Одна ночь с шейхом
![Одна ночь с шейхом](/uploads/covers/2024-05-05/odna-noch-s-shejxom-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Аманда Вин
- Жанр: Короткие любовные романы / Романтическая эротика
- Дата выхода: 2024
Читать книгу "Одна ночь с шейхом" полностью
Глава 12
Ангелина
Сплю я очень сладко, мне снятся хорошие сны… Даже такое предчувствие сквозь сон возникает: что сейчас проснусь, открою глаза и пойму: все плохое закончилось.
Но когда я открываю глаза, вижу перед собой лицо Мансура, который уже не спит, а смотрит на меня, сидя рядом.
Морщусь от разочарования.
— Почему такая смена настроения, во сне ты улыбалась, — говорит.
Я лишь вздыхаю.
Мансур встаёт:
— Иди в свою комнату, Латифа тебе поможет… Умыться, переодеться, если ты все ещё хочешь поехать со мной в город.
Это не свобода, а всего лишь выезд из дворца, но сердце начинает чаще биться, хоть что-то…
Встаю, иду к выходу, но шейх останавливает меня властным окриком:
— Ты забыла надеть платок.
Подходит и надевает его на меня.
Он даже не прикасается ко мне, а мне почему-то и сейчас хочется закрыть глаза от приятных ощущений. Тихо спрашиваю:
— Можно ли мне не носить платок?
— Нет, — отвечает тоном, не терпящим возражений.
— Но почему? Я же не мусульманка… И другие русские девушки, я видела вчера…
— Не хочу, чтобы другие видели твою красоту, она только для меня, — перебивает Мансур и смотрит в глаза, гипнотизирует и завораживает своими чёрными глазами.
Я от такой откровенности впадаю в ступор. Выхожу из его покоев и сразу натыкаюсь на Латифу. Ждала меня под дверью?
Пока мы возвращаемся в «мою» комнату, я не могу перестать думать о сказанных шейхом словах.
Даже спрашиваю у Латифы, когда мы заходим:
— Для чего женщины носят эти платки?
Латифа минуту размышляет, затем размеренно отвечает и параллельно отправляет меня в ванную (почему рядом с этой женщиной я постоянно чувствую себя беспомощным ребёнком?)
— Хиджаб защищает честь и достоинство женщины.
Не очень понимаю, что это значит, но молчу…
После ванной Латифа дает мне новую одежду, повязывает платок и кормит завтраком.
А затем провожает меня вниз, где у самого входы уже ждёт знакомая мне машина. Именно в неё я и села, когда вышла из тюрьмы.
Сажусь на заднее сиденье.
Мансура рядом нет. Он сидит впереди на месте водителя, и смотрится это как-то необычно.
Бросает на меня взгляд через зеркало, и мы трогаемся с места. Мы долго едем как будто по безлюдным пустынным местам, затем появляется город. Не такой большой и современный как Дубай, но тоже ухоженный и приятный на вид.
Мы его проезжаем как будто стороной. Снова безлюдная песчаная дорога. А затем впереди я вижу высокий забор, здания, какие-то вышки. Видимо, это и есть та самая нефтяная компания.
Нашу машину как будто встречает целая делегация. Мансур выходит, открывает дверь мне, помогает выйти за руку.
Арабы вокруг ему чуть ли не кланяются, подобострастно что-то говорят, он отвечает. Заходим в здание, поднимаемся на самый верхний этаж… Идем (я так понимаю в его кабинет).
Мансур говорит мне:
— Посиди пока на диване, мне нужно разобраться с документами.
Он садится за свой стол.
Я на диван, как и велено.
Смотрю по сторонам.
Все это, в общем-то, напоминает обычный офис, как и везде. И Мансур сейчас похож на обычного мужчину, хоть на нем и надета традиционная одежда.
Вздыхаю. Если бы он был обычным мужчиной, все было бы намного проще. Я могла бы сказать ему: «Ты мне не нравишься» и просто уйти.
— О чем думаешь? — подаёт Мансур голос, хотя сам не поднимает головы, уткнувшись в бумаги.
— Вспомнила, что и у меня была работа… Жизнь.
— Но теперь тебе не придётся работать ни дня.
— И меня это не радует.
Мансур все-таки поднимает на меня глаза, и мне кажется, у него тяжёлый взгляд. Злится?
Может, и злится, а все-таки ничего мне не говорит. Снова подписывает, просматривает бумаги.
Через некоторое время встаёт, подходит ко мне:
— Пойдём, все тебе покажу?
Я киваю.
Мы проходимся по зданию, Мансур мне все подробно рассказывает, но я слушаю вполуха.
После его слов «Ни дня больше не будешь работать» я впала в какое-то астеническое состояние.
Какая ловушка. Всегда быть рядом со своим мужчиной. Не работать, никуда не ходить без него…
Это не жизнь.
А Мансур искренне не понимает, что не так. Разве можно ему объяснить? Он ведь никогда не видел свободных женщин.
Пока мы ходим по его компании, я не замечаю ни одной девушки арабки. И меня это ещё больше вгоняет в тоску.
Вот жила в Москве и не ценила то, что имела. Не замечала, что у нас в стране есть равноправие. Так много свободы… Было не с чем сравнить.
И это я ещё даже недели не провела во дворце шейха, а уже так скучаю по родине, что буду, наверное, землю целовать, если когда-нибудь вернусь.
Мы обедаем вдвоём прямо у него в кабинете. Он интересуется, понравилась ли мне экскурсия.
Я сухо киваю. И спрашиваю:
— Не мог ли ты дать мне сотовый телефон? Мой, судя по всему, забрали.
— Зачем он тебе? — спрашивает удивленно.
— Ты серьезно? Я хочу позвонить родителям… Родным.
— Я привезу тебе их сюда, когда мы поженимся.
Повышаю голос:
— И тебе все равно, что они будут сходить с ума до этого времени?
Мансур резко отодвигает ящик шкафа, достаёт телефон и протягивает мне.
— Разговаривай. Только без глупостей.
У меня руки трясутся, когда я номер набираю. Хорошо, что я знаю его наизусть.
Прикладываю телефон к уху, слышу долгие гудки, Мансур не сводит с меня напряжённого взгляда, отчего и мне становится неуютно.
— Алло, — слышу голос мамы.
У меня сразу слёзы на глазах выступают (понятия не имею, откуда они появились. Секунду назад настрой был другой).
— Мама, это я, Ангелина.
— Дочка? А у тебя же другой номер был… Все у тебя хорошо?
— Не совсем, — отвечаю и смотрю Мансуру в глаза (не знаю, слышит ли он то, что говорит мама), — папа был прав, — говорю, надеясь, что она догадается.
Папа говорил, что я попаду в лапы араба. Накликаю на себя беду.
— Что случилось? — спрашивает мама, а я не могу ответить.
Резко поднимаюсь, чтобы отойти от стола, и кричу в трубку:
— Меня взял в плен шейх Мансур…
На этом моменте он подлетает ко мне и выхватывает телефон, сбрасывает вызов.
— Ну, зачем ты так? — смотрит, как будто разочарован во мне.
— Я хочу домой!
Мансур качает головой:
— Родится ребёнок, ты перестанешь скучать по родине. Поехали, нас как раз ждёт врач.
Берет меня за руку и выводит из кабинета, а затем и из здания.
Сажает меня в машину, пристегивает как куклу. Садится на переднее сиденье, блокирует двери.
И после этого он мне говорит о том, что я не пленница?