Сначала было слово…
![Сначала было слово…](/uploads/covers/2024-04-28/snachala-bylo-slovo-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Михаил Леккор
- Жанр: Альтернативная история / Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези
Читать книгу "Сначала было слово…" полностью
Глава 16
Следующим утром вставать, как любому обычному студенту, ведущему ночной образ жизни, не хотелось. Мало того, его друзей мучило еще и похмелье. На Мишку, умудрившегося накануне где-то добавить, было больно смотреть. Дима в таких вопросах покрепче, а Володя к своему удивлению вообще не почувствовал последствий вчерашнего возлияния.
Ощущение утренней свежести и здоровья заставило его окончательно проснуться. Фантастика какая-то. В жизни, конечно, всякое бывает. Но все-таки, они же вчера пили. И лег он несколько нетрезвым. Опять орк?
Других предположений не возникло. Володя завернулся в одеяло, сохранявшее столь приятное в холодной комнате тепло, и попытался уснуть. На его взгляд, натикало всего лишь часиков семь утра. Более точного времени не скажет и прокурор — благодаря орчьему подарку часы в их комнате вышли на заслуженный отдых. Короче, рано. Спать да спать еще до начала занятий. Он попытался вспомнить, со скольки их курс учится, конечно же, не вспомнил, сосчитал до ста и погрузился в сладкую дрему. Женская половина, составлявшая три четверти жильцов общаги, своими каблуками неизбежно разбудит и его, и остальных представителей сильного пола.
Ему приснился прекрасный сон. Он летел невысоко над землей — метрах в десяти — и наслаждался видом окрестностей. Володе даже показалось, что он узнает местность — полет проходил неподалеку от его дома. Но и во сне скептически настроенный разум возразил на такое допущение. Он же ни разу не летал над своей деревней. Местность в их области слишком однообразна, чтобы сверху точно определить свое положение.
Скептические возражения опустили его на землю в буквальном смысле. Он слегка ударился подошвами о пригорок, и проснулся.
Эх, снова бы уснуть. Володя вспомнил ощущение полета. Он никогда не представлял, как это прекрасно. Впрочем, вряд ли его поймет кто-нибудь, кроме тех, кто тоже летал во сне. Говорят, когда растешь, приходят такие сны. Здорово!
Он потянулся. День начался. Лестницы сотрясались от топота каблуков разных видов и фасонов. Трудолюбивые девчонки идут на занятия. Им и орки не помеха. А вот его приятели спят. Непорядок.
— Миш, — позвал он в полголоса.
— Дрыхнем, — прохрипел друг, почти не просыпаясь. Его ничего не прошибало. Даже оазис порядка во всеобщем безобразии не лишал равновесия и желания поспать.
Удивительно, если бы Мишка произнес нечто другое. Володю интересовали не его соображения по поводу их планов на первую половину дня.
— У нас с утра есть что-нибудь?
Практичный вопрос, задаваемый Мише едва ли не каждое утро, заставил того осечься и задуматься, дыша водочным перегаром.
— Да вроде нет, — задумчиво сказал он, проанализировав собственные воспоминания о расписании. — Первая лекция, кажется, с десяти часов.
— Я тоже не помню, — добавил Дима, лязгнув пружинами кровати.
— Тогда спим? — Предложил Миша.
Дима согласно всхрапнул. Володе, однако, спать совершенно расхотелось. Где-то в глубине души, до этого задавливаемой ленью и нежеланием переваривать всю совокупность предметов, непонятно зачем выдаваемых бедным студентам, появилось ощущение долга и желания учиться. Володя удивился новому для него чувству. Обычно желание чего-то читать, а уж тем более учить возникало либо из настояния преподавателя, либо, гораздо реже, из интереса.
«Надо идти!» — Решил он. Чертов орк, всю малину испортил. Кто бы чего сказал дважды победоносцу, — он ухмыльнулся, — если бы он, отягощенный заботами о счастье человечества и усталый после двух дней сражения, не явился — куда он не явился?
