1915 год. Апогей
![1915 год. Апогей](/uploads/covers/2023-09-24/1915-god-apogej-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Олег Айрапетов
- Жанр: Самиздат, сетевая литература / История: прочее
- Дата выхода: 2014
Читать книгу "1915 год. Апогей" полностью
Annotation
Новое фундаментальное исследование известного российского историка Олега Рудольфовича Айрапетова по истории участия Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 гг. (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 г. стране.
Вторая книга повествует о событиях 1915 г.
Олег Айрапетов
Германский и австро-венгерский противники в конце 1914 – начале 1915 г. Выбор направления главного удара
Разгром 10-й армии и гибель 20-го корпуса
Военные последствия поражения в Августовском лесу
«Внутренний фронт» в конце 1914 – начале 1915 г. Политические последствия поражения под Августовом. Начало «дела Мясоедова»
Перемышль – победа и ее последствия на фронте
Перемышль – победа и ее последствия в тылу
Завершение «дела Мясоедова» и волна шпиономании
Поездка Николая II в Галицию и ее последствия во внутренней политике страны
Горлицкий прорыв и начало Великого отступления русской армии
«Внутренний фронт» и его реакция на отступление армии
Московский погром 1915 г
Подготовка к экспедиции на Босфор – слова и дела зимы и весны 1915 г.
Кавказский фронт: весна и лето 1915 г. Геноцид армян, ассирийцев и греков
Положение на Проливах: лето 1915 г.
Балканы в 1914–1915 гг.: Болгария, Сербия, Румыния
Великое отступление – от Балтики до Галиции
Великое отступление – Наревский прорыв и отход из Польши
Смена военного министра, проблема снарядного голода
Лето 1915 г. – новый курс во внутренней политике
Осень 1915 г. – отказ от диалога с общественностью и смена Верховного главнокомандования
Перемены во внутренней политике
ЦВПК и его рабочая группа
Новая Ставка
Август – сентябрь 1915 г.: решающие дни для Болгарии
Последствия вступления Болгарии в войну. Обстановка на Балканах
Кавказский фронт и Месопотамия осенью и зимой 1915 г.
Осень 1915 г. – планы и действия Антанты на Балканах. Гибель Сербии
Конец 1915 – начало 1916 г Планы на будущее
Финал года на Балканах
Биографический указатель
Примечания
Германский и австро-венгерский противники в конце 1914 – начале 1915 г. Выбор направления главного удара
Разгром 10-й армии и гибель 20-го корпуса
Военные последствия поражения в Августовском лесу
«Внутренний фронт» в конце 1914 – начале 1915 г. Политические последствия поражения под Августовом. Начало «дела Мясоедова»
Перемышль – победа и ее последствия на фронте
Перемышль – победа и ее последствия в тылу
Завершение «дела Мясоедова» и волна шпиономании
Поездка Николая II в Галицию и ее последствия во внутренней политике страны
Горлицкий прорыв и начало Великого отступления русской армии
«Внутренний фронт» и его реакция на отступление армии
Московский погром 1915 г.
Подготовка к экспедиции на Босфор – слова и дела зимы и весны 1915 г.
Кавказский фронт: весна и лето 1915 г. Геноцид армян, ассирийцев и греков
Положение на Проливах: лето 1915 г.
Балканы в 1914–1915 гг.: Болгария, Сербия, Румыния
Великое отступление – от Балтики до Галиции
Великое отступление – Наревский прорыв и отход из Польши
Смена военного министра, проблема снарядного голода
Лето 1915 г. – новый курс во внутренней политике
Осень 1915 г. – планы и действия Антанты на Балканах. Гибель Сербии
Перемены во внутренней политике
ЦВПК и его рабочая группа
Новая Ставка
Завершение Великого отступления: Виленская операция и Свенцянский прорыв
Август – сентябрь 1915 г.: решающие дни для Болгарии
Последствия вступления Болгарии в войну
Кавказский фронт и Месопотамия осенью и зимой 1915 г.
Осень 1915 г. – планы и действия Антанты на Балканах. Гибель Сербии
Конец 1915 – начало 1916 г. Планы на будущее
Финал года на Балканах
notes
1
2
3
4
5
Олег Айрапетов
Участие Российской империи в Первой мировой войне (1914–1917). 1915 год. Апогей
Германский и австро-венгерский противники в конце 1914 – начале 1915 г. Выбор направления главного удара
Первый период войны закончился. «Этот славный по физическим подвигам бойцов период, – вспоминал осенью 1916 г. генерал от инфантерии Ф. Ф. Палицын, – был ужасен по отсутствию твердой мысли и последовательности в исполнении. Как в записках в начале войны, так и теперь утверждаю, что Россия обязана возможности такого явления отсутствию Генерального штаба. Генерального штаба не было и нет. Попытки создать его с 1905 г. в 1908 г. кончились крахом. У нас существуют офицеры Генерального штаба и подчас способные и одаренные, но института Генерального штаба, мысли Генерального штаба, трудящейся над подготовкой войны вырабатыванием работников, приспособленных к совместной работе в объединенном направлении в достижении целей войны, у нас нет»1. Эти недостатки системы управления проявлялись вновь и вновь. В конце 1914 – начале 1915 г. перед высшим военным командованием вновь с особой остротой встал вопрос о направлении главного удара.
