Нужные железки
![Нужные железки](/uploads/covers/2022-12-08/nuzhnye-zhelezki-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Нужные железки" полностью
Глава 1
Жизнь на торге била ключом. Кипела восторгом, обманом, радостью, ненавистью и прочими сильными чувствами. Напоминая то ли птичий базар, то ли суету морских блох на лайде, полосе отлива.
Но без этого никак.
Ру шел по «едовому» ряду, не глядя по сторонам. Что он тут не видел? Из года в год выбор не меняется. Рыба, крабы, восьминоги, едвежатина, оленина и битая птица. Разве что у зеленщиков интереснее — сезон сильно менял выбор. Но и там с разнообразием не густо: папоротник, грибы, белокопытник и прочий борщевик с вяленым прошлогодним кишмишем и морской капустой…
Не сдержался на последних метрах. Обтер пальцы о штаны, сунул в обрезанную канистру, набил полный рот черемшовой кимчи. Начал жевать.
Торговка с любопытством наблюдала, как рожа княжеского охвостья, гордо именуемого «инспектором по внезапным вопросам», становится все багровее и багровее, грозя сравнится цветом со свеклой.
— Ну как, — спросила она ласково, когда из ушей дегустатора повалил пар, — вкусно тебе?
— Да знаешь, — выдохнул Ру, с трудом ворочая обожженным языком, — чего-то не хватает, при всем, так сказать, уважении. Остроты, что ли? Ты перцу не жалей в следующий раз, не жалей!
— Советов твоих не хватало! — мгновенно взорвалась торговка, замахнулась двузубой вилкой — такой не черемшу ворошить, а кету по устьям бить. — Перцу ему, паскуднику, не хватило! Пожрал забесплатно, и в душу серанул! Ох, люди добрыя, что ж тут делается! Совсем княжьи-то вылупки охренели! Боряны! Недимона на них нет, извергов рода человеческого! Зимник-то брать пора снова!
Торговку поддержали соседки, начали кричать всякое матерное и антиправительственное.
Ру втянул голову в плечи, прошмыгнул мимо. Если торг взорвется народным возмущением, и инспектору отшибут голову, никто и слова не скажет. И карать не станет. А не зли податное население без нужды, глупого ухарства ради!
Быстрым шагом, почти бегом, Ру проскочил оставшиеся прилавки. К счастью, бабы ограничились воплями, и ничего тяжелого в спину не швырнули. Инспектор скользнул под арку. За кривым (тряхнет добротный землетрус, развалится) сооружением из древних кирпичей, давным-давно потерявших все углы — этакие обмылки рыже-красные — начиналась Промзона.
На Промзоне продавали железки. В широком смысле слова. Пригождающиеся, нужные и прямо таки необходимые и обязательные к обладанию.
Какой ты, к примеру, мужчина и добытчик, если у тебя нету щита с копьем или топором, или полукилометра сети? Правильно — мертвый и хреновый!
Продавалось тут все. Начиная от иголок и заканчивая самопалами или факелнетами. При желании и должном навыке оперативной работы, можно бумарту сторговать. Из чудесного обрезка танкового ствола, на колесном, а то и гусеничном станке, с полным боекомплектом, рассчитанным на пару лет ожесточенного передела охотничьих угодий. А за отдельную (и немалую!) плату, к набору юного завоевателя, можно добавить команду неглухих пушкарей…
Ру миновал первые ряды, где продавали «дары моря»: разнокалиберные канистры с бутылками, пробки, буйки, ящики, кухтыли, обломки пластика на растопку и прочий хлам, которому иногда и названия не придумать — время и волны обкатывали до полной неразборчивости очертаний — прям, как арочный кирпич!
Затем инспектор оказался в оружейном ряду — будучи мальчишкой, он тут пропадал. Повзрослев, стал появляться исключительно по вопросам службы. Поскучнел маленько, растерял восторг…
Среди продавцов мелькали новые лица. Интересно, откуда явились? Вроде бы в последнюю неделю судов не приходило…
Ру подошел к прилавку одного из незнакомцев. Тот, здоровенная туша — этакий облысевший едведь, сразу насторожился — крохотные глазки уставились с плохо скрываемым раздражением. Инспектор догадывался, что со стороны выглядит не особо презентабельно. И роста немного, и ширины маловато, а уж какого цвета куртка, от старости рассыпающаяся — и вовсе не угадать. На такого глянешь — сразу ясно, что ничего не купит, зато товар грязными руками перелапает, скотина этакая! А то и чего сопрет!
