Леди Ева. Леди с разбитым сердцем
![Леди Ева. Леди с разбитым сердцем](/uploads/covers/2024-05-02/ledi-eva-ledi-s-razbitym-serdcem-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Карина Пьянкова
- Жанр: Любовная фантастика
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Леди Ева. Леди с разбитым сердцем" полностью
— Первая, ты ума лишилась?! — выпалил он в первую очередь.
Возвращалась домой я, разумеется, одна, без него. Благородный джентльмен не может сопровождать простую цыганку.
— Что такой, Эдвард? — холодно спросила я. — Почему ты вдруг решил, будто можешь повышать на меня голос?
Лицо Второго понемногу покрывалось красными пятнами.
— Ты танцевала на улице! Да еще и в таком виде. Если бы матушка только видела!..
О, Создатель… Нашел чему возмущаться.
— Второй, я делаю это лет с десяти. Не забывай, батюшка сам приводил меня в табор, до той поры, когда я не смогла ходить туда сама. Матушка этому не рада, но не станет запрещать. А ты сам не так давно выражал недовольство, что я холодна и сдержанна.
Близнец тяжело вздохнул и уселся на мою кровать.
— Я волнуюсь за тебя, Первая. Ты заигралась уже в цыганскую колдунью.
Заигралась? Вся беда заключалась в том, что я не играла. Я была шувани.
— А если бы Де Ла Серта тебя узнали? Зачем ты вообще пошла в табор? Ты ведь уже несколько месяцев туда носа не казала!
Я видела расширенные зрачки брата, слышала, как дрожал его голос… Испугался за меня. Но почему?
— Ты что, думал, я уйду в табор? — спросила я растеряно.
С самого детства Эдвард боялся, что брошу все, уйду вместе с цыганами. Связь между близнецами слишком тесная, почти до боли.
— Я не стала бы так поступать, Второй. Никогда. Мне просто нужно было поговорить с тетей Шантой. Посоветоваться. Кто откажется от богатства ради кочевой жизни?
Я разговаривала с ним мягко, как с испуганной лошадью.
— Кто? Ты, быть может? Я же вижу, какая ты там. Мне казалось, ты уже и думать забыла о той жизни. Но сегодня на площади… Забудь.
Сегодня на площади я была счастлива. Пусть недолго. Пусть не по-настоящему.
— Что сказала тебе Шанта? — спросил Эдвард, меняя тему.
Тетей он шувани никогда не называл, решительно отрезая от себя это родство. Действительно, гаджо.
— Она подтвердила, что Де Ла Серта прокляли. И сделал это кто-то достаточно умелый, чтобы даже отец ничего не заподозрил. Нужно рассказать ему.
Второй расстроено вздохнул. Старую шувани он не любил, но верил ее словам. Она не стала бы обманывать. По крайней мере, не меня, и не моего отца.
— Нужно рассказать, Первая. Как можно скорей.
Я согласилась. Не хватало еще, чтобы сын посла умер по непонятной причине в нашей стране.
— Пойдем, Второй. Не стоит тянуть до утра.
Разумеется, папа еще не лег. Иногда мне казалось, что он вообще не спит, а так и проводит все свободное время в кабинете за бумагами.
— Ну, блудная дочь, с какими новостями вернулась от старой шувани?
На моем лице появилась улыбка. Папа всегда знает все. И от этого мне всегда было спокойно.
— Мануэль Де Ла Серта действительно проклят. И проклят в нашем доме, — выпалила я с порога.
Не выносила приносить дурные новости.
Благодушие мгновенно покинуло нашего батюшку. Между бровей залегли угрюмые складки.
— Так значит, ты все же была права насчет проклятия… — произнес отец.
Слова тети Шанты он под сомнение ставить и не подумал, слишком уж преуспела старая шувани в своем искусстве.
— Хотя я и не представляю, какое условие нужно было поставить, чтоб лишь ты увидела колдовство.
Я тоже не представляла совершенно, как так могло выйти. И, скорее всего, условие ставилось с расчетом, что никто ничего не заметит.
