Царёв врач, или Когда скальпель сильнее клинка
![Царёв врач, или Когда скальпель сильнее клинка](/uploads/covers/2024-04-04/caryov-vrach-ili-kogda-skalpel-silnee-klinka-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Санфиров
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы
- Дата выхода: 2014
Читать книгу "Царёв врач, или Когда скальпель сильнее клинка" полностью
Оправившись от удивления, он все-таки приступил к основной части своего визита:
-Сергий Аникитович, у меня ныне праздник небольшой, так вот собираю я гостей друзей своих, ну и по государевой службе тех, кто рядом со мной дело государево блюдет. Ты у нас человек новый, но уже известный, к государю близок. Окажи мне честь посетить дом мой сегодня. Много будет гостей, не пожалеешь.
У меня в голове зазвенел звоночек.
-Неужели уже вчерашняя моя беседа с государем известна? А что тут удивительного, одни, что ли стояли? Стукачей, как известно, хватает везде.
Так, значит, будут меня расспрашивать и мое мнение о текущем моменте выяснять. Не хотят иметь коллеги в своих рядах темную лошадку.
Ну что же, формально повода отказаться от приглашения у меня не было.
- Андрей Яковлевич благодарю за приглашение, обязательно приеду, меня собственно кроме тебя никто еще не приглашал.
Тот еще раз посмотрел своими умными выразительными глазами на меня:
-А я вот думаю, что именно тебя мне и надо пригласить, хотелось бы обсудить некоторые вопросы, ты ведь лекарь теперь известный и от многих болезней лечение знаешь, может и подскажешь что-то. Так, что сегодня вечером добро пожаловать на пир.
Подворье у Щелкалова было богатое, холопы, челядь вся была хорошо одета. У высокого забора стояли коновязи, где прибывшие гости оставляли своих коней, для охраны был предоставлен флигель, в котором также накрыт стол. Кошкаров, который на этот раз даже слушать не хотел, чтобы остаться дома, стрелял глазами по сторонам как коршун. Он был весь на нервах:
Еще в усадьбе он мне почти кричал:
-Сергий Аникитович, зачем согласился, не отравят, так зарежут!
В ответ на это я ему успокаивающе говорил:
-Борис ну рассуди сам, зачем меня для этого в гости звать. Иоанн Васильевич, так просто, не заметит, что его лекаря в доме у дьяка думного зарезали? Не допустит Щелкалов такого события у себя. Вот по дороге ежели, не удастся, мне с ним договорится, может, чего и нужно ждать.
Но Кошкаров взял сегодня для сопровождения десять человек, все в панцирях и вооруженные до зубов.
Впрочем, и остальные гости сопровождались не меньшим количеством охраны.
К моему удивлению гостей оказалось немного, я то думал, что, будет хотя бы человек двадцать- тридцать, а приехало всего восемь человек.
Все мы были уже знакомы по Думе, так что представлять никого было не надо. Мы раскланивались и вежливо улыбались в бороды друг друга. Моя бородка была, к сожалению самая мелкая из присутствующих.
Вскоре хозяин попросил всех к столу. Я не очень представлял, где я должен сидеть, но, похоже, меня не обидели, сидел я четвертым от хозяина, между нами сидело два брата князья Андрей и Дмитрий Шуйские, с другой стороны от него Иван Шуйский наместник псковский, сейчас якобы по каким-то делам пребывавший в Москве, за ним сидели два посольских дьяка, а рядом со мной с краю сидел брат хозяина Василий.
Андрей Яковлевич длинно и туманно, как все дипломаты, сообщил, по какой причине собрались, по какой, я так и не понял, после чего начался пир, было несколько перемен блюд , кормили , как на убой. Пили мы пока меды. Как обычно на таких сборищах, вначале все сидели молча, пили ели, но по мере выпитого языки начинали развязываться, а когда хозяин предложил мне попробовать аглицкий напиток, якобы подаренный ему послом, я понял - сейчас меня хотят напоить, чтобы наглый юнец, у которого и бороды почти нет, рассказал все, чему его учит Хворостинин, ну может быть еще и Лопухин. Потому, что, кто еще мог надоумить Щепотнева, свалить такой могучий род Бельских, и не планируется ли такое же мероприятие в отношении Шуйских. И действительно вскоре начались осторожные вопросы, о моей жизни, как я устроился в Москве, жалели, что нелюдимо живу, редко езжу по гостям, даже к своим родственникам по жене Лопухиным, часто ли ко мне Хворостинин приезжает.
