Пыль на губах
![Пыль на губах](/uploads/covers/2022-11-06/pyl-na-gubax-16.jpg-205x.webp)
- Автор: Артемий Барабашкин
- Жанр: Фэнтези: прочее
Читать книгу "Пыль на губах" полностью
Барабашкин Артемий Вячиславович
Пыль на губах
Глава I. Вопрос доверия.
Ночью лесной массив погружался в сплошную тьму. Десятки лиг черных деревьев окружали единственную колыбель света - колоссальную пирамиду. Её выстроили из множества цветных блоков, каждый был этажом, украшенный множеством статуй и барельефов, в узорах которых строители искусно спрятали высокие стрельчатые окна.
На самой вершине башни располагался зеленый этаж. Ланта хорошо помнила, как будучи рыжеволосой кудрявой девочкой, повсюду носилась за своим отцом и упрашивала его построить на вершине дворца обсерваторию. Она узнала про храмы звезд от своего учителя - это был иноземец с раскосыми глазами, который ничего не знал про сайрон, но зато умел делать искусные механизмы. "Где ты сейчас, мастер Аддинозэси? Мне так тебя не хватает!" - подумала девушка.
Ланта сняла ленточку, сдерживающую волосы. С возрастом они перестали кудрявиться, но сохранили волнистость, придающую им особую пышность. Девушка встряхнула головой, позволяя роскошному покрывалу волос обнять её спину, и прильнула к окуляру телескопа.
Руки мгновенно вспотели. Ланта чаще задышала и прикусила губу. Открытие, которое прославит её на весь научный мир, было так близко. - Я знала, что найду Таленетию в этой части неба, - прошептала минталента.
Ланта, не отрываясь от телескопа, рукой нашарила звездную карту. Аддинозэси постоянно повторял, что найти Таленетию может только очень опытный астроном.
- Да, это точно она, - прошептала девушка, до рези в глазах пытаясь разобраться в хаотичном мельтешении разноцветных огоньков. - Этот лимонный оттенок может быть только у нее.
Ланта улыбнулась и нарисовала кружок в том месте, где Таленетию когда-то вычислил мудрый учитель. Теперь пришло её время.
"Я проводила расчеты в течение трех месяцев, мастер. Все указывает на то, что рядом с Таленетией должна быть еще одна звезда, которая не указана ни в одном атласе". - Девушка привыкла мысленно разговаривать с учителем, много лет назад покинувшим дворец. - Как жаль, что в Астарии не с кем обсудить звезды, - вздохнула Ланта. - Данею больше интересуют платья и рыцари, чем небесные тайны.
Ланта дернула искривленный рычаг и нажала на большую зеленую кнопку. Заскрежетали давно несмазанные шестеренки, и круглая платформа под девушкой повернулась, позволяя сместиться десяткам зеркал и увеличительных стекол, усиливающих её телескоп. Ланта снова прильнула к окуляру.
Темная бездна между кучкой созвездия Менестреля и полосой туманности Колесницы оставалось все такой же черной и непроглядной. В таком положении Таленетию было уже не разглядеть.
Круглый кончик языка Ланты задрожал между её нежно-розовых тонких губ. Девушка облизнулась, нахмурилась и вновь склонилась над звездной картой. Она достала линейку и, шепча цифры, начала считать. Затем еще раз посмотрела в окуляр. Неизвестная звезда должна быть там.
- Может не хватает сил телескопа? Нужно больше света!
Ланта подошла к столу у дальней стены. Здесь лежало несколько изобретений, созданных еще в детстве под чутким руководством мастера Аддинозэси. Сложный кристалл в виде восьмигранника из горного хрусталя с множеством трубочек внутри, был её самым главным и любимым достижением. Отцу он понравился больше всего.
Грудь словно сдавило и Ланте стало тяжело дышать. Девушка вздохнула и потерла лоб. Она помнила, как отец живо обсуждал с ней каждое изобретение, смеялся и трепал по голове. Как давно это было.
