Тело архимага
![Тело архимага](/uploads/covers/2022-11-12/telo-arximaga-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Анна Стриковская
- Жанр: Фэнтези
- Дата выхода: 2014
Читать книгу "Тело архимага" полностью
* * *
— Кого это ты так ласково, Ранульф?
Гиневра! Боги, какое счастье! Я дотянула! Успела! От радости я чуть не сомлела на самом деле, но голос шкафандра привел меня в чувство.
— Что ты тут потеряла? Тебе нечего тут делать!
— Ошибаешься, Ранульф. Вот у меня предписание: забрать из подземной тюрьмы пострадавшего, вылечить его и установить личность. Ты же понимаешь, последнее — всего лишь формальность. Кто среди магов не знает Гиаллена? А вот ты что тут делаешь?
Я вскочила, случайно пихнув при этом Ала так, что он застонал. Картина в камере была знатной: Ранульф стоял ко мне спиной, загораживая нас с Алом от Гиневры, которая пришла не одна. С ней были два парня в белых мантиях с носилками и четыре ведьмочки в традиционных алых мантиях. Они стояли в дверях и смотрели на все, как на представление. И что-то мне подсказывало, что Гиневра устраивает им такой театр не в первый раз.
Ранульф молчал, и я почувствовала, что и мне пора внести свою лепту.
— Он пришел сюда, чтобы забрать меня и принудить к сожительству. А чтобы я согласилась, угрожал убить архимага Гиаллена. Говорил, что его все равно что нет и за убийство ему ничего не будет.
Разъяренный магистр обернулся и замахнулся на меня пудовым своим кулаком. Встречаться с ним вторично никакого желания не было, и я заткнулась. Главное было уже сказано.
— Как интересно, — протянула Гиневра. — Ранульф, тебе что, уже проститутки отказывают, раз ты на шантаж свободных магичек переключился? Совсем никто добровольно не дает?
— Р-рррр….
— Не переживай. Можно ликвидировать эту проблему за один раз. Проще репы пареной. Уберем потребность — и все! Мне это раз плюнуть, ты уже убедился.
— Р-рррр!!!
Не представляете, как приятно было это слышать. Гиневра топтала урода на глазах у почтеннейшей публики, а он толком не мог ответить. Шкафандр был полностью в ее власти. Ему оставалось тупо рычать.
— Ранульф, если тебе больше нечего сказать, я тебя не держу.
— Ненавижу! Стерва!
Гиневра весело рассмеялась.
— Ты же знаешь, Ранульф, я ведьма. Слово скажу — и будет по-моему. Быстро вышел, и чтоб сюда — ни ногой! Узнаю — в твоем мире настанет вечное полшестого!
Монстр бросился к дверям. Пришедшие с Гиневрой маги и ведьмы молниеносно расступились, пропуская Ранульфа и снова сомкнули ряды. Гиневра обернулась к ним и поманила пальчиком ребят в белых мантиях.
— Так, мальчики, быстренько взяли Гиаллена, положили на носилки и понесли. Палата для него готова, Вальпурга ждет, — она перевела перст указующий на группу ведьмочек. — Девочки, сопровождать. Проведете обряд вливания силы. Прочистите каналы… Придет в себя — поить и кормить. Сами все знаете, не мне вас учить. Я еще тут побуду, мне надо с девушкой поговорить. Все, взяли, положили, пошли.
Они так и сделали, четко и слаженно, как будто не один раз репетировали. Через несколько минут их шаги затихли. Я без сил опустилась на топчан, где недавно лежал мой архимаг. Гиневра присела на табуретку.
— Молодец, девочка, не испугалась Ранульфа.
— Еще как испугалась! Думала, смерть моя пришла.
— Э, дорогая, ты совсем не умеешь бояться. Соображения не теряешь, действуешь разумно, разве так боятся? Если бы ты действительно дала волю страху, сейчас Ранульф уже тебя бы трахал с неизвестными последствиями.
— Вы его проклясть обещали?
— Ты про вечные полшестого? Нет, зачем? Это не магия, детка, это психология. Скажу ему, что у него никогда ни на кого не встанет — и готово. Он верит, потому что боится ведьм. Раз верит — проклятье действует его собственным убеждением. А меня даже обвинить ни в чем нельзя — магии-то не было.
