Обретение дара
![Обретение дара](/uploads/covers/2023-01-14/obretenie-dara-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Иван Дмитриев
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы / Технофэнтези / Самиздат, сетевая литература / Магическое фэнтези
Читать книгу "Обретение дара" полностью
День рождения
Двадцать пятое июля. День рождения императора Российской империи.
Сидя на троне в Георгиевском зале, император принимал поздравления от выстроившихся в очередь аристократов империи. Бароны и маркизы, графы и князья. Друзья и враги. Тайные советники и Генерал-прокуроры, статские советники и маршалы. Все сегодня были тут со своими семьями и выражали глубочайшее уважение императорской семье. Безжалостно царапая паркетный пол из шестнадцати пород дерева. Но терпеливо ожидая своей очереди. И эта терпеливость, когда друзья стояли с врагами, объяснялась очень просто. По традиции императорской семьи, в свой день рождения император не только получал подарки от своих подданных, но и одаривал их своей милостью. Каждый род мог обратиться к нему с просьбой и получить желаемое.
— Ваше Императорское Величество, семья Васильчиковых, желает вам долголетия и светлых лет правления, — поклонился низенький толстячок перед троном.
— Спасибо Андрей Петрович. Чем я могу вам помочь? — спросил государь. Сцепив руки в замок.
— Я прошу, я умоляю, чтобы моего сына, Стёпку, приняли в академию Екатерины.
— А он обладает даром? — нахмурился человек на троне.
— Да, вторая ступень, — кивнул Андрей Петрович.
— Вторая? Но ты ведь помнишь, что в академию набирают не ниже третьей и то, на границе с четвёртым, — задумчиво произнёс император.
— Он способный, он выдержит, — нервно произнёс Васильчиков.
— Да будет так, — кивнул Николай Четвёртый. — Завтра приводи сына с документами. Скажешь моё личное распоряжение.
— Спасибо государь, — склонился в глубоком поклоне мужчина.
Кто-то просил должности для членов семьи, кто-то просил разрешение для создания производства.
Но всё изменилось, когда к нему подошёл старый друг отца. Человек, на руках которого он, император, вырос. Алексей Иванович Барклай-де-Толли. Глава одноимённого рода. Некогда великого, стоявшего возле трона по правую руку. Но времена менялись, а старик жил прошлым. Полное пренебрежение к новым технологиям и изменениям в мире. Приверженец старых традицией. Когда сын должен служить империи лишь в армии, а место девушки в доме и нянчить детей.
Его жена, Наталья, умерла больше сорока лет назад и Алексей так и не нашёл ей замену, хотя вряд ли он вообще её искал. Двое сыновей, надежда и опора отца, погибли на службе короне. И это подкосило главу рода ещё больше. Заперевшись в своём поместье, он пил. А род нищал, всё имущество продавалось за копейки, люди уходили после невыплаты денег. И отец Николая, не мог никак повлиять на своего друга. В дни, когда ему удавалось попасть к нему в кабинет, Алексей Иванович просто игнорировал императора. Не получив результата, государь махнул рукой. Но издал указ, запрещающий Барклай-де-Толли, продавать своё поместье без разрешения действующего императора.
С тех пор прошло десять лет. И если с выпивкой Алексей Иванович завязал, но продолжал жить затворником. Приёмы он не посещал, а свои по понятным причинам он не проводил. Единственный актив, рода, был в лошадях. Их жеребцы были если не лучше, то ничем не уступали арабским. А уж про английских американских и вовсе не стоит. Они были неровня.
И сейчас Николай, с удивлением смотрел на этого гостя.
— Государь, прошу принять мои искренние поздравления! — поклонился мужчина перед ним.
Лет восьмидесяти, с седыми волосами, собранными в высокий конский хвост. На его чёрном с серебром камзоле был изображён герб рода. Лев державший в лапах шпагу.
— Спасибо Алексей Иванович! Рад, что вы выбрались к нам! — улыбнулся государь, склоняя голову, перед главой одного из самых старейших родов империи.
