Не бесите ведьму!
![Не бесите ведьму!](/uploads/covers/2022-10-21/ne-besite-vedmu-9.jpg-205x.webp)
- Автор: Sveta Bel
- Жанр: Любовная фантастика
Читать книгу "Не бесите ведьму!" полностью
1
Вот уже прошло больше года, как живу я в лесу с бабушкой Серафимой.
Это время было просто потрясающе насыщенным. Постоянная учеба, применение полученных знаний на практике. А практиковалась я и на животных и на людях. Заготовки лечебных зелий и мазей, сборы полезных ингредиентов, появление питомцев и их воспитание.
У меня теперь сразу три помощника: ворон, сокол и рысь. Они все повзрослели, очень тепло относились и ко мне и к друг другу, ну и конечно мы все вместе учились и научились взаимодействовать.
Серафима научила меня всему, что умела сама. Еще при нашей первой встрече она сказала, что времени у нас с ней не много. Вот и прошел этот год в постоянной учебе для меня и передаче знаний для бабушки. Ни мне, ни ей скучать не приходилось. Но мне все очень нравилось и нравиться.
Я как заново родилась!
Между прочим я теперь даже на метле летать умею!
А это занятие нравится нам всем, кроме Лаки. Птички радостно кружат вокруг меня, когда я летаю, а Лаки носится внизу и подтявкивает. Толи волнуется, по ли ревнует.
И метлу я собирала сама. Это тоже целое искусство. Во первых нужно было определить, какое же дерево мне подходит. Потому что и древко и метла должны быть из одного дерева. В смысле и порода дерева, а потом еще и конкретное дерево.
Само дерево мы определили, можно сказать, быстро. Им оказался орешник.
А вот именно тот самый орешник пришлось поискать. И нашелся он чуть ли не на другом конце леса. Но нашелся! Красивый куст оказался…
Училась летать под руководством Серафимы и непосредственном участии Дара и Яра. Первые разы летала чуть выше длины своей же ноги. Было страшно в начале не чувствовать почву под ногами. Все таки полеты не заложены в человеческую природу.
Если вы думаете, что это легко — боюсь вас разочаровать, но это не просто.
И вот когда я «ходить», как называет это Серафима, научилась то и стала подниматься повыше.
Когда я поднялась над макушками деревьев прошло практически два месяца с начала учебы. Не просто прошли, а прошли в каждодневных занятиях.
Вначале мне было очень страшно не чувствовать почву под ногами.
Потом я втянулась и уже было не так страшно подниматься на пару метров над землей.
Дальше — больше. Все выше, выше и выше…
Я уже более свободно чувствовала себя на своей метле, поэтому для меня и стали открываться красоты, которые открывались с высоты на которую я теперь смело поднималась.
Ворон с соколом радовались, когда я уже и скоростное летание освоила.
Ох и носились мы над лесом!
Бабушка ругала нас, причем птичкам доставалось больше. Она ругала их, что они меня гоняют. Я смеялась и говорила, что никто меня не гоняет, я сама учусь быстро летать, а птички мне помогают и учат меня.
И ворон и сокол гордились, что я называла их своими учителями.
Но метлой мы, ведуньи, пользуемся в крайнем случае. Во-первых, ее необходимо постоянно «заряжать» силой. Во-вторых, во время полета тоже необходимо постоянно поддерживать заряд. Это не легко.
Лаки тоже не одобрял мои полеты.
И тем не менее мне действительно необходимо освоить это умение. А лично я хочу освоить его в совершенстве.
Однако перемещения из одного места в другое мы с Серафимой продолжали совершать пешком по тропам нашим заповедным.
Никто не отменял помощь нуждающимся. Никто не отменял заготовки трав, корней и прочих ингредиентов для зелий. Одним словом, всех повседневных дел никто не отменял.
Еще я освоила иллюзию и отвод глаз.
Плетение амулетов и оберегов тоже у меня уже очень неплохо получается.
Я своими собственными ручками сделала амулеты отвода глаз для Яра, Дара и Лаки.
Это меня уже Серафима наставляла. Она сказала, что своим помощникам обязательно нужно сделать такие амулеты, чтобы им никто не смог причинить вред.
Хочется — не хочется, а с вороном, соколом и рысем я появляюсь перед людьми. А зачастую они и без меня на людях бывают, по моим же поручениям. То больного проведать, то обстановку разведать…
И как бы скрытно мы не жили, но и земля слухами полнится. Поэтому про моих помощников люди все равно узнают, если еще не знают. И могут найтись такие, которые захотят навредить мне через моих помощников.
Поэтому моя обязанность их защитить. Вот я и сделала им амулеты отвода глаз.
Однако ложка дегтя уже растворилась в бочке меда нашей жизни.
Степняки-кочевники вплотную прикочевали к нашим границам. К границам наших княжеств.
Между нашими князьями всегда была договоренность о помощи друг другу. Патрулирование границ всегда входило в обязанности военных охранных отрядов.
Эти же отряды участвовали не только в охранных обходах, но и они же первые давали отпор нарушителям.
Мой бывший муж был воеводой одного такого отряда.
До границ нашего княжества степняки еще не дошли, но уже наведывались в соседнее княжество.
В их арсенале была быстрота, наглость и жестокость. Они нападали на беззащитные селения, грабили, забирали в полон людей и быстро уходили. Особенно страдали княжества граничащие со степняками-кочевниками.
Эта напасть была всегда, поэтому и Трофим с отрядом (и не он один) постоянно инспектировали границы. И это притом, что на границах были отдельные гарнизоны у каждого княжества.