— Он и раньше?…
— Ты же его видела. Ни одна с ним не пойдет. По крайней мере сейчас. Были дуры, соглашались. Придумают себе, что он бедный-несчастный, никто его не любит, накрутят себя и идут как на праздник. А он… При его габаритах грубое насилие… Не все выживали. А по-другому он не умеет. Пару раз он подлавливал на чем-то моих девочек и шантажировал, примерно как тебя. Ну, я ему и пригрозила: еще раз, и может прощаться со своим мужским достоинством. Ну да ладно, забудем об этом кошмаре. Есть темы поинтереснее.
У меня сложилось такое же впечатление. Надо ковать железо, пока горячо.
— Гиневра, мне до сих пор официально не предъявлено обвинение.
Ведьма, похоже, обрадовалась.
— Думаешь, я могу тебя забрать? Хорошо бы. Как там по закону? Обвинение должно быть предъявлено в течение суток. Сутки еще не прошли?
— По-моему еще час-полтора, и все.
Она устроилась на табурете поудобнее и потянулась, как кошка.
— Отлично! Столько времени я могу потратить. Проведем их с пользой. Помнишь, я тебя вчера спрашивала: любишь ли ты Ала?
— Помню. Я ответила, что не знаю.
— Думаю, ты ошибаешься. Ты его любишь, и даже сама не представляешь, как сильно. Я видела, как ты бросилась его защищать.
Не вижу связи, хоть убей.
— Да я любого не дала бы убить! А Вы, выходит, давно уже тут. Наблюдали?
— Естественно. И не я одна. Хочешь спросить, почему не прекратили сразу?
Это понятно. Теперь они могут свидетельствовать в суде, что видели, как Ранульф пытался убить Гиаллена и слышали, как он меня шантажировал этим.
— Не хочу. Это и так ясно. Меня другое интересует: что теперь со мной будет?
— Возможны варианты. Если в течение часа никто не притащится с обвинением, заберу тебя к себе. Отдохнешь, наберешься сил, выяснишь наконец свои отношения с Алом…
— Почему?…
— Почему я пытаюсь вас свести? Потому что это хорошо и правильно. Если люди любят друг друга, они должны быть вместе.
— Повторяю: я очень сомневаюсь, что люблю Гиаллена. Я Юстина точно также люблю.
— А двух любить нельзя? Смешная девочка.
Знаю я этих ведьм. По их мнению можно любить хоть десятерых. Что они в это слово вкладывают, не знаю, но примеры видела. Все дело в том, что для них секс — основа жизнедеятельности. Девочки-ведьмочки имеют зачаточные способности, которые активируются с потерей невинности. Поэтому они так и торопятся начать половую жизнь. В нашем университете две трети ведьм расстаются с девственностью в первом семестре первого курса, а остальные — во втором, а затем одни меняют мужчин как перчатки, другие заводят постоянного любовника. Цель — развитие своего дара и рост возможностей. Оказывается, им после колдовства нужно нормализовать состояние организма, а проще и быстрее всего это делается через постель.
На самом деле ничего плохого в этом я не вижу, просто условия существования и работы. У некромантов, например, перед некоторыми особо жуткими ритуалами необходимо по полгода держать целибат. Но это не значит, что некроманты лучше ведьм, по мне так наоборот.
Только вот свои привычки не стоит проецировать на других. Я — не ведьма, увы.
Говорить все это Гиневре бессмысленно и вредно, так что я просто пожала плечами.
Она меня поняла, но не обиделась, а снова рассмеялась.
— Знаю я, о чем ты подумала. Мы, ведьмы, можем хоть с тремя, а вы, скромные магички, и с одним-то не справляетесь. Эх, Мелисента, ты уже не девочка, должна кое-что понимать. Или твой первый был полный дятел?
Миккель-то? Похоже. Но я на него не в обиде, сама виновата. Поэтому ответила уклончиво:
— Не знаю…
— Значит, так и есть. Можно любить не одного и не двух, если по-разному. Отца, брата мужа, сына — разве ты их не стала бы всех любить одновременно? Глупенькая. А еще ты думаешь, что, если ты не умеешь смотреть на мужчин сквозь розовые очки, то и любить не можешь. Правильно?
