Упреждающий удар
![Упреждающий удар](/uploads/covers/2022-10-15/uprezhdayushhij-udar-4.jpg-205x.webp)
- Автор: Николай Чергинец
- Жанр: Криминальный детектив / Боевик / Современные издания стран бывшего СССР
- Дата выхода: 2014
Читать книгу "Упреждающий удар" полностью
* * *
Я вышел в приемную, бережно неся кейс в руке. Если бы это было возможно, я бы сунул его за пазуху. Но для этого кейс был слишком велик.
Кресло секретарши, пустовавшее, когда я заходил в кабинет, сейчас было занято. Там сидел Славик — начальник охраны Деда — читал инструкции и паспорт нового, недавно купленного пистолета. Я знал, что прежний пистолет утерян во время покушения на Деда. Было это так. Славик привез Деда к его дому на Смоленской набережной, высадил, и тут раздалась автоматная очередь. Дед даже не успел войти в подъезд. Он упал на асфальт, перекатился несколько раз (сказалась старая армейская привычка), а в это время Славик уже ловил на мушку колесо «жигулей», откуда вели огонь. Но выстрелить не удалось, и Славик прыгнул за руль своего «БМВ». Он догнал «жигули» на набережной, прижал к бетонному парапету и заставил киллера (тот был один) выскочить из машины. Но тут киллер проявил прыть — обернулся и молниеносным ударом каратэ выбил оружие из рук Славика. Пистолет улетел в ночь. Услышав всплеск, Славик заключил, что пистолет упал в воду. Эту леденящую душу историю мы слышали не раз, и все время Славик нещадно костерил изделия отечественной оружейной промышленности.
— После Афгана один раз довелось попасть в настоящую передрягу, и то вышла осечка! — говорил Славик. Он имел в виду момент, когда пистолет из-за осечки не выстрелил по колесу «жигулей». Собственно, из-за этого киллеру и удалось исчезнуть.
Славик бывший «афганец». Он близко к сердцу принимает свои профессиональные неудачи. Потеряв оружие, он всерьез опасался увольнения, но Дед преподнес ему новый пистолет — итальянскую «беретту», сказав, что уж этой машинке никакие осечки не страшны. Вот после этого Славик и стоит за Деда горой.
Когда-то я помог Славику составить на компьютере поздравительную открытку для его девушки. И хоть это было год назад на Восьмое марта, с тех пор мы со Славиком в самых приятельских отношениях. У Славика редкостный дар помнить добро.
— Привет! — воскликнул Славик. — Что нового у старика?
— Ничего, — сказал я хмуро. — Зайди к нему и все узнаешь. И поскорей избавься от своей новой пушки. Это тебе уже лично мой совет…
У Славика вытянулось лицо, но я не стал ему ничего объяснять.
Проходя по коридору, я не удержался, выглянул в окно. Окна у нас большие, в рост человека. Коридор проходит по периметру здания, и смотреть вниз очень удобно. Кончать жизнь самоубийством, правда, тоже очень удобно, но в окнах стоят новые бельгийские спецстекла, которым, по словам Деда, не страшны никакие механические воздействия вплоть до метеоритных попаданий. (Откуда Дед, кстати, взял эту фразу, ума не приложу. Видно, из рекламного проспекта той фирмы, которая вставляла нам эти стекла.)
Так вот, с двадцать второго этажа все видно как на ладони. И я увидел: два УАЗика ползут по дороге, ведущей от шоссе к нашему Зданию. На крышах автомобилей чернели зловещие надписи «МУБОП». И я вздрогнул. Убоповцы ехали на спецмашинах, не прятались в обычных ничем не примечательных легковушках. Они ехали как на войну!
МУБОП — ведь это не шуточки. Это значит «Московское управление по борьбе с организованной преступностью». Иначе говоря, это одна из тех организаций, с которыми лучше не иметь дела. Почему? Их у нас много, всех этих ОМОН, СОБР, ФСБ… И все борются с мафией.