— Да, вы правы, для меня это путешествие было очень сложным, — не разгибая спину, проговорил мужчина.
— Так чем я могу помочь вам князь в свой день рождения? — продолжил государь.
— Я прошу у вас… — его голос дрогнул. Откашлявшись, мужчина взял себя в руки и продолжил. — Я прошу у вас право на призыв.
— О, как, — удивился государь.
— Мой век подходит к концу Николай. Я не хочу, чтобы мой род угас, — с тоской произнёс Алексей.
— И заодно получить сильного одарённого? — хмыкнул император.
— И это тоже, — кивнул мужчина. — Я готов отдать вам мои конюшни в обмен на эту просьбу.
И вот это удивило императора ещё сильнее, чем просьба. Ещё полгода назад, этот человек отказался продать конюшни.
— Вы? Своих скакунов? — поднял император брови.
— Да, я готов пойти на это, — ответил мужчина, не поднимая головы.
— Я подумаю над вашей просьбой. Сейчас я не могу ответить, — задумавшись на мгновение, ответил император.
Слишком долго задержался старик возле трона. Слишком много вопросов возникнет у людей.
— Как скажете государь, — произнёс Алексей Иванович. Разогнувшись, он отошёл от трона, давая возможность другим подойти.
Он был зол. На себя, на людей, которые его окружали в этом зале и, конечно, он был зол на императора. Этот ребёнок…да, именно ребёнок сорока лет, решил подумать. Ведь ещё недавно, он готов был на коленях ползать, ради этих лошадей.
А теперь подумать ему нужно! Бесит!
Мысленно сплюнув на пол, старик огляделся.
Бывшие друзья и знакомые. Враги и подхалимы. Но теперь все отвернулись. Ни одна собака не подошла и не поприветствовала его.
Когда он вошёл в зал, а церемониймейстер объявил о его приходе, всё с огромным удивлением на лицах смотрели, как он идёт по залу. А ведь он ещё помнил, когда несколько лет назад, стоило ему войти в зал, многие склоняли голову, друзья радостно улыбались, а враги стыдливо прятались в толпе.
Подхватив с подноса у проходящего мимо официанта бокал, он с удовольствием сделал глоток.
Скорей бы вернуться в поместье. Там дожидалась бутылка виски. Привезённая за огромную сумму из Шотландии.
Но вот его взгляд упал, на подошедшего к трону мужчину. С короткими седыми волосами, широкоплечий, настоящий русский богатырь. Как сказали бы раньше.
Чёртов Фонвизин.
— Здравствуй, Николай Николаевич, — прогудел мужчина, делая поклон. — Род Фонвизиных поздравляет тебя с лучшим праздником и желает тебе долгих лет, — произнёс мужчина, прикладывая руку к гербу рода. Улитка на щите.
— Спасибо Фёдор Васильевич, — кивнул в ответ государь. — Слушаю тебя внимательно.
— Мой род просит конюшни рода Барклай-де-Толли, — произнёс твёрдо Фёдор.
— Оу, интересно. И почему же они должны уйти тебе? Ведь Алексей Иванович жив и здоров, — нахмурился император, делая пас рукой, отгоняя от себя официанта.
— Он позор аристократии страны и его любовь к пьянкам известна всем. А лошади — это достояние нашей империи и они должны быть у сильного рода. Способного за ними следить. И мой род считает, что мы лучшие кандидаты для этого, — склонил голову Фонвизин.
— Позор значит…. — в голосе императора был металл. — Тебе ли Фёдор, говорит о позоре аристократов? — прогремел государь, отчего Фонвизин заметно сбледнул. — Что касается лошадей, Алексей разделяет твою точку зрения и поэтому он подарил конюшни мне на день рождения.
— Прошу прощения государь, — поклонился Фонвизин.
— Проси, что-то другое, — нетерпеливо произнёс Николай.
— Тогда…тогда, мы хотим получить земли Алексея, после его смерти, — поднял глаза на императора Фонвизин.
