Ясна. Империя в опасности. Книга 3
![Ясна. Империя в опасности. Книга 3](/uploads/covers/2024-03-28/yasna-imperiya-v-opasnosti-kniga-3-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Альфия Фахри
- Жанр: Любовная фантастика
Читать книгу "Ясна. Империя в опасности. Книга 3" полностью
Глава 30. Передача пленных
Ясна. Передача пленных.
Что ещё сделать для лекарки? Что нужнее всего было бы для моей Славны? Для её зелий посуда? Бутыльки да пузырьки? Да, наверное. Наделала маленьких пузырьков из тёмного стекла на сто грамм с затычками из пробки, штук пятнадцать. Мне не жалко, а для лекарки это сокровище. Сложила в чугунки. Три ложки деревянные расписные положила туда же, пригодятся. Посмотрела на старостиху, пожалуй, и ей небольшой подарок стоит сделать, в благодарность для дома рачительного хозяина деревни. Сделала ещё чугунок и сковороду, поставила на крыльцо:
— А это подарок для вашего дома, хозяюшка. За доброе отношение к жителям вашего поселения. Пользуйся на здоровье.
Молодая женщина с ребёнком на руках чуть не бросилась на колени. Еле успела грозно окрикнуть:
— Стой, ребёнка уронишь, покалечишь из-за посуды, дурёха! Вижу, что благодарна, и дальше на благо поселения старайтесь.
Ладно. У моей Славны книга есть, "Травник", возможно, у этой лекарки тоже был, да сгорел. Жаль. Пожалуй, надо ей пустую книгу создать, пусть сама заполняет. Чернила с пером найдёт, а бумага тут в дефиците, так что целая книга для неё еще большее сокровище будет, да от самой "маленькой богини"...
Аккуратно "пришила" серединки сложенных вдвое плотных альбомных листов к тряпичной полоске, создав толстую пачку — будущую книгу. "Прошила" и склеила все листы вместе, проклеив марлей этот край в несколько слоёв. Подровняла все остальные края, развеяв все неровности. Собрала обложку: с одной стороны тонкая кожа с выдавленной надписью на местном языке " Травник". С другой стороны прямоугольного листа кожи приклеены два прямоугольника толстого картона, обёрнутых этой самой кожей, со вставкой потоньше между ними, чтобы гнулась. Поставив ребром пачку листов проклееной стороной к вставке, отгибаю в стороны крайние листы из неё, приложив их к картону, с внутренней стороны обложки, приклеиваю передний лист к передней картонке, последний лист к задней. Ну вот, что уж получилось. Я не книгодел, чисто по своему разумению слепила. Ну, вроде всё держится, не рассыпается. Рассказывала дольше, чем делала... Магией ещё всё скрепила, чтобы прочно было, перелистала — супер! Моя первая книга в этом мире! Пусть пользуется с удовольствием! Создала небольшой цветастый платок из такого же полотна, как платок у Славны, завернула книгу в этот платок и положила на чугунок сверху.
Во двор забежал несущийся на всех парах Слав, чуть не врезавшись в опорный столб у калитки.
— Лекарке вашей передайте от меня подарок. Пусть и дальше богоугодное дело продолжает. А вот и посыльный наш вернулся.
С благоговением взирающая на дело рук моих жена старосты повернулась к парнишке и спросила:
— Что батька сказал? Скоро будет?
— Да, они хлыст к телеге цепляли, закончат, и он сразу придёт. Там сила нужна, вот и задержится малёха. Он постарается побыстрее.
Запыхавшийся парнишка, вовсю разглядывая меня, продолжил прерванное дело, взял посудинку с зерном и высыпал его полосой в кормушку курам, затем взял небольшую деревянную бадью и побежал к колодцу на улице недалеко от избы. Да, деревенские ребятишки... Раньше и у нас в деревнях росли трудолюбивые дети. А сейчас... Вернее, при моей жизни на Земле, дети настолько избалованы, что многие и в пятнадцать лет не знают, с какого конца браться за веник, а ухват большинство и в глаза ни разу не видело!
М-да, время идёт. Пусть в деревне хорошо, чистый воздух, благодать, курочки квохчут, коровки мычат... Но я не привыкла по полдня стоять и ждать у моря погоды...