Что касается МУБОП, то мне давно было известно, что эта организация практикует нанесение упреждающего удара, причем удар наносится по тем людям, которые на основании каких-то мубоповских списков считаются подозрительными… или потенциально подозрительными — уж я не разбираюсь в этих юридических тонкостях. Просто такие списки составляются, они есть, это уж точно.
Кажется, дурацкое выражение — «наносить удар первыми», но я не раз слышал его по телевизору из уст самых высоких начальников. Тех самых, которые на штанах имеют лампасы и отвечают на вопросы корреспондента, прежде обязательно пожевав губами.
Умнейшие люди! Так вот эти умнейшие люди по долгу службы призваны бороться с коррумпированными структурами. И они, вместо того чтобы бороться, говорят: «В конце двадцатого века мы перешли на новую практику работы: мы работаем не от преступления к преступнику, а от преступника к преступлению…»
Лично я всегда считал, что упреждающий удар хорош только для бокса. Но сильные мира сего, те, которые все решают (они еще иногда вызывают Деда на ковер, чтобы предупредить его о недопустимости завышения цен на нефть и тому подобной ерунде), видимо, думают иначе.
А как работа МУБОП выглядит на практике, так об этом лучше вообще не рассуждать. Хотя нет. Вот вам несколько примеров.
Работает у нас на восемнадцатом этаже такой Марик. У него тесть — профессор математики в одном из частных вузов — однажды должен был дать взятку. Его жене требовалась операция, что-то там в колене, и нужен был хороший наркоз. Тесть отнес анестезиологу пять сотен баксов. Откуда об этом узнали мубоповцы, неизвестно, но они нагрянули в день операции, и тесть вместе с анестезиологом загремели в «Матросскую тишину». Они провели там недельку, затем были выпущены под подписку о невыезде, а операцию пришлось делать под обычным наркозом…
Другая история. После покушения на Деда к нам приехал, тоже из МУБОПа, майор Звягинцев — плечи как дверной проем, лоб как порожек в машинном зале… С ним прибыли спецы из отдела контроля за промышленным шпионажем. К спецам у нас не было претензий: они тихо «прозвонили», причем в нашем присутствии, стены какими-то своими приборами и тихо удалились, сказав на прощание, что у нас все в порядке.
Совсем другое дело — майор. Он зашел к нам — а мы работали в таком, знаете, зале со стеклянными перегородками — и велел всем очистить помещение. После того как мы вышли, майор вызывал нас по одному и каждому предлагал заложить Деда. Понятное дело, его послали подальше. А что обнаружилось после ухода майора!
Все наши помещения оказались просто нашпигованы подслушивающей аппаратурой. Словно инфекция пронеслась по всем комнатам, где побывал майор, — по секретариату, отделу кадров, юридической службе, рекламному отделу… Даже в кабине лифта мы обнаружили «жучок» в шарике жевательной резинки. Этот шарик был прилеплен в уголке под потолком, а из него торчали крохотный объектив и усики антенны.
Правда, у нас ребята тоже нужную литературу почитывают и чайники со сковородками не изготавливают. Второй раз специалистов звать не стали, сами все «жучки», которые Звягинцев расставил, изо всех этих мест повынимали, отнесли Деду и вывалили перед ним на стол. Получилась довольно солидная куча. Дед собрал все это в мешок и пообещал отнести в МУБОП. Не знаю, отнес или нет.
Еще оказалось, что майор неплохо порылся в наших вещах. По крайней мере, Вовка Довгарь, стол которого стоит рядом с моим, уверял, что у него в тот день со стола исчезла пачка «Мальборо».
А как майор держался, какие вопросы нам задавал и какие ответы — что уж тут сомневаться! — хотел услышать! Об этом долго можно рассказывать. Рассказывать не буду, скажу только, что Дед идеально подходил под уготовленную ему роль главного обвиняемого по весьма громкому делу, которое в те дни раскручивалось в Москве. Это я потом понял. Потом, много позже…