— Фёдор, — подался вперёд Николай и жёстко продолжил. — Ещё раз я услышу такую формулировку, я буду считать, что ты вздумал напакостить Барклай-де-Толли. У Алексея могут быть наследники и по какому праву, ты вздумал лишать их семейной собственности?
— Он один и уже старик… — процедил Фонвизин.
— Фёдор! — процедил Николай четвёртый.
— Мой род хочет получить земли Барклай-де-Толли после смерти последнего представителя этого рода, — тяжело вздохнув, произнёс Фёдор Фонвизин, не отрывая взгляда от глаз императора.
— Так, бы бы сразу и сказал…устало выдохнул Николай Романов. — Я даю согласие на это Фёдор. Но если я узнаю, что Алексей был убит по твоему приказу…а поверь, узнаю. Твоя семья лишится головы от твоих рук. Ты понял меня? За ним с сегодняшнего дня будут следить мои люди. И помни, моё согласие длится ровно год.
— Я понял вас, — кивнул Фонвизин, победно улыбнувшись.
Главное, что он получил согласие. И предупреждение, что Алексей должен умереть по своей ошибке. Уж за год, он точно подставится.
Проводив взглядом довольного Фонвизина, император вздохнул.
Прости Алексей Иванович, но Фёдор прав. Ты позор нашей страны. Но последнюю твою просьбу я выполню. По-своему, но никто не сможет меня упрекнуть. Щёлкнув пальцем, он попросил у подошедшего к нему канцлера паузу и подготовить ритуальную крипту на сегодняшний вечер. Ему нужно было отдохнуть и подготовиться к обряду. Тянуть он не хотел.
Барклай-де-Толли стоял на небольшом балконе на втором этаже дворца и наслаждался видом на вечерний Санкт-Петербург. По Мойке курсировали катера и яхты. Внизу спешили пешеходы и машины. Он находился уже пятый час во дворце, приём был окончен ещё два часа назад, но его попросили остаться.
— Алексей Иванович, император просит вас пройти в крипту. Всё готово, — раздался за его спиной голос канцлера империи.
— Спасибо Миш, — кивнул мужчина. — Сейчас я подойду.
— Хорошо, буду ждать вас внизу, — произнёс Михаил Демидов.
Прикрыв глаза, Алексей Иванович вдохнул полной грудью вечерний воздух и тряхнув головой, направился к императорской крипте.
Только там, глубоко под землёй, можно было провести этот ритуал. Ритуал, который не проводили уже больше сорока лет. И последний человек, которого призвали в этот мир, сейчас восседал на троне.
Алексей прекрасно помнил ночь, когда к нему прискакал на лошади Николай третий и на коленях просил помощи. В слезах и безумием в глазах. Тогда умерла Наталья Романова при родах, тогда же и умер настоящий сын императора. И ради спасения новорождённого ребёнка, император пошёл на этот шаг. Вселил в тело наследника другого человека. И только благодаря огромной разнице в возрасте, наследник не помнил своего прошлого, а все сны о прошлой жизни. Были для него лишь снами.
За тот ритуал император заплатил своим здоровьем. Новые болезни одолевали его каждый месяц. И десять лет, которые он прожил после ритуала, превратили его из крепкого и сильного мужчины в дряхлого, слепого старика к сорокалетию.
Чем придётся расплачиваться Алексею, за призыв даже не духа, которое можно поселить в тело, а настоящего человека, он боялся предоставить. Но искренне верил, что у него будет хотя бы пару лет, чтобы научить нового члена семьи.
Спустившись вниз, Алексей Иванович провёл рукой по каменным стенам, на которых были вырезаны гербы высшей аристократии страны. Герб его семьи был первым с конца. После них были Романовы и Оболенские. Три семьи, что были у истоков империи. Три брата по старшинству, которые основали эти рода.
— Государь, я готов, — произнёс Алексей, входя в каменный зал с низкими потолками и колоннами. Освещённым четырьмя факелами.
— Проходите Алексей Иванович, — кивнул государь, стоя у каменного алтаря.
Вздохнув, князь подошёл ближе. С того дня обстановка тут не изменилась. Та же чаша для крови, те же факелы, горящие синим огнём.