Бояре не знали, что молодой парень, который сидит с ними за столом, на самом деле старше многих из них и за время работы в медицинских учреждениях прошел такую школу злословия, что может дать в этом фору любому.
Поэтому, когда я начал валять дурака, они этого даже не поняли с напряженными лицами слушали мои якобы пьяные высказывания.
По-моему я с честью выдержал это испытание. К сожалению, через какое-то время это понял и Андрей Яковлевич, он был умен и до него вскоре дошло, что тут, что-то не так.
К его чести, он сразу перешел в разговоре со мной на более понятный язык, дурацкие расспросы закончились.
Я также обтекаемо попытался им объяснить, что обязан всем государю, и буду делать все, что от меня зависит, чтобы сохранить его здоровье и здоровье всей его семьи. Влезать в какие либо группировки не собираюсь. На практически прямой вопрос Ивана Шуйского, кто надоумил меня говорить с царем о морском порту нахально ответил, что сам не дурак, и понимаю, какие возможности этот порт может дать Российскому царству.
Это не очень понравилось присутствующим, а Щелкалов даже попытался мне объяснить, что подобный шаг грозит многими осложнениями в отношениях соседями. На это я сказал, что на чужое всегда рот разевают, так, что если ничего не будем делать, все равно будут пытаться, где-то, что-то оторвать.
Мне казалось, что мы все-таки поняли друг друга, я смог донести до присутствующих, что мне не нужно плести интриг против них, но дело свое делать буду так, как считаю правильным, и говорить царю с чужих слов ничего не собираюсь.
Постепенно разговор перерос в обсуждение сегодняшней обстановки вокруг царства и тут уже мои собутыльники сами начали спорить между собой , что и как надо делать, чтобы с меньшими усилиями улучшить торговлю. Так сам Щелкалов начал с пеной у рта доказывать, что строительство порта у Михайло - Архангельского монастыря даст отличный результат. На что я сказал, что пока там у нас одни англичане, то ничего хорошего не будет. А вот если бы наши государь, и бояре, купцы строили там свои корабли и ходили бы сами в Англию и Голландию под охраной военного флота. Собеседники посмотрели на меня с удивлением.
А Василий Щелкалов сказал:
-Сергий Аникитович, а кто же корабли строить будет, нет у нас строителей таких?
-Василий Яковлевич, ответил я,- все цена решает. Будет цена стоящая, сами мастера прибегут и плюнут на все запреты. А много нам не надо. Людишки на Белом море сообразительные живут, свои кочи уже сотни лет строят, поработают с голландцами или англичанами, и все переймут. Да чего тут рассуждать, вон почти сто лет назад караван судов наших с зерном в Данию ходил,- ляпнул я,- значит, уже тогда строить корабли могли.
На меня внимательно смотрели все присутствующие.
-Сергий Аникитович, не расскажешь ли нам, откуда тебе столь многое известно, мы твою историю знаем, слыхали, что старица тебя лекарскому делу учила, многое ты у нее перенял, талант к этому делу есть. А вот когда ты успел все остальное узнать, что с нами мужами, умудренными, беседы на равных ведешь?- спросил псковский наместник, нахмуря лохматые брови.
Я посмотрел на сидевших за столом, улыбнулся и сказал:
-Так ведь не на пустом месте живу, земля слухом полнится, если нужно, что-то узнать, всегда можно это сделать, было бы желание и возможности.
Наверняка сейчас Щелкалов про себя высчитывал, кто из его дьяков не держит язык за зубами, или торгует документами посольскими.