— Тетя Шанта сказала, я спасу его, когда потребуется моя помощь, — сообщила я отцу. — Но если я не пойму, когда придет время? И из-за меня этот человек умрет…
От одной мысли о смерти Мануэля Де Ла Серта мне становилось дурно. Как только могла я так глупо, так безнадежно полюбить мужчину, которого видела впервые в жизни? К тому же мужчину, походя растоптавшего мою гордость…
Папа подошел и ласково погладил меня по голове, словно бы я опять была маленьким испуганным ребенком.
— Не сомневайся в своих силах, Ева, раз уж сама Шанта не сомневается в них. Ведь она учила тебя с самого детства и лучше всех других знает, на что ты способна.
Для тети Шанты я всегда была «чай», доченька, любимая ученица, почти что собственный ребенок. Именно она назвала меня Чергэн, звезда, а потом имя прижилось. Мне шувани передала все свои многочисленные знания, жалея только о том, что я не останусь в таборе, не займу ее место.
Меж тем отец продолжал:
— Но, признаюсь, меня изрядно беспокоит, что тебя настолько волнует судьба молодого Мануэля Де Ла Серта. Ты сокровище, но он не оценил тебя по достоинству. Поэтому лучше, если и ты выбросишь из головы мысли о нем.
Я чувствовала молчаливую поддержку папы и брата. Они всегда понимали меня и, что самое важное, принимали такой, какой сотворил меня Создатель.
Однако признаваться в своей склонности я не собиралась.
Опусти взгляд, решительно произнесла:
— Если до вас дошли слухи, то, право слово, они абсолютны беспочвенны. Разве можно полюбить с первого взгляда? Подобное случает только в романах. А я их не люблю.
Отец тихо вздохнул.
— Когда-то мы с вашей матерью считали ровно также и пытались спасти мою племянницу Эбигэйл Оуэн от пагубной страсти к Рэймонду Грею. Как вам известно, они женаты уже двадцать три года и все еще безоблачно счастливы. А в тебе, дорогая дочь, слишком сильна цыганская страстность.
Вот только никто и никогда не заподозрил бы в излишней страстности холодную и неизменно сдержанную леди Еву Даррроу. В свете, вероятно, ни один человек не подозревает, что у меня вообще есть чувства. Хоть какие-нибудь.
— Возможно, ты прав, папа, и страсти во мне много. Однако, уверяю, я не влюблена в Мануэля Де Ла Серта. Но разве это повод не переживать за человека, которому грозит смерть?
В своей лжи я намеревалась идти до конца. На кону стояла моя гордость, и я не собиралась ее терять.
— Будь по-твоему, дочь, — позволил мне солгать отец, наверняка понимая, что я на самом деле чувствую.
За эту поблажку я была ему благодарна. Во мне не осталось сил, чтобы говорить о своем несчастном чувстве.
— Гораздо больше меня, признаю, беспокоит, что кому-то удалось проклясть в моем доме моего гостя, а я так ничего и не понял…
Говорил мой почтенный родитель так, словно чеканил из бронзы каждое слово.
— Это слишком уж сильно похоже на объявление войны. Дарроу не проигрывают.
С обоими этим утверждениями я была согласна. Выходка была пощечиной всему нашему семейству, которое уже давно утвердило свое господство.
Папа посмотрел на меня, потом на Эдварда и велел:
— Не вздумайте проговориться матери или Эмме. Не стоит беспокоить.
Матушку и нашу младшую сестру оберегали со всем возможным тщанием от волнений и опасностей. Порой даже с излишним тщанием. Подозреваю, мама, леди Кэтрин, даже в пору молодости мало походило на хрупкий оранжерейный цветок. Сейчас же и вовсе это была женщина со стальной волей и идеальной выдержкой, к которой при дворе относились с закономерной опаской.
Но если отец не пожелал вовлекать маму, то так оно и будет.
— Решим проблему сами, — подвел итог он. — Ева, мне необходим список гостей на том злосчастном приеме. Расспроси Глорию, кто проявлял излишний интерес к старшему сыну иберийского посла. Заодно присматривай за этим молодым человеком.