Инспектор хихикнул себе под нос, заулыбался. Сам спер, сам поймал, сам наказал, сам поощрил за быструю и качественную службу. Чудесно же!
На прилавке лежало четыре самопала и длиннющий факелнет. К нему-то, Ру и присмотрелся. Самопал у инспектора имелся. И казенный, и личный. Но хотелось крупнее и мощнее — чтоб медведя насквозь одним выстрелом, даже если за деревом спрячется! Или вражину в доспехе, да за штурмовым щитом…
Факелнет был хорош! Колесцовый замок, ложа из отполированного бархата, ствол — дюймовая труба вся в накладках усиления. Одинарный заряд должна выдерживать, дай Кутх! Выстрелов на сто хватит. А то и двести, при везении и качественном порохе.
Ру взял оружие в руки. Увесист! На спине долго не потаскаешь, нужен специально обученный человек — носильщико-станок. Или с лодки бить…
С другой стороны, можно без опаски уебать прикладом. От такого удара не только едвежий череп треснет, но и коробакс крабий трещинами пойдет Тяжесть, это надежно!
— Почем?
— По деньгам, — ответил, как сплюнул продавец.
— Так ты корову не продашь, мужик… — снова хихикнул инспектор, и продолжил, — по деньгам, говоришь? И без обмана? С меня денежка, с тебя ружье? Правильно понимаю?
— Правильно! — кивнул громила, не уловивший подвоха.
Остальные оружейники, большинство из которых Ру узнало бы в любом виде, начали переглядываться, предвкушая бесплатное представление.
— Так я согласный! — заулыбался инспектор. — Даже не одну дам, а целых десять!
И, аккуратно положив на прилавок монету, перекинул факелнет за спину. Замок ударил по крестцу.
— Не, надо ремень подтягивать…
Продавец уставился на ржавую монету. Взял. Повертел. С одной стороны — двуглавый орел, с другой надпись «10 рублей».
— Говорю же, без обмана!
— Ты, бля, чо?! — некормленым едведем взревел оружейник и полез через прилавок отбирать свое. Прилавок, конечно, перевернув. Самопалы полетели в грязь.
Продавец был раза в два тяжелее Ру, а уж сильнее, наверное, на порядок. Свое отобрал с легкостью, чуть не оторвав инспектору руку. Перехватил факелнет за ствол, размахнулся…
Ру скользнул под прикладом, с хрустом проламывающем воздух. Подскочил вплотную к громиле и с размаху впечатал в нос удостоверением. Ударил локтем, метя в скулу. Жертва в последний миг дернула головой, и удар пришелся в ухо. Опешивший от столь молниеносного развития событий оружейник рухнул на задницу. Бессмысленно начал разевать рот — этакая рыба-собака с ногами вместо плавников. И тиной в голове.
— Спецоперация! — заорал в уцелевшее ухо Ру и снова ударил ксивой. Чеканить удостоверения на толстых медных пластинах с отверстиями под пальцы — прямо таки гениальное изобретение! Заодно, по синякам, сразу видно, кто задерживал злодея. Никто добычу не уведет!
Тут инспектор уловил подозрительный блеск под ногами. Однако пришлось еще несколько минут разъяснять набежавшим продавцам, что бить злодея, который только что задержан, с одной стороны, педагогично. Однако можно увлечься и забить до смерти. А это карается законом и вообще портит имидж родного Руруя. Да и вообще, к чему такая жестокость, если бедняга и так еле шевелится?
Наконец патриоты разошлись крепить честь города и личное благосостояние, оставив инспектора наедине с жертвой. Ру уловил момент. Нагнулся, нашарив блестяще-подозрительное. Сунул в карман вместе с грязью — и как потом в приличном на службу ходить? Слушай тех умников, в дышло их сношать!
