Группа Авансюр
![Группа Авансюр](/uploads/covers/2023-10-13/gruppa-avansyur-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Группа Авансюр" полностью
Глава 1
— Гном, защищай магиню! Выставь щит! Монах, сместись левее и не давай им приблизиться! Иоланда, смещаешься назад и тоже левее двигайся. Майка, дави лучников, пока они в куче. Вжарь им по самое не балуйся, чтоб задницы задымились!
Между тремя вражескими лучниками вспыхнул яркая вспышка огня и место, где они находились, окуталось черным дымом. Двое же с мечами, атакующие сбоку, почти добежали до Монаха, как один из них болезненно вскрикнул, а сзади него возник из невидимости Рога. Второй мечник, бежавший чуть сзади, не растерялся, полоснул того мечом поперек туловища и, не теряя времени, принялся наседать на святого отца. Монах заревел, как разъяренный медведь, яростно отбиваясь от ударов противника. Я, подрагивая от возбуждения, зарядил двумя стрелами по еще одному лучнику, не попавшему под раздачу Майки. Есть контакт! Не убил, но вывел из строя точно, лук гнида выронил, согнувшись пополам и схватившись за бедро. Затем развернулся к нашему паладину, выцеливая его противника. Эх, не там встал батюшка, перекрывает мне весь обзор, пришлось отбежать на новую позицию. Попасть не попал, но вражеский боец, услышав рядом с собой свист стрелы, на мгновение отвлекся, за что и был наказан порезом на плече, явно поубавившим его прыть. Так, а где остальные нападающие, вроде видел в начале боя семерых? Ответом на немой вопрос стал свист стрелы, просвистевшей над ухом. Немедленно отпрыгнув в сторону и активировав амулет, создающий мою голограмму на прошлом месте, я повернулся в сторону места предполагаемого нахождения обладателя, столь напугавшего и чуть не убившего меня подарка. Вот же он! Оставшийся в живых вражеский лучник, отвернувшись от меня, зафигачил на этот раз по Иоланде, и она беспомощно взмахнула луком, показывая, что ранена. Тут и в меня прилетело, откуда не ожидал, видать Майка не всех троих приголубила, один из них очухался и мою грудь обожгло ноющей болью.
— Все, бой окончен! Готовьтесь к следующему, а пока отдохните полчасика и подлечитесь. — раздалось над поляной.
— Так нечестно, мы еще не проиграли. Я только в бой вступаю, а их всего трое осталось! — крикнул раздосадованный Гном.
— Ну и что ты со своей штакетиной против двух луков и меча сделаешь? — насмешливо ответил чернявый плотно сбитый мужичок. Минуты через три они вас нашпигуют железом и станете похожи на заготовку для шашлыка, разве что с костями.
— Все равно неправильно объявлять о завершении боя до его окончания! — заупрямился Гном.
— Ты с кем споришь, сынок? Со мной споришь, который прошел не одну битву и в игре, и в реале? — внезапно не на шутку разозлился наш тренер, которого я нанял на три дня, чтобы он поработал с нашей командой по тактике обороны при внезапном нападении. — Ты еще материнское молоко срыгивал, когда я первую рану получил на чеченской! — продолжал он ругаться на бегу, приближаясь к Гному. — Ты даже щит неправильно держишь, как собрался защищать свою женщину, сынок?
— Я — не его женщина! — заметила Майка.
— Да мне без разницы ваши половые отношения! Ты спеклась после первого же своего удара, так? Все силы потратила и ему остается тебя только защищать, так? Теперь посмотри, как он это делать будет! — с этими словами тренер со всей дури ударил ногой в щит Гнома. Гном удар выдержал, но щит слегка дрогнул. — Видишь, как щит дрожит? Это что значит? Кисть руки у него слабая, от моего удара малость отсохла, вот это что значит! — все больше распалялся тренер. — Теперь еще разок! — он на этот раз ударил по кромке снизу и сбоку, отчего край щита впечатался в скулу не подозревавшего такой пакости от тренера товарища. Гном с гневным воплем отбросил щит и принялся сосредоточенно ощупывать начавшее наливаться красным лицо. — Все, если бы я был с мечом, то он через несколько секунд — труп, а первая же прилетевшая стрела достанется тебе. — торжественно закончил тренер, вмиг успокоившись и отхлебывая из кожаной фляги явно что-то спиртное.