Когда мой дражайший родитель, лорд Дарроу, герцог Эрсетский, говорил подобным тоном, лично меня всегда тянуло вытянуться по струнке и козырнуть как верный солдат. Отец никогда не делал скидок на то, что я женщина. Он обращался со мною точно так же, как и с моим братом Эдвардом, и это безумно льстило. Не так уж много мужчин готовы признать, что женщины тоже наделены разумом, волей и способностями.
— Я все сделаю, отец, — кивнула я, чувствуя волну обожания, которая накрыла меня с головой.
Осталось только придумать, как всегда держать Мануэля Де Ла Серта в поле зрения и не вызвать очередную волну слухов о моей влюбленности.
Папа повернулся к моему Второму.
— Эдвард, я хочу, чтоб ты подружился с молодыми Де Ла Серта и проводил с ними как можно больше времени. Я хочу знать об их жизни, привычках, знакомствах абсолютно все. Заодно ваша дружба позволит тебе брать с собою и Еву.
Да… Сложно будет заставить Мануэля Де Ла Серта отказаться от мысли, что я влюблена в него, если в итоге я буду постоянно подле него.
Хотя…
— Нужно заставить их как можно чаще посещать наш дом, — задумчиво произнесла я, чувствуя, как в голове складывается план, который заодно позволит мне на законных основаниях следить за иберийцами.
Брат с отцом вопросительно посмотрели на меня, ожидая продолжения. И оно не заставило себя ждать.
— Молодые люди падки на хорошенько личико и сияющие глазки, — пояснила я с хитрой улыбкой. — А Эмма — девица редкой красоты.
Папа едва заметно нахмурился.
— Эмма еще не выезжает.
В ответ я только фыркнула. Да, сестренка еще не выезжала и ужасно страдала из-за этого.
— Самое время это изменить. Ей уже шестнадцать лет, и младшая тоскует в доме без развлечений.
О том, что мне с десяти лет доводилось бродить по улицам столицы в компании цыган, я тактично не стала напоминать. Все же я — это я, с самого детства моего родители поняли, что дикая кровь во мне подняла голову.
— Думаю, это возможно… — без излишнего энтузиазма, но все же согласился с моим предложением отец.
Что же, теперь Эмма наверняка станет меня боготворить. Если бы все шло так, как желал отец, она бы еще как минимум год не получила вожделенную свободу.
На следующий день мы всей семьей направились на пикник, который устраивали Греи в своем загородном доме. Обмершая от счастья Эмма явно не могла поверить в свою нежданную удачу.
Я готова была поспорить на собственное приданое, что сыновья посла не упустят возможности лишний раз увидеться с Глорией Грей и наверняка появятся. Из-за того, что Мануэль Де Ла Серта жаждет встречи с племянницей, сердце предательски ныло, но я заставляла себя не думать о своем горьком невзаимном чувстве. Тем более, что я собиралась сделать все, чтоб иберийцы пленились моей младшей сестрой.
Эмма нарядилась в платье изумрудного цвета. Чересчур ярко для юной девицы, но для нашего замысла подобный наряд подходил идеально, поэтому младшей позволили одеться так, как она пожелала. На пикнике нашей младшей предстояло привлечь внимание иностранцев. И не просто привлечь, а еще и надолго удержать.
Я же отдала предпочтение бледно-голубому и синему. Спокойные цвета, которые словно бы заявляют, что кровь моя холодней льда.
— Надеюсь, все получится, — на ухо шепнул мне Второй, с нежностью глядя на Эмму.
Та уже немного оправилась от потрясения и принялась вертеть головой во все стороны и ерзать на сидении экипажа от нетерпения.
— Не зря же я весь прошлый вечер говорила с ней об Иберии, — одними губами произнесла я. — Она жаждет общения с настоящими иберийцами. Живыми Де Ла Серта от нее не уйдут.
Если Эмма Дарроу чего-то действительно желала, то шла к цели прямым путем, не замечая препятствий. Самым прямым путем. Моей же задачей было проследить, чтоб сестренка не проломила ненароком какую-нибудь стену.