— Миш, куда мы не собираемся явиться?
Мишка ответил почти сразу, но речь пошла не о занятии, а о возможности вступления Володи в противоестественные связи с некоторыми животными. Разумеется, следовать его предложению — товарищ называется! — Володя не собирался.
— Господа! — Объявил Дима, который, оказывается, всхрапнул не из согласия с Мишей, а медленно просыпаясь, — не важно, что у нас будет, мы должно подавать пример.
Мишка взвыл, почувствовав угрозу экстренного подъема.
— Вы одурели сегодня? — Едва ли не закричал он. — Давайте спать, успеем еще стать образцово-показательной комнатой. У меня голова трещит после вчерашнего, — попытался он надавить на чувство солидарности.
— А поесть? — Спросил его Володя. Он вспомнил о завтраке, выдаваемом бесплатно. Если они проспят до второй лекции, их порции получит счастливчик из кухонного коллектива.
Радикально поставленный вопрос решил исход пикировки.
— Картошка ныне дорога, — внес ясность Дима, — посему — подъем, гигиена и завтрак.
— Я не пойду! — Попытался отстоять свои права белого человека Миша.
— Пойдешь, — безжалостно пресек сопротивление Дима. Он вскочил с кровати и принялся искать спортивные штаны, куда-то заброшенные вчера ночью. Володя встал след за ним. Одевшись, они переглянулись и направились к беззаботно дрыхнувшему Мише.
— Ай! — Озвучил тот исчезновение одеяла.
— Не материться, — предупредил его Дима, — иначе стакан воды.
Связываться Мише, даже разозленному, с могучим Димой не хотелось.
— Сволочи, — тоскливо вымолвил он и сел на кровати, мучительно потирая виски.
— Вставай, — без всякой жалости сказал Дима. — Время сейчас… — он недоуменно посмотрел на будильник, показывающий день рождения бабушки, вспомнил, вздохнул не менее тоскливо, чем Миша. — Время мирное. Пока я в туалете, ты должен подняться и одеться.
— Слушаюсь, генералиссимус, — без энтузиазма сказал Миша.
— Приготовься к завтраку, — смеясь, предложил Володя, отправляясь следом за Димой.
В столовую они пришли одними из последних. До лекции оставалось минут десять, ну и бог с ним!
Раздатчица, уважительно глядя на секиры, положила им в тарелки явно больше, чем полагалось по порции.
— В городе ужас, что творится, — сказала она. — Вы ведь поможете, если на нас нападут?
Раздатчица была молодой и могла позволить себе кокетливо прищуриться.
— Конечно, спасем, — бодро ответил Володя, хватая тарелку, и сладострастно глядя на кусочек сливочного масла, тающего в каше.
— Ускорьте работу челюстей, — потребовал Дима. — На лекцию опоздаем.
Миша только застонал. Ему мучил похмельный комплекс, и он нажимал на чай, предпочтя забыть о каше.
На лекцию они действительно опоздали. Пришлось под недовольным взглядом преподавателя прошествовать к свободным местам.
Впрочем, лекция все равно не началась. Препод, невысокая полная женщина средних лет, делилась впечатлениями об ужасах, которые творились в городе. Умение хорошо говорить, наложенное на впечатлительный характер позволили ей создать нечто среднее между сериалом о Крюгере и фильмами о Холокосте. По ее словам, город на грани гибели. По пути на работу ее едва не ограбили, лишь появление издали милиции заставило налетчиков убраться. Переживание было настолько сильным, что она до сих пор судорожно сжимала несчастную сумочку, в которой, с учетом нищенской зарплаты, денег столько, что только бомж мог попытаться ее отнять. Нападение хулиганов, которыми грабители и должны считаться, превратилось в акт вандализма и террора.
Читать лекцию в таком состоянии она не могла и, промурыжив студентов ужастиками минут двадцать, отпустила на свободу.