За шесть часов тренировки мы вымотались больше, чем по занятию кроссом с оружием в лесу, которое я организовал на днях. Из четырех боев при этом проиграли все четыре, лишь в последнем продержались больше пятнадцати минут. Когда время тренировки подошло к концу, отряд обессиленно свалился на траву.
— Козел твой тренер, — пожаловалась Иоланда, — То, что гонял, как шавок, понятно, но оскорбления в свой адрес я терпеть не намерена!
— Ругается как последний сапожник, невыносимо слушать его дебильные комментарии. Чувствуешь себя, как на стадионе во время футбольного матча в секторе фанатов, — добавила Майка. — Тупой и ужасно невоспитанный солдафон.
— И бои объявляет законченными, когда ситуация еще не до конца ясна. Тупик, скажи этому уроду, что если продолжит тренировки в таком же духе, пусть ищет других мальчиков для своих идиотских решений, когда должны заканчиваться поединки.
— Хватит жаловаться! — раздосадовано рыкнул я. — Объясняю, в чем дело. Как вы понимаете, любая тренировка на полигоне стоит денег, когда же в ней присутствует имитация боя, то цены резко взлетают вверх, как на гречку при любом кризисе. В Лариссе военных учебных центров с имитацией боя для игроков пока кот наплакал, а уж найти вменяемого тренера из игровых персонажей — почти неразрешимая проблема, поэтому имеем, что есть. Наш преподаватель отнюдь не сахарный, но и не такой козел, как вам сейчас кажется. Он сегодня наглядно показал, что против опытных бойцов мы в данный момент, как кролики-переростки в песочнице. Как бы не отбивались, в конце боев нас оставалось в живых максимум треть, а это уже практически гарантированное поражение, тут я с тренером полностью согласен. Короче, предлагаю так: с ним насчет оскорблений и хамства в отношении девочек я пообщаюсь, а вы, уж будьте добры, поменьше пререкайтесь и внимательно слушайте его комментарии после боя, они достаточно справедливые и грамотные по моему личному мнению.
Да, с тренером придется однозначно поговорить, с его манерой общения недалеко и до бунта команды, не привыкшей к своеобразным разговорам бывших военных. А этот точно из них, даже ник у него «Старшина», что говорит о многом.
Найдя бывшего вояку после окончания занятий на тренировочном полигоне, я предложил ему зайти в «Синий Енот», за мой счет, разумеется. Он внимательно оглядел меня и, к счастью, быстро согласился, хотя глядя на нахмуренные брови, я бы не сказал, что ему это приглашение было в радость. Придя в таверну и заказав кувшин пива, предложил ему выбрать, что закусить. По моим наблюдениям, выбор жратвы тоже немного говорит о человеке, с которым сидишь за одним столом, если, конечно, он есть. Зачастую в наших мелких и не очень заведениях страниц меню море, а как доходит дело до заказа, весь выбор ограничивается закупленными на сегодня ингредиентами и хотелками повара. То ли дело в сетевых забегаловках: на каждый обозначенный кусок мяса в разных интерпретациях пять или больше названий, различающихся вкусом слоев бутерброда и внешним видом булочек. Разнообразие, блин, такое себе, зато все в наличии. Старшина, наскоро изучив меню, особенно его алкогольную часть, выбрал запеченную рульку орка с соусом по-гоблински, салат «Летняя Гондвана», состоящий из традиционных огурчиков с помидорчиками и попросил принести графинчик «Ларисской прелести». Его выбор только подтвердил мою уверенность в том, что мой собеседник — старый рубака, воспринимающий красоту мира через призму обыденности военных будней младшего офицерского состава. Не став ждать еды, он махнул стопку фирменной водки и, отхлебывая крупными глотками пиво, уставился на меня.
— Зачем сюда позвал, сынок?
— Просто поговорить, — пожал я плечами. Узнать, кого наша маленькая команда выбрала в тренеры по обучению. Почему назвался «старшиной»?
— Так по жизни им был, зачем лишнее сочинять.
— За пьянку уволили? — догадался я, наблюдая за тем, что графин с нехилой скоростью пустеет на глазах несмотря на то, что рульку еще не успели принести.
— Было за что, — неопределенно ответил тренер, отставив пиво в сторону. — Ты меня позвал за тем, чтобы в душу залезть? Так вот, сынок — много будешь знать, скоро таким как я, станешь. И не надо называть меня тренером, от этого слова так коробит, что кишки наружу просятся.