Рука Ланты вздрогнула, когда она коснулась круглой мраморной шкатулки. Холодный камень был единственной преградой между её ладонью и самой разрушительной материей на свете. Ланта заправила прядь волос за ухо и открыла шкатулку.
Фиолетовая пыль, невзрачная и ничем кроме цвета не примечательная. Кроме цвета и своих свойств. Ланта взяла ложку и зачерпнула сайрон, подушечкой пальца сдвинув горку, чтобы на ложке не оказалось ни одной лишней пылинки. Горелка осветила стол ровным и чистым пламенем. Ложка зависла над огнем. Пыль стала ярче, а затем начала плавиться, над ложкой задрожал ореол желтого света. Через секунду в жидком сайроне начали загораться миниатюрные искорки.
Ланта не отрывая глаз следила за превращениями волшебной субстанции. В Астарии не было запретов на использование сайрона, но мастер Аддинозэси успел привить девушке ненависть к этому веществу. Девушка закрыла глаза, вздрогнула и отвела ложку к кристаллу.
Звездная жидкость, похожая на расплавленное ночное небо, полилась в трубочки, бурно реагируя с особой смесью Ланты, которую она получила во время алхимических опытов. Звездочки смешались с жидкостью и сменили танцующий блеск на ровный желтоватый свет. По трубочкам световой сайрон перетек в центр кристалла и собрался перед передней гранью.
Ланта поспешно отвела центр кристалла в сторону. Толстый луч света ударил в противоположную стену. Если бы кто-то в этот момент наблюдал за дворцом из ночного леса, то заметил бы, как разом вспыхнули все окна зеленого блока пирамиды.
И этот кто-то нашелся. Мужчина обеспокоенно вскинул руку к лицу, но был уже не в силах что-то изменить. Ему оставалось лишь поправить перевязь с оружием и ждать, то и дело бросая взгляды на ездового мекра.
Ланта установила кристалл на подставку и выровняла его так, чтобы луч падал на одно из зеркал. Через мгновение сложный механизм телескопа оказался опутан светящейся паутиной. Ланта дернула еще несколько рычажков, и несколько зеркал сместилось, позволяя десяткам тонких лучей сойтись на главном увеличительном стекле под куполом башни.
Щекотка восторга зародилась где-то под сердцем девушки. Ланта широко улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов, которые сложно было встретить даже среди жителей дворца.
Предвкушение открытия заставило все внутри девушки затрепетать. Оставшись одна, Ланта обожала петь. А для этого, сейчас был еще и отличный повод. Минталента села на табуретку перед окуляром, постучала ногой, выбивая ритм, прищелкнула пальцами и запела.
Это была старинная мелодия, полная глубоких нот и долгих пауз. Ланта плохо понимала смысл слов, так как почти никто в Астарии уже не говорил на этом древнем языке. Но песня была полна особой чарующей силы, она была гордой и торжественной. "Я не знаю, учитель, какая бы еще мелодия подошла бы под это открытие", - подумала Ланта и прижалась к окуляру.
Ноты песни невидимым потоком закружились в воздухе, а затем ринулись вверх, к единственном открытому окну, у самого потолка, которое Ланта никогда не закрывала. Ночная прохлада остановила музыкальный поток, он свился в тугой клубок и упал вниз, зависнув у другого окна. Это окно было закрыто, но бесплотной музыке хватило и маленькой щели в рассохшемся дереве. Песня Ланты, едва слышимая, влетела внутрь и заполнила спальню астартора.
Волна тревоги и страха заставила остановиться трех мужчин в белых одеждах служителей дворца. Они переглянулись и прислушались. Даже на таком расстоянии они могли оценить глубокий и сильный голос Ланты с легонькой хрипотцой. Главарь про себя проклял девушку и перевел взгляд на астартора.
