NWT. Три путешествия по канадской Арктике
![NWT. Три путешествия по канадской Арктике](/uploads/covers/2023-02-23/nwt-tri-puteshestviya-po-kanadskoj-arktike-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Виктор Боярский
- Жанр: Документальная литература / Путешествия и география
Читать книгу "NWT. Три путешествия по канадской Арктике" полностью
Пролог
В моем кабинете в Музее Арктики и Антарктики висит карта – на ней нанесен маршрут последней большой экспедиции через Северный Ледовитый океан, в которой мне посчастливилось участвовать. Название ее – «Twinpole-95» – в отличие от названий всех предыдущих экспедиций, которые отражали собственно экспедиционный процесс – «Трансгренландия», «Трансантарктика» и т. д., говорит, скорее, о цели экспедиции. Правда, при переводе этого названия на русский язык цель эта становится несколько расплывчатой, и может даже возникнуть предположение о том, что участники экспедиции в момент достижения этой самой цели были не совсем в спортивной форме… Судите сами – «Двойной Полюс-95»! Каково!?
Глядя на упомянутую выше карту, я каждый раз ощущал некий внутренний укор: отчего до сих пор я не написал книгу об этой во всех смыслах (включая название) примечательной по своему внутреннему драматизму и необычности состава участников экспедиции?
Такая книга могла бы стать заключительной частью трилогии, объединенной общей идеей, так славно обозначенной моим американским братом и соратником, одним из главных действующих лиц моих предыдущих книг Уиллом Стигером: «To the top of the dreams with dog’s power and human spirit!», что в переводе означает: «К вершинам мечтаний с силой собак и мощью человеческого духа!». В этом смысле написание третьей книги (первое издание первых двух книг – «Гренландский меридиан» и «Семь месяцев бесконечности» – было опубликовано соответственно в 2001 и 1992 годах) об этой экспедиции выглядело очень логичным. Новое поколение наших собак, ничуть не уступавших в силе своим прославившимся в наших предыдущих экспедициях родителям, явно окрепшая после многочисленных испытаний мощь человеческого духа, определившие в конечном счете успех этой непростой экспедиции, – все это укрепляло меня в решении написать о ней книгу… Но! Это злополучное «но», которое, увы, часто выступает на первый план при выборе стратегии принятия решений в окружающей нас реальной жизни, день за днем, месяц за месяцем и год за годом препятствовало воплощению моих планов.
Еще один немаловажный сдерживающий фактор заключался в том, что все мои дневники представляли собой магнитофонные кассеты с записью моих выступлений перед диктофоном во время путешествия. После Гренландии я избрал именно такой способ ведения дневников, который был гораздо проще и намного эффективней с учетом наших далеко не студийных условий. Для того чтобы перейти от звуковой записи к печатному тексту, требовалась уйма времени, которого катастрофически не хватало, поскольку, помимо ежегодных экспедиций, я взвалил на себя (причем добровольно) заботу о судьбе уникального музея, и это вкупе с продолжающимися экспедициями съедало весь запас времени. Даже в отпусках я работал на атомных ледоколах, обеспечивая туристические маршруты на Северный полюс.
Время шло, а я все ждал, когда же появится возможность автоматического перевода звуковой записи в текст, пока в конце 2006 года один умный человек, выслушав мои стенания по поводу невозможности волшебной трансформации моих дневников в вид, удобный для редактирования, сказал: «Ну что ты маешься? Найди людей, которые за деньги сделают это для тебя. Сейчас полно бывших машинисток, готовых взяться за эту работу и сделать ее достаточно быстро».
Он оказался прав. По объявлению я нашел несколько желающих мне помочь, причем за весьма умеренную плату, и уже к середине 2007 года вместо двух десятков аудиокассет по 90 минут каждая у меня появились два компакт-диска с полным и дословным описанием моих страданий. Теперь оставалось только отредактировать все это и…вперед!
Надо сказать, что, помимо дневниковых записей об экспедиции «Двойной Полюс», я обнаружил записи, сделанные мною во время тренировочных подготовительных экспедиций в канадской Арктике, которые мы с Уиллом провели в течение трех лет – с 1992 по 1994 год.
Поначалу я полагал объединить все записи в одной книге, но по мере подготовки рукописи понял, что такое объединение неизбежно выльется в книгу невероятной толщины и потому решил выпустить отдельно книгу о путешествиях по канадской Арктике и затем книгу об экспедиции 1995 года!
Мне показалось, что найдутся люди, которым это будет интересно, тем более что литературы по канадской Арктике очень мало, а описание наших путешествий там позволит лучше подготовить читателя к восприятию книги об основной экспедиции и понять причину происходивших в ней драматических коллизий.
Подготовка рукописи заняла времени больше, чем я рассчитывал. Оказалось, что необходима серьезная работа над текстом. Дабы он стал понятен не только автору, но и читателю, необходимо было упорядочить подчас сумбурно высказанные мысли и восстановить утраченные местами временные и логические связи.
Поскольку работать над текстом я мог, естественно, весьма ограниченное время – всего полтора-два часа в день, да и то не каждый день, на подготовку рукописи пришлось потратить фактически год.
В самом начале работы меня очень огорчило то, что я не смог отыскать первую кассету, записанную в 1992 году, в самом начале нашего трехгодичного экспедиционного цикла. По этой причине мои дневники начинаются с погожего апрельского дня 1992 года, когда мы добрались до Арвиата – небольшой эскимосской деревушки на берегу Гудзонова залива.
Все то, что произошло до этого, начиная с апрельского дня 1990 года, когда я вернулся домой после завершения главной экспедиции моей жизни через Антарктиду, в книгу не вошло, и потому я постараюсь здесь коротко об этом периоде рассказать.