— Зелена, ты же знаешь, где держат пленных магов? Своди меня туда, я подготовлю их к переходу порталом.
— Простите, госпожа, я не могу, мне нельзя. Только мужикам разрешено к ним приближаться. Такой порядок.
— Да? Ну хорошо. Тогда напои меня отваром, всё равно ждать приходится.
— Ой, конечно, госпожа, пойдёмте, заходите в избу-то, сейчас всё готово будет. Вы кушать будете? У меня похлёбка как раз сварилась, в печи томится. И хлеб утрешний. Вот, садитесь за стол.
— А где руки можно помыть?
Я оглянулась, нашла умывальник на стене рядом с дверью. Вот удивительно, в деревенских избах есть умывальники, а в господских домах — тазик и кувшин... Может, престиж какой-то, когда кто-то прислуживает? Или коробит аристократа зайти в отдельную умывальную комнату, самостоятельно ручками в носик умывальника потыкать? Не понимаю... Помыла руки, рядом висела тряпица, видимо, руки ею вытирать. Нет, брезгую я что-то, ветерком обсушила руки и села за стол.
Хозяйка уложила дитё в зыбку, привязанную верёвкой к концу качающегося шеста, а сам шест привязан другой половиной к двум потолочным балкам. Такая вот интересная конструкция. А у нас в деревне на Земле, помнится, люльки-зыбки уже были на пружине, прикреплённой к крюку в потолке... Ну да, здесь, думается, до пружины ещё ой-ёй-ёоо, как далеко, как до Китая... Ребятёнок начал весело сучить ножками, зыбка, как ей и положено, стала раскачиваться на радость малышу. Эх, ностальгия... Вспомнилось, как дочка моя, будучи грудничком, на Земле так же раскачивалась в люльке, используя её не по назначению. А спала только строго в кроватке, без укачивания... Как они там без меня? Ну вот, слёзки на колёсиках... Тихо, Алёнушка, не раскисать! Ты тут не кисейная барышня, а "маленькая богиня", а богини не плачут.
Зелена споро собрала на стол, нарезала ломтями хлеб и, налив только мне в миску похлёбку, села напротив, облокотившись на стол и подперев лицо ладошкой.
— А почему сама не обедаешь?
— Так я мужа подожду, негоже жене отдельно от семьи столоваться. А гостю можно. Кушайте, не побрезгуйте.
Ну и ладно, а я не гордая, да и потратилась, силу восстановить нужно. Не торопясь, поела, отваром запила, вкусна деревенская еда и сытна. Снова можно магичить.
— Благодарствую за вкусный обед, пусть еда на вашем столе не переводится! Скоро ли хозяин придёт?
В сенях загрохотало, в дверь ввалился запыхавшийся огромный мужик, видимо, староста.
— А вот и он. Светлого дня, господин староста. Я графиня Алёна Клён, пришла за своими пленными.
— И вам светлого дня, госпожа. А мне сказали, что к нам маленькая богиня пожаловала... Это её пленные.
— А графине не отдашь?
— Ну, а коли сама явится, что мы ей-то скажем?
— Ну, если графине не отдашь, то давай мне.
Пришлось снять иллюзию и ослепить хозяев светом. Внутри мне было хорошо от сытого брюшка и весело, а ещё приятно осознавать, что здешний народ простой и честный. За такого и повоевать не жалко. Вот и светилась от души! Подождала несколько секунд, и снова прикрылась иллюзией.
— Ну что? Теперь отдашь мои трофеи?
Большой мужик повалился на колени:
— Ох, Богинюшка! Прости, не признал!
— Стоп-стоп! Я не сама Богиня, я только её посланница. От её мощи вы бы просто сгорели, поэтому я с её помощью основанию помогаю. Вставай давай. Веди к пленным магам, заберу их, чтобы тут не мешались.
— Прости, Посланница, конечно. Пойдём, тут недалече, в амбаре общинном сидят. Пока амбар пустой, вот и приспособили. Не сумлевайся, кормили их и оправиться водили, а в амбаре сено уже нонешнее есть, так что оне не на голой земле лежали.
