не поддерживаю решение Клауса! — видя такое к себе отношение, гость тут же принялся оправдываться. — Будь моя воля, я бы вас прямо сейчас выпустил!
— Так выпусти. Что тебе мешает? — после недолгой паузы, осторожно предложил Леонид.
Викентий замялся, но всё же ответил.
— На выходе ещё трое стражников, а сам подъезд выходит прямо в наш лагерь. Даже если предположить что удастся разобраться с охраной, дальше хода нет, там полно народа, и все вас в лицо знают...
— Тогда чего пришёл?
— Вот, поесть принёс, и сигарет... — Филипп зашуршал пакетами.
— Ну если выпустить не можешь, тогда просвети хоть. — попросил я, добавляя — а то вообще ни черта не понятно.
Тот снова замялся, и покосившись на дверь, негромко, шёпотом, произнёс,
— Вас хотят убить!
— Ха! Тоже мне, удивил. Это мы и без тебя поняли. — Тут же отреагировал Леонид.
Я хоть и смолчал, но так же не смог сдержать усмешки.
Викентий поднялся, и пошуршав пакетами, достал складной нож.
— Я вас развяжу, но это единственное что смогу сделать.
— Ты расскажи лучше, зачем нас убивать надо, и что вообще происходит...