— Хорошо, — быстро ответил я, едва дождавшись конца фразы собеседника. — На самом деле хотел бы попросить поменьше обижать наших девчонок, они мне очень нужны, особенно магичка. Но самое главное: интересуюсь вашим мнением, что из себя на данный момент представляет группа, как самостоятельная боевая единица и ваши предложения по замене оружия у моих бойцов, если это необходимо прямо сейчас.
— Зачем тебе девочки? Шуры-муры разводить? — расхохотался Старшина, в момент опорожнив остатки пива. Потом вдруг посерьезнел лицом и прямо в лоб выдал: — Твоя группа, как ты говоришь «на данный момент», представляет сейчас опарышей, весело шныряющих в собственном дерьме. Бородатому твоему, вы вроде его Монахом кличете, необходимо сменить меч на боевой топор. От него толку будет больше. Он сильный, но неповоротливый, такое поведение больше для топора подходит. Тому, кого ты каждый раз упорно посылал защищать вашу хлипкую магиню, нужен другой щит, побольше нынешнего. Он им владеть не умеет от слова «совсем», так пусть хоть основательнее будет и каплевидной формы, чтоб ноги заодно прикрывал и по балде своей бестолковой, как я показал, как можно меньше получал. Ты сам вроде ничего, шаришь по наитию расклады боя, но техника пока слабовата. Надо чаще перемещаться, о чем вспоминаешь сейчас только тогда, когда рядом прилетает. Напарница твоя, я имею ввиду лучницу, вообще постоянно ворон ловит, оттого и мажет. Конечно, в игре многое от уровня стрельбы зависит, это поправимо. А вот то, что она пугалом стоит и долго размышляет, по какой цели отстреляться, совсем плохо. Вор ваш замечателен, но после первого фрага слишком предсказуем для разглядевших его способности и опытный боец вычислит его дальнейшие действия на раз. В его классе я плохо разбираюсь, но думаю, тактику боя для него стоит отдельно разработать и от нее отталкиваться. Но самое плохое — у вас нет танков, способных задержать пешую силу. Один машет своей железкой, как полоумный, второй слишком занят стоящей сзади обузой с косичками, зачастую не видя, что за щитом творится. Без еще хотя бы одного нормального мечника вы как курицы, увидевшие пшено и выбежавшие на дорогу под колеса грузовика. И главное — практически у всех нет анализа действий ни своих соседей, ни врагов. Ты думаешь, командуешь, когда орешь на все поле боя «встань туда, дави этого, засунь задницу под подмышку»? Нет. Во-первых, эти безумные возгласы не только твои слышат. Во-вторых, бойцы в слаженной группе не нуждаются в личных командах во время боя, голосом предупреждают только в случае опасности или, когда понимают, что в каком-то месте обороне скоро поплохеет. В-третьих, попроси официанта повторить, а то у меня в глотке пересохло.
Пока Старшина переводил дух после своего несколько неприятного для моих ушей монолога, я, изо всех своих сил стараясь не обидеться, напряженно обдумывал его слова. Знатно он обосрал все то, чем я гордился последние полтора месяца, ничего не скажешь. И ведь скорее всего прав, гондурас армейский — несмотря на наши старания, все сегодняшние бои проиграны. А если не проиграны, то в реальной ситуации после такой схватки остаются относительно целыми буквально пара бойцов, помышляющие только о сохранении немногочисленного скарба отряда и оставшихся в живых лошадок. Все наши победы во время поиска храма были обеспечены только благодаря случайным обстоятельствам и невезению противника. Взять хотя бы в пример Сотника: все делал, как положено, захватил часть отряда, а вторую запер наглухо в четырех стенах. Если бы не постоянные стычки с пустынниками, хрен бы мы успели найти портал до того, как нас повязали или прикончили. С бандитами на дороге все было проще, они действовали нахрапом, привыкнув к удаче после внезапного нападения, за что и поплатились. А догоняющих нас с Гномом по пути в Лариссу расправиться помешал обоз, весьма вовремя подвернувшийся на пути. Выходит, наши заслуги отнюдь не собственным потом и кровью заработаны; не иначе бережет кто-то свыше, как это по-другому объяснить? Необходимо, чтобы фарт стал закономерен, только в этом случае можно себе смело облобызать грязные ноги и признаться в крутости и героизме. Вот кто бы знал, как мерзко на душе! В самом мрачном настроении я распрощался со Старшиной, немилосердно с чавканьем впившегося в огрызок ноги, поданной на стол и поспешил на место ночлега, чтоб поскорей выбраться из капсулы.