— Вот и славно. Выводите. Сколько их? 17? Сейчас поделите их на две кучки и отойдите. На это место пока никто не вставайте.
Приподняла первую десятку воздухом и шагнула к лазарету гарнизона в Знамене. Опустила, приказала мужикам идти за мной, они и не пытались сопротивляться, мирно топали сзади. В лазарете целитель показал, в какую палату их провести, уложили всех и усыпили. Приду — займусь.
Пошла за оставшейся семёркой. Появилась в полной тишине. Пока я с первыми пленными в лазарете возилась, сюда понабежала вся деревня! А ребятишек-то сколько! Хм. Сотворила большую берестяную корзину и плотно наполнила её барбарисками, пусть лучше больше будет, чем не хватит. Поискала глазами Власку. Нашла, позвала ближе. Передала ему ту корзину, сказала, чтобы, как я уйду, он каждого угостил конфетой. И старых и малых. Никого не пропуская. И себя чтобы не забыл. А за совсем грудничков пусть матерям отдаст. И чтобы показал, как разворачивать обёртку. А саму корзину чтобы после лекарке отдал. Вот, со старосты пусть и начинает. Парнишка серьёзно кивнул и важно понёс свою ношу в сторону старосты. Я громко попросила того приглядеть, чтобы Власа не обидели, пока он будет мою волю выполнять, тот покивал, что присмотрит.
Ну, всё, можно отчаливать. Приподняла мужиков воздухом и шагнула к лазарету.
Ясна. Раскрытая тайна.
Тут всё по отработанному сценарию: завела, уложила, усыпила. Так, теперь чистка. Попросила Мира Травника мне помочь и, пока я буду лечить магов, выполнять мои просьбы. При этом не пускать в палату никого и дать магическую клятву, что никому не скажет, что сейчас здесь увидит. Целитель немного подумал, а потом согласился. После того, как он дал клятву, я спросила, почему он сомневался? Мир ответил, что он уже многим рассказал, что я убрала морок с первого пленного, говорилки для командующего. Поэтому нет большого толку от клятвы, только то, как это происходит, он не сможет рассказать. А кто морок снимает — уже не секрет... Вот же широв хвост! А ведь и правда... Я совсем тогда забыла взять клятву с целителя. И имя моё сказала. Хоть бы не разнесли по городу...
— А много народу уже знает, что я морок снимаю?
— Ну, я всем нашим целителям рассказал, а скольким они рассказали, я не знаю.
— Попросите их больше никому не рассказывать. Чем меньше народа знает, тем большему количеству магов я смогу помочь. Иначе мне придётся переехать в другой город и скрываться. Тогда я никому не помогу. Вы же понимаете, какой опасности меня подвергли? Вы взрослый маг, могли понять, что будет, если обо мне узнают. И теперь я знаю, кого винить в своих бедах, если они начнутся.
— Простите, госпожа графиня, я не подумал об этом, я был слишком удивлён произошедшим, и не думал о последствиях. Я постараюсь поговорить со всеми, с кем поделился, чтобы они больше никому не говорили.
— Хорошо, идите и хорошо постарайтесь, потом возвращайтесь сюда.
Целитель, тяжело вздохнув, поплёлся выполнять поручение. Скольки магам уже известно обо мне, непонятно, а скольким они уже успели рассказать? А здесь ещё и запрета на раскрытие медицинской тайны нет. Эх... Через полчаса Мир вернулся, я уже за это время четверых почистила.
— Ну что, всех предупредили?
— Да, обещали не раскрывать Ваш секрет. Рассказать ещё никому не успели, кому нужны новости про больных... Но Зар Вереск видит морок, и знает, что у него в семье уже трое с мороком, и хочет, чтобы Вы их вылечили в обмен на молчание...
— Даже так! Шантаж? Видите, до чего вы довели своим длинным языком? Думаете, я теперь буду каждого угрожающего мне бесплатно лечить? И его семью впридачу? Подскажите вот мне теперь, что делать? Я ведь из-за Вас попала в такую ситуацию.
— Простите, госпожа. Я не думал, что так всё обернётся...
— Не думал он... Зовите сюда этого Зара.