Неизданные архивы статского советника
![Неизданные архивы статского советника](/uploads/covers/2023-07-01/neizdannye-arxivy-statskogo-sovetnika-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Неизданные архивы статского советника" полностью
8-го февраля 1895 года. Санкт-Петербург, Российская Империя
— Выручай, Михаил Борисович! — раз граф Татищев примчался в столицу из своей деревни, что-то явно произошло. И статский советник Тюхтяев не смог отказать телеграмме с просьбой о приезде.
Лакей разлил по стопкам водку, и собеседники воздали должное стерляжьей ухе.
— Чем смогу, Николай Владимирович. — Михаил Борисович Тюхтяев статский советник для всех, кроме старшего товарища, с которым начинал службу в одном департаменте еще двадцать лет назад. Тогда блестящий офицер, едва остепенившийся, обзаведясь наследником по настоянию близких сменил гвардейский мундир на не столь популярную в народе форму МВД и резво шел по карьерной лестнице. А провинциальный выскочка оказался идеальной тенью, способной откопать любую информацию, так что они были созданы друг для друга. Странно, что оба еще и сдружились, пусть и не домами, а в рамках товарищеских отношений, да и в дальнейшем, куда бы судьба их не заносила, не теряли связей. Оба рано овдовели, но если Тюхтяев вскоре малодушно порадовался освободившемуся времени и свободе маневра, то граф не терял надежд преумножить род. Старшенький мальчик рос хилым, ожиданий родителя не оправдывал, так что, когда юная Оленька Чемизова привлекла внимание графа на рождественском балу, участь ее была решена. Двое детей, появившихся друг за другом, подтверждали поговорку о коне и борозде, так что роду Татищевых вымирание не грозило.
— Петруша мой перед смертью имел неосторожность жениться. — начал издалека граф. — Да ты помнишь, я еще осенью просил следствие по нему прикрыть.
Было такое, было. Помнится, тогда надворному советнику Фохту выговор делали за излишнее рвение. Да уж быльем та история поросла, как и могилка покойного Петруши.
Граф же расхаживал по кабинету, грозно сводя брови, раздувая бакенбарды и шевеля морщинками на идеально круглом своде черепа, который потихоньку начинал светиться внутренним светом, а Тюхтяев еще помнил густые кудри на этой бедовой головушке.
— Партию выбрал самую неподходящую — сирота, бесприданница, отец покончил с собой, сама имеет репутацию сомнительную. Подумать только, в купеческой лавке работала. Манеры ужасные, даже французского не знает. Но мой дурак, Царствие ему Небесное, в ее пользу завещание составил и попросил позаботиться. Я позволил ей жить на Моховой, компаньонку к ней приставили.
— И как? — заинтересовался такой семейной чуткостью Тюхтяев.
— Да впустую пока. Вроде бы компаньонка может собрать компрометирующую информацию, письма там всякие… Да не смотри ты так на меня! Это Ольгина инициатива была. И спровадили бы ее куда подальше, без скандала. Но теперь эта женщина пропала, как сквозь землю. — заключил граф.
Тюхтяев рассматривал письма.
«Милостивый Государь! Особа, присланная въ Вашъ домъ, подвергаетъ опасности Ваше благополучіе и способна привлечь профессіональный интересъ человѣка, о которомъ я у Васъ справлялась. Необходимо Ваше срочное вмѣшательство. И будьте съ ней очень осторожны.
К.Т.»
«Глубокоуважаемый Наставникъ!
Я постаралась соблюдать максимальную осторожность, и это письмо Вы получите только если она не поможетъ. Рекомендованная мнѣ особа, Н.О.Ч., оказалась участницей тайнаго общества со склонностями къ общественно опаснымъ дѣяніямъ. Мнѣ удалось обнаружить спрятанную въ домѣ взрывчатку и сегодня я планирую объясниться съ ней, дабы избавить Васъ и себя отъ послѣдствій ея губительныхъ поступковъ. Въ любомъ случаѣ, всё ужѣ какъ-то разрѣшилось. Такъ что спасибо Вамъ за всё, что для меня сдѣлали и Храни Васъ Господь.
К.»
— И что? — он посмотрел на старшего товарища.
— Обеих не видели с того дня, как она эти письма написала.
— А в завещании свое состояние она делит между Вашей дочерью и неизвестным купцом. — уточнил Тюхтяев в своих записях.
— Назови прямо, любовнику своему деньги оставляет. — раздраженно махнул рукой граф.
— Если любовнику, то причем тут Наталья Николаевна? — резонно возразил сыщик. — Мне еще не попадались этакие влюбленные женщины, которые бы такой благотворительностью занимались. Или вы всей душой приняли ее в семью?
— Нет.
— Тогда еще менее понятно все.