На этом мои собеседники как бы потеряли интерес к разговору, видимо поняв, что большего они от меня не услышат. Мы еще немного посидели и стали прощаться,
когда я вышел на улицу, то меня уже встречал тревожно глядящий Кошкаров. Он мне прошептал на ухо:
-Сергий Аникитович, я еще десяток воев вызвал, они сюда не заходили, ждут недалече. Так, что ежели сейчас нападение будет, отобьемся. Ты только сам не лезь, слабовато пока саблей машешь.
Но на удивление по дороге к дому все было спокойно, ни единого человека на пути не встретилось. А то, кому хочется встречаться с двумя десятками конных воинов, еще пришибут ненароком.
Когда я приехал домой, меня ждал приятный сюрприз. Из Заречья поздно вечером пришел большой обоз. Уставшие мужики уже спали, поэтому я не стал никого тревожить и шарить по телегам, оставив все на завтра.
Рано утром я, только проснувшись, в нетерпении вскочил и помчался во двор, где уже бродили несколько взлохмаченных после сна сельчан. Увидев меня, они бухнулись на колени, а старший доложил, что, мол, тиун и стекловар собрали обоз тебе боярин. Везли бережно и медленно потому, как стекло.
Но я уже подбежал к телегам снимал верхние доски с груза и рылся в свежих стружках, разыскивая драгоценный груз. И вот мои руки нащупали холодное стекло и вытащили на дневной свет хрустальный кубок, он был в точности такой, как я рисовал Дельторову.
На шум и гам появился и Кузьма, увидев у меня в руках кубок, он тоже подскочил к телеге и запустил руки в стружки. Вытащил он не кубок, а большую хрустальную салатницу и моментально скрылся с ней в своей мастерской, откуда немедленно донесся скрип его ножного шлифовального станка.
Дворня и возчики с удивлением смотрели на меня, чуть ли не прыгающего от восторга. Они не понимали, что вызвало такой восторг, стекло, да стекло, Но я то понимал все, сейчас я и моя мануфактура - это стратегическое преимущество царства российского, и что сейчас мне нужно будет иметь уже не двадцать человек охраны, а гораздо больше. И не только здесь, а еще и в Заречье.
Я зашел в мастерскую, ювелир увлеченно огранивал салатницу, перед ним на стойке лежал мой рисунок, по которому он это делал. Сейчас все штрихи, которые он проводил на гранильном круге, были белыми и не впечатляющими, но я знал, что после шлифовки, хрусталь заиграет переливами света, и сильные мира сего будут счастливы, видеть у себя на столе бокалы и блюда из варварской Московии.
Я все-таки высидел два часа, в течение которых Кузьма закончил огранку и шлифовку салатницы и, схватив еще мокрое блюдо, отправился в Кремль.
Когда я зашел в палаты Иоанн Васильевич был мрачен:
-Щепотнев, ты, когда должен был быть, ты вообще кто такой есть что я из-за тебя важные дела откладывать должен? Да и расскажи-ка мне, что вчера ты с Шуйскими весь вечер обсуждал, интересно мне это знать?
-Великий государь, вел с Шуйскими беседы только на благо царствия твоего, обсуждали, как торговлю укрепить, и границы царствия. А задержался из-за того, что в дар тебе хотел преподнесть изделие мануфактуры моей, сегодня первое только сделать смогли.
И я протянул царю сверкающую салатницу.
Глаза царя расширились, и он бережно взял из моих рук прозрачное переливающееся блюдо.
-Сергий Аникитович, сегодня же указ пишу, все, что твоя мануфактура произвела, казна закупает. Чтобы на сторону ничто не ушло. Вот они где все у меня теперь будут,- и царь показал мне немаленький жилистый кулак.
Царь подошел к окну и начал внимательно разглядывать мой подарок.
-Щепотнев, точно благословение Господне над тобой. Все тебе удается. Я уже год в удивлении хожу. Но сейчас дело такое серьезное. Будет тебе охрана стрелецкая, обговоришь сегодня с родственником своим, сколько нужно столько и будет. Себе на стол разрешаю такое стекло взять, но все остальное, чтобы сдано было по счету. По оплате будешь сам с приказными дьяками говорить, в убыток тебе платить не будем, не переживай.