Николай Николаевич (младший) опять метался из одной крайности в другую. 2 января 1915 г. он сообщал союзникам о своей готовности перейти в наступление на германском участке фронта, как только к Варшаве подойдут Гвардейский и 6-й Сибирский корпуса, и, следовательно, к удержанию обороны по Карпатам. Через два дня он уже просил Ж. Жоффра рассмотреть возможность посылки в Россию части боеприпасов из резерва французской армии, иначе русская вынуждена будет ограничиться активной обороной2. В любом случае, сил для одновременного наступления на двух направлениях уже не хватало, но при любом варианте речь не шла об уменьшении активности на германском участке русского фронта.
31 декабря 1914 г. (13 января 1915 г.) М. В. Алексеев представил доклад о стратегических соображениях Н. И. Иванову, а копия была направлена в Ставку. Доклад содержал два основных положения. Во-первых, М. В. Алексеев считал принципиально невозможным вести наступление сразу на двух направлениях, а следовательно, полагал необходимым сосредоточить все усилия лишь на одном, ограничившись на другом обороной. Во-вторых, генерал полагал, что на Восточно-Прусском театре находятся силы, значительно превосходящие его потребности, «в ущерб главному направлению (выделено мной. – А. О.), и что мы втянули их в безнадежную борьбу, которой следовало избежать. На короткое, по крайней мере, время нам нужно перебросить оттуда часть сил на левый берег Вислы, где решается участь данного периода кампании, а быть может, и более (выделено мной. – А. О.)»3.
Таким направлением М. В. Алексеев считал отнюдь не Карпаты, а левый берег Вислы. Именно здесь он и предлагал организовать наступление, причем как можно быстрее, для чего необходимо было перебросить к имеющейся здесь пехоте кавалерию. «При оценке относительной возможности левого берега Вислы и Галицийского (театра. – А. О.), нужно признать, – писал генерал, – что в данное время и при сложившейся обстановке важнейшим является левобережный. Здесь находится значительная часть союзных сил, здесь действуют германские войска, которым принадлежит Верховное командование и управление. Хотя австрийцы и имеют на Галицийском театре значительные силы, но поражение их обстановки на левом берегу в крупных чертах не изменит»4. Итак, М. В. Алексеев предлагал наступать силами Юго-Западного фронта на преимущественно германскую группировку, в то время как Северо-Западный фронт должен был провести отвлекающую атаку. Направление удара, предлагаемого начальником штаба Юго-Западного фронта, лежало между реками Вислой и Пилицей, в обход крепости Кракова.
Во второй половине ноября 1914 г. основные силы генерала Р. Д. Радко-Дмитриева находились всего в двух переходах от восточных фортов Кракова. Однако они составляли всего лишь два потрепанных корпуса, остальные же части его армии уже втянулись в бои на Карпатских перевалах. Обеспечить блокаду крепости или хотя бы отсечь ее от южного и западного направлений этими силами Р. Д. Радко-Дмитриев не мог. Правда, в середине ноября М. В. Алексеев решил собрать осадную армию. Краков был окружен кольцом из шести мощных фортов, но периметр крепости был невелик, и никто не ожидал, что она выдержит сколько-нибудь долгую осаду. Новую армию должен был возглавить комендант Брест-Литовска генерал В. А. Лай-минг, начальником корпуса инженеров стал генерал А. В. фон Шварц. Однако едва штаб этой армии успел провести несколько совещаний, как началась Лодзинская операция. От подготовки осады Кракова пришлось отказаться. Кроме того, русские армии уже начали испытывать недостаток в боеприпасах и обученном пополнении. Во 2-й Гвардейской дивизии, например, запас патронов к 19 ноября составлял только 180 на винтовку, в то время как за три дня предыдущих боев расходовалось в среднем по 715 патронов на винтовку, а ближайший их подвоз ждали только 21 ноября5.
Стратегической целью удара, предлагаемого М. В. Алексеевым, таким образом, оставалась Австро-Венгрия. Эта записка имеет особое значение ввиду непонимания его позиции этого периода, бытующей и у мемуаристов, и у историков. «Генерал Иванов, при энергичной поддержке Брусилова и несочувствии своего начальника штаба ген. Алексеева, не оказавшего, однако, решительного противодействия (выделено мной. – А. О.), настаивал на сосредоточении главных сил и средств для форсирования Карпат и наступления на Будапешт»6. С другой стороны, Н. И. Иванов говорил о том, что согласился на наступление в Карпатах под давлением М. В. Алексеева, а тот, в свою очередь, находился под сильнейшим влиянием «сухого доктринера» генерала В. Е. Борисова7. Причем сама по себе идея этого наступления возникала неоднократно.
7 (20) ноября 1914 г. сербский посланник в России М. Спалайкович известил воеводу Р. Путника о том, что Россия давно приняла решение о наступлении в Венгрии с целью оказания помощи Сербии. Русское командование, по словам сербского дипломата, рассчитывало достичь Будапешта за шесть дней8. Н. И. Иванов усиливал 8-ю армию генерала А. А. Брусилова, ослабляя краковское направление. В свою очередь, А. А. Брусилов надеялся реализовать план перехода через Карпаты. 6 (19) ноября 24-й армейский корпус, который до этого прикрывал подступы к Перемышлю, по его приказу перешел в наступление с целью вторжения в Венгрию. 16 (29) ноября корпус подошел к Ростокскому перевалу и 18 ноября (1 декабря) овладел им. Дорога на равнину была открыта, но А. А. Брусилов изменил задачу: теперь корпус должен был двигаться на запад от перевала, отсекая силы отступавших австрийцев от Карпатского хребта9. Это явно усложняло задачу корпуса, а между тем он не был поддержан резервами. Русское Верховное командование рассчитывало на помощь со стороны сербской армии.