— Не сходить ли нам к Безматерных? — Подумав, предложил Володя, когда они втроем остались в опустевшей аудитории. Он не верил в ужасы, поведанные преподом. Бедная женщина большую часть своего повествования сочинила. Но ведь что-то в ее словах правдиво. Следовало получше разузнать об их текущей жизни. А где это сделать, как не в милиции.
Володя опасался их отрицательной реакции — добровольно идущих к ментам следовало освидетельствовать у психиатра. Однако друзья не подкачали и согласились, указав на совсем другие затруднения.
— А занятия? — Спросил Миша.
— Не примет же, — одновременно с ним усомнился Дима.
Володя, подивившись выдержке — сам бы он возразил на предложение посетить ментовку, — с сожалением посмотрел на них.
— Мужики, — попросил он, — посмотрите на улицу. Димка, ускорь мыслительный процесс, ты же всегда был докой в драках. Или вы только два высокорослых балбеса, не знающих историю? Скажите-ка мне, что происходит в экстремальных случаях, не обязательно нашествии орков. А? Власть резко слабеет, не важно, по какой причине. И умные начальники начинают искать поддержку в обществе. Ну?
Мишка после впечатляющей речи товарища предпочел громко засопеть, выражая свое неудовольствие, но не более. Дима меньше поддался наскоку.
— Ты, Володь, не горячись. Все не столь плохо, как кажется в пересказе некоторых нервных учителок. Власть не разваливается поспешно, — возразил он. — К тому же Безматерных сам сказал мне, чтобы я не лез ему под руку без крайней нужды. И, — Дима подчеркнул голосом, — умный ли он?
Володя поморщился, но настаивать не стал. Димка человек вдумчивый, спокойный. Вдруг он на самом деле паникует?
— Так мы будем сегодня штаны протирать или пойдем гулять? — Миша предложил новый вариант решения проблемы. В споры друзей он не вмешивался. Пусть занимаются вопросами стратегии и тактики. Вон лбы какие высокие. Для него важнее вопросы текущего жизнеобеспечения.
Дима призадумался. Пропускать занятия, конечно, не самый лучший способ налаживать отношения с преподами и деканом в условиях жесткого дефицита расположения к ним с их стороны. С другой стороны, они же вошли в число спасителей города и отечества…
— Пропустим! — Решил он и вопросительно посмотрел на Володю.
Тот молча кивнул. Из института их сейчас не выкинут, не посмеют. Герои они и в Африке герои. И уж тем более в их городе, где орков не меньше, чем тараканов, а оркобойцев кот наплакал.
— Надо походить по городу, — поддержал он идею Миши, — посмотреть, как народ живет.
— Давай, — сразу согласился Миша.
Завтрак благополучно переваривался в желудках, впервые за много дней на небе показалось солнце, сделав мир вполне благополучным и привлекательным. Почему бы им не прошвырнуться по городу, устрашая орков и жителей своими секирами?
Они двинулись в сторону главной улице города, все еще носящей имя одного из ведущих большевистских деятелей первой трети ХХ века. Как водится в таких случаях, им не повезло. Прямо на выходе из института они лоб в лоб столкнулись с деканом факультета. Не будь орков, Володя мог прямо сейчас, не теряя время, идти за обходным листом, а затем в военкомат. Но орки существовали, и декан лишь благосклонно кивнула им, глядя на секиры. Парни шли в очередной поход на врага, и не стоило смущать их отчислением.
Улица напомнила фотографии Второй мировой войны. Прямо на дороге стояли брошенные машины с открытыми дверцами, среди них «ауди» и «джип» — зрелище для России виданное только в боевиках про новых русских. Кое-где валялась брошенная одежда — куртки, брюки, рубашки, еще что-то напоминающее постельное белье или одежду, студентам не знакомую. Налицо следы вчерашнего бегства населения. На фоне этого барахла особенно чувствовалось странное безлюдье. На главной улице города людей не бывало только в самые сонные часы ночи, да и то, скорее всего, только в зимой, в лютые морозы.