Худощавый мужчина с провалившимися щеками тяжело дышал, иногда всхрапывая и останавливая дыхание. Его редкие, но длинные рыжие волосы разметались по подушке, а худые, перевитые венами руки сжимали края простыни. Пот собрался в бороздах глубоких морщин на его лбу, глаза под веками метались, астартор, без сомнений, видел кошмарный сон.
Главарь извлек длинный нож с волнистым лезвием из-под одежд. - Сейчас мы прервем твои кошмары, - прошептал он и махнул рукой сообщникам. С тихим шелестом они тоже обнажили оружие.
Мужчины обступили кровать с трех сторон. Им показалось, что на несколько секунд песня стала громче, словно девушка стояла прямо за их спиной. Главарь даже не выдержал и обернулся. Сзади было пусто.
Если бы они только могли видеть ноты песни. Они кружились в безумном хороводе, сплетаясь в шар. Стоило мужчинам занести оружие над головами, шар превратился в невидимое копье. Вспышка света залила комнату и копье, разделившись на три части, разом пронзило нападавших.
Неудержимый поток боли протек по венам мужчин, заставив их оцепенеть. Резкие и короткие крики сорвались с их губ.
Вопли убийц пронеслись по спящему дворцу и заставили сторожей у входа в спальню астартора переглянуться. Они обещали влиятельному человеку быть глухими этой ночью и пропустить в спальню мужчин в одеждах дворцовых слуг. Их готовили к крикам астартора. Но сейчас, оба стража могли поклясться, что орало несколько человек.
Правый страж сжал рукоять меча. - Я не готов рисковать жизнью из-за этих проклятых монет. - Левый страж кивнул и они, звякнув мечами, ворвались в комнату.
Астартор открыл рот в беззвучном крике и пытался подняться с кровати. Ему удалось лишь повернуться на бок и ухватиться рукой за ногу одного из нападавших. Трое мужчин, которых они пропустили несколько минут назад, застыли в нелепых позах. Они широко разинули рты, глаза безумно вращались, а костяшки пальцев побелели, удерживая оружие над головой против их воли.
Стражи на секунду остановились. По коридору раздавались звуки торопливых шагов. Слуги со всего дворца бежали на крики. На раздумья не оставалось времени.
Астартор замычал, когда на его лицо брызнула кровь. Стражи за несколько секунд обезглавили нападавших и повернулись к своему повелителю. Глаза астартора расширились, он не сводил взгляда с почерневших от крови мечей. Кончик одного из них смотрел прямо в его грудь.
Ланта вздрогнула и оторвалась от окуляра, когда услышала дикие крики снизу. Она прервала свою песнь, вскочила, уронив табуретку, и побежала к дверям. "Подо мной покои отца! С ним что-то случилось!"
Здесь, в зеленом блоке башни, было всего два этажа. На первом располагалась спальня астартора, а на втором её обсерватория. Здесь редко бывал кто-то кроме нее. И сейчас в темном коридоре, не освещенном даже светом факелов, было пусто.
Ланта подошла к лестнице и выглянула вниз.
Винтовая лестница тоже была погружена в темноту, но её у её основания горел свет, в котором метались тени пробегающих мимо людей. Минталента в красках представила закутанных в черное мужчин, рыскающих по дворцу в поисках семьи астартора.
"Это бегут слуги или убийцы?" - задумалась Ланта. В любом случае, оставить отца одного она не могла. Девушка сняла со стены незажженный факел, сжала его в руках и побежала вниз.
Коридор был полон людей в белых одеждах до пола. Их лица скрывали капюшоны. Такие полагались дворцовым слугам. Они все бежали к комнате её отца.
Ланта вздохнула с облегчением и опустила факел. Несколько людей на бегу ей поклонились. Девушка подняла голову, взметнула копну рыжих волос и жестом остановила ближайшего слугу. - Мой отец жив?
- Не знаю, ваше высочество. Но кричали в его покоях.
Пальцы Ланты похолодели. Она отбросила факел в сторону и побежала к комнате отца, поддерживая руками подол длинного зеленого платья.