Главным событием этого периода стала наша встреча с Уиллом в июле 1991 года в Миннеаполисе, где нами впервые было объявлено о подготовке так называемого Международного арктического проекта (International Arctic Project, IAP).
Понятно, что для придания проекту значимости, а следовательно, привлекательности для потенциальных спонсоров, он сводился не только к проведению международной экспедиции через Северный Ледовитый океан, требовавшей от наших собак всей их силы, а от нас всей мощи духа. Двумя другими составными частями Проекта были создание международной научной станции на дрейфующем льду и объединяющая два подпроекта надстройка – международная образовательная программа, как раз и призванная рассказывать о проблемах и красотах Арктики широкой международной общественности, главным образом учащейся молодежи, через набиравший силу всемогущий Интернет. При этом предполагалось, что наша экспедиция и международная дрейфующая станция как раз и станут двумя основными фокусами, концентрирующими интерес и способными привлечь внимание далеких от Арктики людей.
Проект выглядел настолько красиво и привлекательно, что ему не суждено было сбыться в полном объеме. Первой была принесена в жертву идея создания международной дрейфующей станции, поскольку уже рекогносцировочный этап убедительно показал, что ее организация может отнять у нас всю наличную мощь нашего духа, не оставив ничего на саму экспедицию. Поэтому уже в конце 1991 года под Международным арктическим проектом мы, его непосредственные участники, понимали, прежде всего, международную экспедицию на лыжах и собачьих упряжках через Северный Ледовитый океан и построенную на материалах этой экспедиции международную образовательную программу.
Главным вопросом (помимо поиска доверчивых и щедрых спонсоров) для нас с Уиллом было формирование сбалансированной и профессиональной международной команды для участия в экспедиции. Мы понимали, что достичь идеала, каковым в итоге оказался состав экспедиции «Трансантарктика», нам вряд ли удастся, но подспудно стремились к этому. Способ формирования команды и ее подготовки был не нов и уже успешно апробировался на этапе подготовки «Трансантарктики». Он предполагал проведение тренировочных экспедиций в предшествующий период, который был обозначен нами в три года (1992–1994). Мы считали, что этого времени будет вполне достаточно, чтобы, с одной стороны, сформировать команду, натренировать ее, а с другой – собрать необходимые средства от спонсоров.
Понятно, что бюджет наш был крайне ограничен, вследствие чего мы выбрали в качестве территории для проведения этих экспедиций бескрайние, малохоженные просторы канадской Арктики, потому, главным образом, что до этих просторов от нашей базы в Или (штат Миннесота) было, что называется, машиной подать. Кроме того, в соответствии со спецификой путешествия по Северному Ледовитому океану в весенне-летний период нам было необходимо проводить эти экспедиции в районах, где хотя бы часть нашего маршрута проходила по морскому льду.
С учетом этих соображений основным полигоном для первых двух экспедиций – 1992 и 1993 годов – стал район западного побережья Гудзонова залива и прилегавшей к нему район канадской тундры. Мы стартовали в начале апреля из столицы канадской провинции Манитоба Черчилла – небольшого городка, расположенного на южном берегу Гудзонова залива и известного широко за пределами Канады как столица белых медведей. Действительно, именно в районе Черчилла каждую осень скапливается несколько десятков, а то и больше белых медведей, ожидающих подхода дрейфующих льдов и томящихся в этом ожидании на поросших скудной растительностью песчаных берегах залива.
Поскольку встреча с белыми медведями не входила в наши ближайшие планы, мы были счастливы, что не сможем лично подтвердить репутацию Черчилла как столицы беломедвежьего царства. Наши экспедиции начинались в апреле, когда все приличные белые медведи заняты своим любимым делом – охотой на нерп в районе кромки дрейфующих льдов, находящейся довольно далеко от берега.
В первой экспедиции, помимо меня и Уилла, приняли участие Джон Стетсон, с которым мы познакомились еще в 1988 году во время моего первого появления на ранчо Уилла в Или, и искатель приключений из Японии Мицуро Оба. Маршрут этой экспедиции был проложен из Черчилла вдоль побережья залива на север до эскимосского поселка Арвиат и обратно в Черчилл, но не по побережью, а через тундру. Получалась петля общей протяженностью около 600 километров.
Первый этап перехода из Черчилла в Арвиат, дневниковые записи по которому были утеряны, занял около недели. Из всего перехода мне запомнились несколько моментов. Первым и самым неожиданным стало нападение бешеной лисицы на наших собак, случившееся буквально на второй день после выхода из Черчилла, когда мы остановились лагерем в поросшем чахлым кустарником и низкорослыми рахитичными деревцами местечке. Мы уже установили палатки и покормили собак, когда откуда ни возьмись появилась эта рыжая бестия. В сгущающихся сумерках мы не сразу смогли толком разглядеть, что так взволновало наших собак и вызвало их неистовый лай. Только приглядевшись, мы заметили быструю хвостатую тень, метавшуюся от одной упряжки к другой.
Джон опомнился первым и метнулся в палатку за ружьем. Уилл только неистово орал: «Shut him! Shut him!», что означало «Убей его!» Легко сказать, но практически невозможно сделать в этой ситуации без опасения поранить собак. Тем не менее Джон улучил момент, когда лиса выскочила на открытое пространство, и произвел серию выстрелов. Увы, Джон, по-видимому, еще не пристрелял свое ружье, потому как ни один выстрел из этой серии не произвел на лису никакого впечатления, и она продолжала метаться среди наших собак, которые явно ждали от нас более решительных действий, ибо сами были привязаны и не могли дать агрессору решительный и зубастый отпор.