А вот теперь эти коршуны-разорители стали наведываться чаще и все глубже и глубже заходить в земли наши лесистые и для них непривычные. Но все равно это их не останавливает.
Вначале они просто охотились в лесах наших на зверье, да в реках и озерах — на рыбу.
По первости им даже сочувствовали. В степи им очень сложно. Там только сусликов в достатке. Правда степняки и их готовить научились. А из их шкурок шили и одежду, и покрывала да и вообще всюду применяют.
Они даже короба для документов делают из шкурок сусликов. По своему талантливый народ, впрочем, как и любой другой.
Но сейчас о другом.
Так вот, начали они с охоты на зверя, а сейчас промышляют охотой на людей и их имущество.
Словно банда разбойников шарят они по нашим деревням и селам.
В города не суются, так как там сосредоточены войска княжие.
Вот и от нашего княжества были они далеко, а теперь подбираются все ближе и ближе.
Мы с Серафимой в лесах своих их пока не чувствуем, но на граничные поселения они уже наведываются.
Уже несколько раз я ходила помогать раненым там людям. Правда эти селения стоят на самой границе и конечно мужчины защищали свои селенья.
Всеми силами.
Были и убитые, были и раненые. Никого степняки тогда не пленили.
А попала я туда благодаря местной ведунье Марты.
Силой она не настолько награждена, как Серафима, ну и я, как ее приемница. Помогала своим всем, чем могла. Но тут понадобилась ей наша помощь. Ведунья всегда знает, как позвать Ведунью.
Вот и позвала та Ведунья Серафиму. Серафима послала меня.
Пострадали две деревеньки.
Женщины и дети прятались, а вот мужчины защищали свои дома. Среди них было много тяжело пострадавших. Вот местная ведунья и поняла, что не справиться ей без помощи Серафимы. Велика опасность потерять защитников.
Похоже налет был организован с целью грабежа, поэтому степняки раздавали ранения щедро. Не заботясь о людях. Если бы им были нужны люди, тогда бы они действовали по другому.
Собирали меня основательно.
Конечно, если что не возьму, пошлю кого из своих помощников — принесут.
Но это все время.
А вдруг там кто может и не дождаться?
Так что надо собраться быстро и по возможности предусмотреть все.
Серафима, как более опытная, конечно выдает мне наставления во время сборов. А я внимательно слушаю и стараюсь запоминать.
— И еще! Дождись князя, он хочет встретиться — сказала Серафима
— Со мной? — растерялась я
— С ведьмой! — надоумила меня неразумную Серафима
— Так может сама пойдешь? — спросила я ее
— Нет уж, дорогая! Пора тебе дела принимать!
— Бабушка! Так я же… — что «я же» и сама не знала
— Вот я и говорю — пора! — улыбнулась она мне
А потом сняла с шеи цепочку и скомандовала
— Повернись, помогу одеть!
Я послушно повернулась. Она накинула мне на шею кулон и застегнула его.
— Что это?… — начала я.
2
И я сама захлебнулась своим вопросом, потому что те ощущения, что на меня нахлынули — они описанию не поддаются.
Это был восторг, ошеломление, радость и печаль, счастье и горе.
Все чувства мира одновременно!
Я почувствовала себя огромной вселенной и маленькой песчинкой.
И все это тоже одновременно.
Я почувствовала себя могучей и бессильной.
Счастливой и глубоко несчастной, безумно радостной и в глубокой печали…
Я знала где, кто и чем занимается в нашем лесу и в то же время чувствовала себя слепым котенком.
Тело было легким и летало над лесом и в то же время было таким тяжелым, что и мизинцем пошевелить не получалось.
Я чувствовала всю влажность водоемов и всю сухость земля, где уже давно не было дождя.
Тут же захотелось полить… Потому, что эта сухость воспринималась, как желание попить лично.
И так далее, и так далее, и так далее!
Такой спектр чувств, ощущений, эмоций — что я даже села на стул — ноги не удержали.
Хорошо стул был рядом, а так бы на пол и села!
А Серафима стоит рядом и улыбается. Не мешает мне впечатляться.
Она дала мне еще время, а потом, видно уловила более осмысленный взгляд, спросила
— Ну как?
— Ух! — выдохнула я
— А то! — подтвердила она и подмигнула мне
— Даааа! — так глубокомысленно давно не выражалась
— Ну, девонька моя, поздравляю тебя! Теперь ты хранительница этих земель и лесов.
— А ты куда собралась? — я сощурилась на Серафиму
Она рассмеялась.
— Никуда я не собралась, с тобой буду, пока не придет время уходить…
— Ты же не оставишь наш дом без присмотра, пока меня не будет — вот просто не знаю, как спросить долго ли она еще со мной останется
— Не переживай! И дождусь и с тобой поживу еще до срока.
Вот опять она про срок. Даже спрашивать страшно.
Ладно, сейчас главное, что она еще со мной будет. Потом разберемся с ее сроком.
Сейчас в дорогу собираться надо, а меня ноги не держат.
— Посиди, приди в себя. Понимаю все. А я пойду зелья еще раз проверю.
И она вышла в лабораторию.
А я взяла в руки кулон и стала его рассматривать. Очень, очень старый. Червленое серебро, работа очень тонкая. Большой темнозеленый, почти черный камень в форме полусферы оплетен тончайшим растительным узором в котором угадываются и животные, и птицы, и деревья, и трава…
А камень сам по себе очень глубокого цвета, так еще и пронизан весь блестящими вкраплениями всех оттенков зеленого.
Безумно красиво!
И камень необычный и работа искусная…
— Нравиться? — мягкий голос Серафимы раздался прямо над ухом.
Я подняла на нее глаза.