А разве это неверно?
— Что-то вроде.
— Дурочка! Тебе трудно влюбиться, я понимаю. Таким рациональным маленьким девочкам это практически не удается, если они не стараются. Но влюбленность и любовь — разные вещи, ты об этом знаешь.
— Догадываюсь. Только не представляю себе, в чем разница.
— А в том самом. В направленности, а ты о чем подумала? Если ты влюблена — это для тебя. К самому объекту по большей части это не имеет никакого отношения, за флером нежных чувств его просто не видно. Радость, подъем, море сильных ярких эмоций. Для ведьм это отлично — дар раскрывается полностью. Очень полезное состояние, но есть одно но. Мозги выключаются напрочь. А у тебя голова работает в режиме нон-стоп, не выключишь.
— Ну вот такой я эмоциональный уродец.
— Глупости. Ты не можешь влюбляться, но можешь любить. Сильно, верно, глубоко. Видеть все недостатки, понимать, и все равно любить. Такого, какой он есть. Это дано немногим.
— И Вы считаете, я кого-то люблю?
— Не кого-то а Гиаллена. Это видно невооруженным глазом.
— Почему-то Кориолан этого не рассмотрел.
— Кориолан? Да он просто слепец! Вот он-то и есть эмоциональный урод, даром что на морду лица красавчик. Сам не способен на настоящее чувство, и не видит этого в других. Даже удивительно, что у такого морального монстра — такой приличный сынок.
Правильно она мне напомнила. Если, по ее мнению, я люблю Гиаллена, то что для меня сын мессира Кориолана?
— А Юстин?
— Ты сама мне давеча рассказала: милый мальчик, младший братишка, которому ты сочувствуешь. Конечно, ты его любишь, сестры обычно любят братьев, но с ними не спят и замуж за них не выходят.
Не с чем поспорить. Я примерно так к Юсу и отношусь, хотя целоваться с ним мне понравилось.
— Мистрис Гиневра, а с чего Вы взяли, что я люблю Гиаллена?
— Ой, девочка, кончай разводить политес. Можешь звать меня Гин и на ты. У ведьм не принят высокий штиль.
— Спасибо, Гин. Так что там все-таки насчет Гиаллена?
— А то ты сама не знаешь?! Это просто бросается в глаза. Заботилась о нем. Ходила как за малым ребенком. Силу свою не жалела, отдала почти всю, чтобы только он ночь пережил. Я тебя на грани поймала. Защищаешь как свое. Готова костьми за него лечь, вон как на Ранульфа набросилась. Это любовь, детка. За тех, к кому равнодушны, так не бросаются. И не надо мне лапшу на уши вешать про мировую справедливость.
Она про наш с Алом договор и не вспомнила. Но я-то не забыла!
— Да он мне за спасение столько должен! Пусть вперед расплатится, а потом уж помирает!
Гиневра опять закатилась от смеха:
— Ой, девочка, с тобой не соскучишься. Понятно, почему Ал на тебя запал. Ты же не соврала, когда сказала, что он сделал тебе предложение?
— Гин, я по возможности не вру.
— Я так и поняла. Но если ты из Ала признание и предложение сумела вышибить… Прямо не знаю. Зацепило его серьезно, как бы не на всю жизнь. Ни одной из моих ведьм не удавалось заставить его даже во влюбленности признаться.
А чего ему признаваться, когда любая и без этого к нему в постель прыгнуть готова. Ведьмы, небось, в очередь записывались. Гиневра, кажется прочитала эту мысль на моем лице.
— Ты правильно понимаешь, спать — он со всеми спал, но вот отношения… Их Ал старательно избегал. Если на тебе сломался — это же здорово! Вот я повеселюсь! Да мы все развлечемся!
Интересно, а у самой Гин с Алом что-нибудь было?
— Детка, у меня с ним никогда ничего… Не мой тип. Мы только цапались, и то по работе.
Что, у меня действительно все на лице написано? Да еще с такими подробностями?
Вдруг Гиневра злобно прищурилась.