Потом рассмотрим подробнее, а куртку можно и постирать, если долго дождей не будет. Обтер, не глядя, пальцами, чувствуя, как начало колотиться сердце.
Инспектор похлопал до сих пор слегка оглушенного продавца по плечу. Помог встать на ноги. Удержал от нового падения. Когда убедился, что оружейник стоит относительно прямо и больше не норовит шлепнуться затылком в грязь, тихо проговорил, глядя в мутные глаза:
— Завтра жду в управе. Прямо с утра. Но ты один не приходи. Вы мне вдвоем нужны. Ты и история о том, что у тебя на прилавке лежало. Блестящее такое, остро-круглое. Но история о том, где ты такие штуки расчудесные взял, должна быть не только убедительной, но и честной. А то шомпол в ухо суну. Или повесим тебя, за нападение на должностное лицо при исполнении. Все понял?
— А… Я тебя, вас, как найду? — просипел громила. — Вас зовут как?
— Зовите меня просто — Элвис Пресли, — хохотнул Ру. — На калитке скажешь, что по важному делу к инспектору по…
— По? — вдруг спросил оружейник, — это фамилия ваша?
— «По внезапным вопросам», — закончил Ру, — перебивать других — отвратительная привычка. Запомни на всю жизнь. Про неуважение к покупателям ты, думаю, и сам догадался.
— Ага…
— Да, кстати, сколько денег ты за ружье хотел?
— Пять тысяч, — просипел громила, не отрывая взгляда от грязного кармана инспектора, — но тебе, вам, в смысле, отдам за четыре!
— Откуда такие цены при нашей зарплате? — Ужаснулся Ру. — Правильно я сделал, раз тебе нос сломал!
— Три семьсот! — Приободрился продавец.
— У меня и двух нет, — признался Ру, — дожили, блядь! Чтобы самопал купить, нужно Родину продавать! Какому-нибудь Фурукамаппу сранному! Енинцам, нахрен!
— Саппоро-то поближе будет.
— Расхрабрился? — Одобрил Ру. — Вот и правильно, вот и хорошо. Не придется тебя за язык плоскогубцами таскать. Сам, значит, и расскажешь, почем продался, что успел сообщить, какое задание на диверсии…
Продавец побледнел, закрыл рот ладонью, похожей на лопату…
— Поздно! — Продолжал веселиться Ру. — Я все услышал и запомнил! Впрочем, ладно, пойду я помаленьку, пока ты штаны не обделал. И да, — инспектор внимательно посмотрел на избитого гостя столицы, в глазах которого так и читались волны, ворованные лодки с одним веслом, тугие паруса и прочие глупости, — даже не думай. Тебя не из города, тебя с торга не выпустят, дурилка толстомясая!
***
Две лодки, одна за другой, скользили по водной глади бесшумно — только редкие капли воды срывались с весел, да тяжело дышали гребцы — путь выдался долгим. Вышли ведь еще засветло.
Но темная, почти черная полоса берега становилась все ближе. Еще немного, еще чуть-чуть…
Сидящий на носу головной, ломая глаза, вглядывался в толщу воды — дно коварное, можно с разгону вылететь на каменную плиту литорали. Лодка выдержит — строят с расчетом на подобные внезапности. Но лучше не стоит — поднимется шум, начнется суета. И дело пойдет коту под хвост-обрубок!
Столь опасные плиты, как ни странно, не были очередным наследием предков. Когда они образовались, предки предков болтались мутной каплей на конце у эволюции, и были в мелкую, почти не различимую чешуйку. У кого чешуйка белая, у кого желтая, а у кого слегка обрезанная и с двумя волосинками по краю. У некоторых еще и хвосты имелись. Наверное.
Плиты — наследие очень далеко прошлого. Когда-то тут все тряслось, подпрыгивало и извергалось лавовыми потоками. Два вулкана, будто соревнуясь, перекачивали из-под земли потоки расплавленного камня, плевались пемзой и шлаком — развлекались на все деньги. Попутно выстроили Черный остров. Один из множества, но при этом — особенный. Масштабы тогда были — о-го-го! Всерьез, по-взрослому. Если бы потом мир тряхнуло хоть в одну десятую той мощи, то хрен бы предки случившееся пережили, несмотря на все свои чудесные железки.